Станислав Дементьев – Чужестранец и чудовища (страница 3)
Ладно. Коварства чужаков бояться – по дальним странам не путешествовать. Оррик ещё немного подумал и кивнул:
– Хорошо, я согласен.
Глава 2. Легенда о Семи Звёздах.
– Вот и замечательно, – Амаредес перевёл взгляд на служанку. – Пусть нам с моим дорогим гостем принесут угощение. Да не забудь ещё сказать, чтобы ему приготовили комнату получше.
Оррик снова вздохнул и отпил из кубка. Назвался гостем – прими угощение хозяина. Вода оказалась в меру холодной и вкусной. Первое в этом доме, что ему понравилось.
Амаредес облокотился локтями на стол, глядя на своего гостя и дружелюбно заговорил:
– Вижу, что не слишком-то вы довольны моей ценой. Ну-ну, не стоит придавать своему лицу такое суровое выражение, я ещё не слеп, способен заметить луну на небе в безоблачную ночь. Подозреваю, что вам, чужеземцу, не знакомому ни с кем из заслуживающих доверия людей в наших землях, наговорили про меня всяческих ужасов.
Оррик покосился по сторонам. Чародей усмехнулся, но его глаза оставались холодными, непроницаемыми:
– Да, каюсь, мои вкусы достаточно эксцентричны. А простой народ так же скор на осуждение странностей правителя, как медлителен в признании его благодеяний. Но могу вас заверить: даже если вы обойдёте все земли на тысячу вёрст окрест, вы не услышите, как меня обвиняют в коварстве, обмане и двуличии. Подумайте сами: разве смог бы я до старости править торговым городом и приумножить его богатства, да ещё в стране, где я окружён соперниками, если бы пошёл слух, что в обращении с уважаемыми гостями, такими как собратья-дваждырождённые, я не чуждаюсь насилия или хитростью заманиваю их на погибель? Разве смог бы я столько лет прятать свою истинную натуру? Пусть мои рабы и хранят молчание о секретах своего господина, проболтались бы те, кого я обманывал, а заставь я их сомкнуть уста навсегда – само их исчезновение сказало бы ещё больше. Походите по городу, поговорите с приезжими гостями на базаре и в караван-сараях – вы сами убедитесь в моей полной правдивости. И потому я надеюсь, что наше время вместе не будет омрачено недоверием.
Оррик угрюмо посмотрел в полупустой бокал с водой. Сказанное он знал и так. Амаредес же вызывал всё больше отвращения с каждой минутой разговора. Многословное обоснование собственной честности, опять похвальба тем, насколько запуганы его рабы, снисходительное высокомерие… Он поднял глаза на Амаредеса:
– Если вы желаете, чтобы наше общение не было «омрачено недоверием», ответьте на один вопрос. Как мне сказали, вы давно интересуетесь Страной Семи Звёзд. Почему же вы не отправились туда сами?
– Никакой великой тайны в этом нет. Так уж вышло, что ко времени, когда осознал я всю сложность и опасность путешествия в достаточной мере, чтобы подготовиться к нему должным образом, моё тело начало сдавать. Я глубоко постиг тайны жизни, намного пережил срок, отмеренный мне природой и судьбой, но и у моего искусства есть пределы. Сейчас мои силы истаяли, я уже не тот дваждырождённый, что прежде; и вшивые псы, прежде дрожавшие передо мной в страхе, осмеливаются скалить на меня зубы. Боюсь, что даже путешествие к туманной границе Страны Семи Звёзд для меня теперь непосильно. Ведь пролегает эта граница в горах Короны Мира, которые поднимаются так высоко, что обычный человек и дня не протянет среди их пиков. А окружает горы бесконечная пустыня, где хозяйничают драконы и прочие волшебные существа. Подобное путешествие для меня и в лучшие мои годы было бы непростым – так уж получилось, что по природе я домосед, немалая часть моего могущества лежит в моём дворце, моей лаборатории, моих созданиях. Но приди я туда хоть с целым войском таких как они, – Амаредес повёл рукой назад, в сторону своих безмолвных телохранителей, – пустыня поглотит это войско, не подавившись. Даже самый безопасный из знакомых мне путей полон устрашающих препятствий, которые под силу преодолеть лишь могущественным дваждырождённым. А достигни я туманной границы, то при том уровне Второго Дыхания, который ещё посилен моему дряхлому телу, мне вряд ли будет под силу её пересечь, потому что она расступается лишь перед теми, кто способен сконцентрировать и направить достаточно энергии.
Чародей пригляделся к Оррику:
– И раз уж речь пошла о доверии, не буду вам льстить, молодой человек, а скажу то, что думаю. Вы испытания туманной границы не пройдёте совершенно точно. Если, конечно, за моим столом сейчас не сидит гений Ступени Зрелости, обладающий методами сокрытия физической и духовной силы, которые превосходят моё старческое разумение.
Оррик покачал головой:
– Боюсь, что ничем подобным я не обладаю. Но за предупреждение спасибо.
Человек, рассказавший Оррику про Амаредеса, рассказал кое-что и про путь к Стране Семи Звёзд. Недостаточно, чтобы всерьёз повысить шансы добраться до неё. Но достаточно, чтобы поймать кого-нибудь на явных противоречиях. Слова Амаредеса пока совпадали с тем, что Оррик уже слышал.
Чародей усмехнулся, как будто умел читать мысли:
– Я, как видите, оказал вам некоторую любезность, сразу сообщив важный факт, да в придачу поведав не так уж мало о самом себе. Не желаете ли вы ответить на любезность любезностью и рассказать, что и зачем вы ищете в таком ужасающе опасном месте как Страна Семи Звёзд?
Оррику захотелось смеяться, хотя виду он не подал. За всё время своего путешествия, он об этом не рассказывал никому. По крайней мере, не рассказывал полной правды. А старый негодяй вдруг решил, что уж ему-то Оррик выложит всю историю начистоту?
– Я слышал несколько легенд о том, как Страна Семи Звёзд получила своё название. Согласно одной из них, её погибшие короли якобы стянули с неба семь звёзд, чтобы те сияли над вершинами их башен. Но другая утверждала, что «семь звёзд» – это семь чудесных сокровищ, нарушающих привычные законы искусств Второго Дыхания и нашего мира вообще. Вот одно из них мне и нужно. А уж какое из семи и зачем – это секрет, который я не хочу раскрывать даже намёком. Ведь вы и по намёку сможете многое угадать.
Чародей тоже усмехнулся, огладил бороду:
– Действительно, могу, хотя, если признаться честно, не думаю, что секреты вашей дальней страны и тем более одной конкретной семьи в этой дальней стране настолько уж интересны. Оставьте их при себе, если вам так угодно.
В дверях зала появилась новая служанка с подносом. Пока она проворно расставляла по столу закуски – нарезанные ломтиками фрукты, засахаренная саранча, странный холодец, в котором застыло нечто, сильно смахивавшее на мелкие глаза – Оррик обратил внимание на неестественный оттенок её кожи. Не смуглая и не землистая, а серовато-синяя, да и волосы с синим отливом.
– Мне рассказывали, что вы не любите окололюдей, – заметил он. – Как видно, пустая болтовня.
– Именно что пустая болтовня. Окололюди всегда были очень интересны мне в качестве объектов изучения. На самом деле поразительно, насколько велики, с точки зрения внутреннего устройства, отличия рас, которых мы считаем «около» людьми. Но могу заверить, что я никогда не питал к ним особой вражды. В конце концов, мир полон куда более ужасных чудовищ, которые видят в нас всех лишь свою пищу и игрушки. Да и моё собственное тело уже давно нельзя считать в полном смысле человеческим – что же мне, не любить себя самого? Если же вам интересно, откуда у моих рабынь такая интересная внешность, хе-хе, то тут секрета нет: я всех своих созданий делаю чуть непохожими на обычных людей, – чародей обернулся к одному из телохранителей. – Сними маску.
Громила молча повиновался. Оррик, ожидавший, что под маской скрывается леденящий кровь ужас, был разочарован. У телохранителя отросли непомерно длинные клыки, не влезавшие в рот, но в остальном он выглядел простым кулачным бойцом, со зверской рожей и тяжёлой челюстью.
– Надень обратно, – Амаредес вновь перевёл взгляд на Оррика. – Как ты сам увидел, мои рабы носят маски лишь ради внушения должного страха городской черни, а ещё потому, что мне однажды достался немалый запас таких масок-амулетов.
Но вслух сказал:
– Ладно, давайте вернёмся к Стране Семи Звёзд.
Они разговаривали до вечера. Амаредес и сам был многословен, и чужие истории послушать любил. Вопросы задавал нечасто и как бы невзначай, но с толком, подталкивая собеседника выдать что-нибудь о себе. Когда солнце коснулось верхушки городской стены, Оррик от долгого разговора, в котором надо было постоянно следить за языком, чувствовал себя измотанным, словно полдня мешки таскал. Хорошо хоть еда у чародея оказалась вкусной, несмотря на пугающий вид некоторых блюд.
Когда разговор , наконец, завершился, Амаредес сказал одной из рабынь, явившихся, чтобы убрать со стола:
– Ленли. Покажи дорогому гостю путь к отведённым ему покоям. Пока Оррик остаётся под моим кровом, прислуживать ему и исполнять все его желания – твоя основная обязанность, – он обернулся к Оррику, сохраняя всё то же каменное выражение лица. – Надеюсь, Ленли вам понравится. Не хвастаясь скажу: она принадлежит к числу моих последних шедевров.