Соня Лыкова – Свет и Тьма. Запретная любовь в академии (страница 5)

– Почему же. У тебя очень милое раздвоение личности, мне нравится.

Я едва сдержалась, чтобы не дать ему звонкую пощёчину. Вместо этого подняла указательный палец и заговорила сквозь зубы:

– А теперь слушай внимательно. Вчера ты не только подставил меня тем, что подозвал профессора. Ты заставил меня платить за вас обоих, да ещё и за спецобслуживание, и мне пришлось отдать все мои деньги. Теперь мне нечем платить аренду комнаты, и хозяйка отключила меня от энергопути. У меня нет света, у меня нет отопления, я не могу даже яичницу себе приготовить, а спать приходится в плаще! Я не сделала тебе ничего плохого, чтобы приносить такие “извинения”! Вместо того, чтобы обслужить несколько столиков и заработать три-четыре серебряных кроны, я прокрутилась весь вечер вокруг тебя, потратила все свои сбережения, да ещё и должна осталась! Ты просто мерзкий, низкий, подлый, зарвавшийся маменькин сынок, вот ты кто!

Я застыла, тяжело дыша и глядя ему прямо в глаза. Из-за чар в очках мне были видны лёгкие потоки тёмной магии вокруг Рендалла, и я, выпустив пар, начала осознавать, что только что натворила. Злить тёмного мага, когда сама – носитель света – очень плохая идея.

Мысленно проклиная себя за вспышку, я медленно опустила палец, но не сдвинулась с места, с опаской ожидая его реакции. Несколько долгих мгновений мы стояли так друг против друга, не сводя взгляда, а потом Рендалл вдруг хмыкнул и, не вытаскивая рук из карманов, молча ушёл из нашего укрытия.

Опустив напряжённые плечи, я шумно выдохнула. Сердце неистово билось, руки тряслись, но мне стало легче. И было бы совсем хорошо, будь я уверена, что Рендалл не припомнит мне этого позже.

Я немного перевела дух, поправила ободок, галстук, подтянула чуть спустившиеся чулки, чтобы внешний вид не выдавал моего волнения, и, прижав к себе сумку, направилась в аудиторию, чтобы занять место на коллоквиуме.

Однако, не успела я дойти до нужной двери, как мне преградили путь трое. Я их уже хорошо знала, хоть и провела в стенах академии всего полтора лунных цикла. Трое отпрысков известных семей: Рейвенхольт, Эльмонт и Тальфорд. Если уж совсем честно, то их знала не только я. Их знали все. Но со мной у троих было особо близкое знакомство.

В первый раз наши дороги пересеклись, когда они пытались выбить из моей сокурсницы готовую практическую работу. Я оказалась рядом и, прибегнув к родовой магии огня, популярно объяснила, что они не могут так запросто доставать кого-либо из девчонок. В тот день я была так же зла, как сегодня, и могла несколько не соизмерить свою силу.

Затем мы пересеклись в библиотеке. Эльмонт взял книгу, не записавшись в книгу учёта, а я в тот день как раз была дежурной в библиотеке и подняла шум. Парни ушли, бросая на меня такие злобные взгляды, что, уверена, меня спасло только наличие неподалёку миссис Элейн.

Третье столкновение произошло на практике по самозащите. Меня поставили в пару с Рейвенхольтом, который должен был атаковать, а я, в свою очередь, защищаться. Отец в своё время много занимался со мной магической самозащитой и многому научил, поэтому я быстро определила, что Алан Рейвенхольт перед прямой атакой немного пружинит на ногах. В результате я его просто умотала тем, что уходила от каждой атаки, что крайне веселило наших сокурсников.

Как бы то ни было, эти трое оттеснили меня в пустой коридор перед самым началом коллоквиума, и на их лицах явственно читалась угроза.

– Я смотрю, ты совсем страх потеряла, Люмериан, – протянул Тальфорд, наступая на меня и продолжая оттеснять к стене. – Как тебе только наглости хватает спокойно по академии разгуливать.

Крепче сжав лямку сумки, я нахмурилась:

– Если хотите меня запугать, вам стоит нанять телохранителя.

Парни переглянулись. Рейвенхольт хмыкнул.

– Уверяю тебя, цыпа, второй раз я не поддамся и продемонстрирую кое-какие секретные техники моей семьи. Если хочешь, можем приступить к этому уже сегодня.

Я не сводила с него напряжённого взгляда. О том, что он был сыном королевского палача, знали все. Как и о том, что он умело использовал самые изощрённые пытки, способные расколоть любого шпиона вражеского нам княжества Наоми.

– Что, только за отца и можешь прятаться? – процедила я, призывая магию.

Однако, она не слушалась меня. Что-то блокировало её, и лишь холод пробегал по позвоночнику.

Тьма тьмущая, они использовали какой-то артефакт магического торможения. Наверняка постарался Тальфорд, происходивший из семьи главного столичного прокурора.

– Хватит, ребята, – ухмыльнулся Эльмонт. – Не нужно лишний раз пугать малышку. Она же понятливая. И готова загладить свою вину. Ей нужно всего-то лишь написать за нас сегодняшнюю контрольную. Ты ведь справишься, малышка?

– Пишите сами свои контрольные, – холодно ответила я, хотя внутренности уже стянулись в тугой узел.

Эльмонт усмехнулся и покачал головой, делая вид, что глубоко разочарован.

– Айрин, Айрин… А мы ведь по-хорошему хотели.

– Но раз ты у нас такая гордая, – Рейвенхольт обошёл меня сбоку и, опершись ладонью о стену рядом с моим лицом, склонился ближе, – значит, придётся объяснить тебе, кто здесь хозяин, более доходчивым способом.

– Только попробуй, – прошипела я и плюнула ему в лицо.

– Ах ты… – прорычал он и схватил было меня за отворот плаща, но в этот момент послышались шаги, и все трое отступили от меня. Заложив руки в карманы, мимо неспешно прошёл Рендалл.

Его высочество будто бы оказался рядом случайно. Но, когда он поравнялся со мной, бросил на нас такой тяжёлый, мрачный взгляд, что трое хулиганов явно поумерили свой пыл.

– Неважно, – бросил Тальфорд. – Потом с ней разберёмся.

– Ещё за опоздание влетит, – добавил Эльмонт.

– Не думай, что этим всё закончится, – с кривой усмешкой пообещал Рейвенхольт, и все трое ушли из пустынного коридора, оставив меня одну.

Я же схватилась за сердце. Что за чёрная полоса! То дядя Флимус, то Фрейвинд, то эти трое…

Призвав огонь, я заставила его вспыхнуть над моими ладонями. Весёлые язычки пламени послушно явились и убедили меня в том, что с моими способностями всё в порядке, несмотря на недавнее подавление.

Надо было найти какую-то защиту от подобного артефакта. Ведь иной раз и дядюшка может раздобыть что-то похожее. Можно было бы наведаться в лавку артефактора, вот только на какие деньги?

– Ты бессмертная, что ли? – бросил вернувшийся Фрейвинд. – Не знаешь разве, что такие, как они, делают с такими, как ты?

– Не посмеют, – не совсем уверенно ответила я.

– Идём, – принц даже не остановился, проходя мимо. – Есть разговор.

– Говори, – вскинулась я.

– Не здесь, – коротко бросил он и дальше пошёл молча.

Поправив на плече сумку, я поторопилась догнать принца, который уверенным шагом направился в аудиторию магических практик.

– Ты же хотел поговорить, – сказала я тихо, когда мы вошли в аудиторию. Но, как я ни старалась не привлекать внимания, этого было недостаточно. Всё равно большинство взглядов были направлены в нашу сторону. Сам Рендалл наверняка привык к такому вниманию, его обожали и боялись одновременно, а вот я всегда оставалась незаметной на фоне остальных адептов. И теперь чувствовала себя крайне неуютно.

Вместо ответа принц одарил меня тяжёлым взглядом и молча продолжил идти куда-то в центр зала. Наконец, остановившись у одного из столов, он засунул руку в стоявшую на нём сумку и вытянул из неё небольшой бархатный мешочек, которым потряс прямо перед моими глазами.

– За вчерашнее, – сказал он неожиданно громко. – Ты хорошо поработала, киса. А я всегда плачу за удовольствие.

Я опешила. Приоткрыла было рот, чтобы высказать ему всё, что о нём думаю, но сдержалась и замерла, глядя ему в глаза. Он просто так во всеуслышание заявил о моей подработке, и я не могла себе позволить малейшей реакцией подтвердить его слова.

Пришлось взять себя в руки и изобразить равнодушие.

– Не знаю, о чём ты, Фрейвинд, – ответила я и, развернувшись, прошла к свободному месту, где села за стол в ожидании профессора.

Но принц оказался настырным.

Он подошёл ко мне и уронил на стол мешочек. Тот, упав с характерным звоном, обмяк.

– Значит, теперь делаем вид, что ничего не было? – он выгнул бровь, нависнув надо мной. – Или боишься, что я всем расскажу, какой ты умеешь быть послушной? За достойную плату, разумеется.

Не дождавшись моего ответа, он неторопливо выпрямился и пошёл было к себе, но я схватила мешочек и с силой швырнула его прямо в сильную спину принца. Тот не издал ни звука, но обернулся. Кошель грузно упал на пол.

– Мне не нужны подачки, – фыркнула я, скрестив руки на груди.

Рендалл на мгновение задержал на мне взгляд, но тут же сузил глаза и качнул головой. В тот момент я бы всё отдала, чтобы понять, что у него на уме, но он не сказал ни слова и не подал вида, что я его задела или развеселила. Нет, он спокойно опустился на свой стул, проигнорировав кошель и устроившись так, что сразу было ясно, кто в этой аудитории король. Потом бросил через плечо:

– Я похож на того, кто разбрасывается деньгами по пустякам?

Я не нашлась сразу с ответом, а воцарившаяся было тишина тут же наполнилась шёпотом, нервным смехом и поражёнными возгласами. Едва ли можно было уловить суть разговоров, но стало предельно ясно: ближайшее время я стану главной темой для разговоров в “Созвездии”. И, чтоб ему пламя поперёк горла встало, мне это было совершенно незачем.