Соня Лыкова – Две таверны или Уступите девушке клиента, господин! (страница 8)

 — А вы знаете, я могу вам помочь. Ничего не могу сделать против ваших чар! Готов хоть сейчас выкупить вашу таверну!

 — Да сколько ж можно! – крикнула я, не выдержав. Слёзы подкатывали к горлу, но я сжала кулаки, сдерживая любой порыв продемонстрировать свою слабость. – Что я должна сделать, чтобы вы от меня отстали?!

Дуквист откинулся на спинку стула и демонстративно приложил палец к губам.

 — Дайте-ка подумать… о-о-о… знаю!

 — Что вы там придумали? – устало выдохнула я.

 — Ждите здесь. Никуда не уходите. Я буду через минуту!

И, прыгая через стулья, он убежал из таверны, оставив меня одну. 

Боже, как я устала! А ведь ярмарочный сезон ещё не начался даже. Положив руки на стол, я легла на них лбом и, закрыв глаза, некоторое время не шевелилась, лишь подсчитывала в уме, сколько мне придётся выплатить приюту, сколько после этого останется и сколько нужно будет получить выручки за время ярмарки, чтобы всё это покрыть…

 — А вот и я, – в зал вошёл настолько радостный Дуквист, что мне стало нехорошо. – Смотрите, что для вас принёс!

Он положил на столешницу передо мной аккуратно сложенный комплект одежды, в котором угадывался классический клетчатый жилет хозяина таверны. 

 — Что это?

 — Это ваш новый костюм. Будете ходить в нём, не стану попрекать милым личиком, – Дуквист подмигнул. 

 — Хорошо. Но в добавок вы не станете лезть в дела моей таверны и общаться с моими постояльцами.

 — По рукам!

После этих слов воцарилась звенящая тишина. Я сидела за столом, глядя то на Дуквиста, то на одежду перед собой, Оден радостно улыбался в ответ.

— Вы чего-то ждёте?

 — Конечно. Жажду взглянуть, как вы будете смотреться в этом.

Сжав зубы, я резко встала и, схватив со стола комплект, быстрым шагом направилась в свою комнату. Если эта одежда его успокоит и избавит меня от его издевательской улыбки, буду ходить в ней круглые сутки!

Закрыв за собой дверь, я бросила костюм на постель и расправила брюки. Ну конечно, мужской крой, да ещё и такая длина, что подворачивать придётся чуть не до колена. Жилет и рубашка также оказались мужскими и слишком большими для меня. 

Пальцы не слушались. Пуговицы не хотели расстёгиваться, булавка зацепилась так, что я потратила добрых несколько минут, чтобы вынуть её из ворота рубашки и потом отбросить в сторону. Новые брюки висели мешком, пришлось крепко затянуть ремень, а штанины подвернуть несколько раз, и теперь они болтались на ногах, как язычок колокольчика. 

Заправленная в брюки рубашка собралась валиком, и я вытянула её наружу, так и оставив болтаться поверх брюк. Благо хоть жилет затягивался ремешками на поясе, и я заузила его, насколько могла, но и этого не хватило: он висел на мне безвольной тряпкой.

Последним штрихом оказался платок. Грубый шерстяной серый платок, какие бабушки одевают по осени, когда начинает холодать. Некоторое время я озадаченно на него смотрела, а потом со вздохом надела на голову, завязав сзади. 

 — Довольны? – резко спросила я, появившись в обеденном зале. 

Дуквист подошёл, приложил палец к губам и критически меня осмотрел. 

 — Почти. Надо только кое-что подправить.

Его ладони ловко юркнули под мои волосы, чтобы развязать платок, скрестить его концы под подбородком и вновь завязать сзади. 

 — Вот теперь хорошо!

 — И что, вы от меня отстанете?

Лицо его стало ещё более довольным, чем прежде.

 — Если обещаете везде ходить в таком виде.

 — Обещаю, – процедила я в ответ.

 — Что же, позвольте откланяться, – Дуквист в самом деле изобразил шутливый поклон. – Удачной ярмарки!

Я с трудом удержалась, чтобы не швырнуть ему в след круглую миску для хлеба, что лежала на столе рядом, а Оден, в свою очередь, словно почувствовал это моё стремление, и быстро выбежал, пригнув голову.

Так. Спокойно. Вдох-выдох. Ничего непоправимого не случилось, костюм – это ерунда, работаем дальше.

 — Юри! – крикнула я и пошла вглубь таверны. Пора готовить ревелл.

… Я опустила ложку в воду, от которой уже шёл пар, подержала несколько секунд, а потом приложила к губам. Покачала головой:

 — Ещё немного нагреть нужно. 

Юри послушно кивнул и стянул с себя рубаху. 

 — Госпожа Силин, вам не жарко? – осторожно спросил он, явно намекая на мой новый головной убор.

 — Зуб болит, – проворчала я в ответ. – Шаман велел в тепле держать. 

 — О, сочувствую, – искренне откликнулся Юри и достал с полки чашку с подготовленной смесью трав. – Вы бы к лекарю обратились.

 — Обращусь, как только закончу с делами. Всё, снимай с огня.

Юря взял ухват и с его помощью переставил котелок на металлическую подставку, после чего сразу засыпал смесь трав из чашки и хорошенько перемешал. Его плечи и спина заискрились капельками пота.

В подвал сунула нос Лани, но, увидев Юри, тут же раскраснелась и спряталась за дверь.

 — Охлади эту смесь немного и закутай в одеяло, – велела я. – Пойду кое с чем разберусь и сразу вернусь.

 — Не переживайте, госпожа, – Юри провёл пятернёй по светлым кудрям, зачёсывая их назад. – Мне не впервой готовить снежный ревелл!

 — Спасибо, – моих губ коснулась облегчённая улыбка. – Ты меня очень выручаешь.

 — Так ведь то ж моя работа! – подмигнул Юри и принялся выбирать с полок нужные сорта трав, а я вышла из подвала.

Здесь, в тёмном коридоре, прислонившись спиной к стене, сидела на корточках малышка Лани и тихо плакала. Я присела рядом. Некоторое время мы молчали.

 — Так и сколько тебе зим?

 — Пятнадцать, – с трудом выдавила она сквозь застрявший в горле ком. Я кивнула.

 — Ещё восемь месяцев впереди. Не так уж много.

 — Тётя Аглая говорила, что приютским и самим не нужен лишний рот, – всхлипывая, сказала Лани. – Что они лучше себе прикарманят казёные деньги, чем меня искать будут. 

Я обняла её и обадривающе потрепала по плечу.

 — Казна не так много выделяет на одну сироту, им нужны те деньги, которые ты зарабатываешь в таверне. Не переживай, я с ними договорюсь. Только с ревеллом закончим – и поеду в Лувак. Я тебя им на растерзание не отдам.

 — Но ведь вам придётся выплатить всё, – прошептала Лани. – Я знаю, я слышала ваш разговор с Диной. 

 — Не переживай, – я с улыбкой коснулась пальцем кончика носа девушки. – Деньги – это всего лишь деньги. Заработаем ещё. 

 — Вы слишком добры ко мне…

 — Не слишком. Ты у меня ещё всё это отработаешь. Бегом на кухню посуду мыть! 

Лани не заставила меня повторять дважды: вскочила, изобразила неловкий книксен и скрылась в темноте коридора. 

Я же поправила колючий платок и вытянула ноги, так и оставшись сидеть на полу. Из кухни тянулся сладкий аромат выпечки. Прикрыв глаза, на несколько мгновений я просто растворилась в тишине, в отдалённых звуках гремящей посуды, в слабом ветерке, что обдувал голые щиколотки, в таком хрупком покое… который тут же был нарушен.

 — О, вот ты где! – Дарен перепрыгнул через несколько ступенек, что вели с первого этажа в подвал. – А я как раз закончил. Установил колокольчики в свободных комнатах, а как остальные освободятся – и там поставлю. Раз плюнуть!

Я слабо улыбнулась. По крайней мере, вокруг есть друзья. Всё это неприятно, конечно, но не достаточно, чтобы сломить меня!

Глава 7

Госпожа Сара, дородная женщина в крупных квадратных очках с толстенной оправой, демонстративно прокашлялась.