Соня Лыкова – Две таверны или Уступите девушке клиента, господин! (страница 21)

Он повёл плечом:

 — Сейчас это уже не важно.

 — Мне бы не хотелось, чтобы вы думали обо мне плохо.

 — С чего вы взяли, что я о вас плохо думаю?

Краска вновь прилила к моему лицу. Действительно. Он ни разу ничего плохого обо мне не говорил, и лишь в собственных мыслях я видела себя злой ведьмой, которая замышляет недоброе против соседского колдуна.

 — Утром, когда вы заходили…

 — Вы уже извинились, теперь мой черёд принести свои извинения, – перебил он. – Прошедшим утром я несколько утратил над собой контроль, дав волю эмоциям, и это был непозволительный промах с моей стороны. 

Я закрыла лицо руками. Ни разу в жизни ни перед кем мне не было так стыдно, как сейчас перед Дуквистом.

 — Если бы можно было, я бы повернула время вспять, чтобы начать всё с начала, – мой голос глухо раздавался из-под ладоней. 

 — Не прячьте личико, – Оден взял меня за запястье и отнял ладонь от лица. – Оно слишком красивое, чтобы его скрывать. Особенно когда вы краснеете. 

Его пальцы скользнули, обхватив мою ладонь – и Дуквист прикоснулся к ней губами. 

 — Спокойной ночи, госпожа Силин. 

Я не смогла ответить, лишь ошарашенно наблюдала за тем, как он медленно выпускает мою ладонь, поднимается с кровати и подходит к двери.

 — Вы не пожелаете мне добрых снов в ответ? – насмешливо спросил он, задержавшись в дверном проёме.

 — Д-добрых… снов… – пролепетала я. 

Последний раз улыбнувшись, он подмигнул мне на прощанье и скрылся за дверью, оставив меня одну в залитой лунным светом каморке.

Глава 13 

Очередной петушиный крик заставил меня разлепить глаза – и снова сомкнуть веки. Небо только начало заниматься утренней зарёй, а мне так хотелось спать, словно весь прошедший день провела за работой в поле. 

А потом по очереди мелькнули две мысли.

Первая: “Ярмарка!” – заставила меня резко распахнуть глаза. Вторая: “Седрик!” – буквально подскочить в постели.

Через некоторое время, на рассвете, меня будет ожидать телега у городских ворот, а я тут прохлаждаюсь! По счастью, прошедший вечер так меня вымотал, что не нашлось сил даже переодеться, и теперь не нужно тратить на это лишнее время.

Воспоминания о вечере вспыхнули перед глазами и я со стоном стыда ударилась лбом о косяк. Кровь прилила к щекам, и мурашки пробежались по затылку. Великая сила, да что ж на меня нашло-то! 

С трудом взяв себя в руки и всё ещё чувствуя, как горит лицо, я поспешно поправила волосы и побежала по коридору к кухне. По счастью, именно в этот момент в ней появилась заспанная, зевающая Мариша, а Дина уже топила печь. 

 — Хорошо, что вы здесь, – заметила я, остановившись в дверном проёме. – Мне нужно срочно отлучиться на несколько часов, когда вернусь – не знаю. Мариша, ты за главную. Отыщи Юри, пусть помогает, сама иди в главную залу обслуживать гостей. Дина, следи за колокольчиками. Справитесь без меня?

 — Справимся, – уверенно ответила Мариша и снова зевнула. – Но вы всё же не задерживайтесь. 

Улыбнувшись на прощание, я поспешила на задний двор, где в сарае уже была подготовлена та одежда, в которой видел меня господин Седрик. Переодевшись, аккуратно сложила костюм хозяйки и припрятала в мешок. Хорошо бы взять его с собой, чтобы вернуть себе прежний облик где-нибудь в лесу и не бегать здесь по двору, словно воровка или шпионка какая, но и таскать за собой свёрток тоже может быть несподручно.

На место я пришла даже раньше, чем телега, которая неторопливо подкатила к воротам. Остановившись чуть в стороне, возница – ухоженный мужчина с острой бородкой – поднял голос:

 — За тобой господин Седрик послал? Садись! – и кивком головы указал себе за спину.

Я поспешно взобралась в телегу. Солома, колючая и жёсткая, покрывала её лишь тонким слоем, а рядом лежали большие, набитые чем-то твёрдым тюки.

Возница развернул коней – и мы довольно бодро поехали обратно, прочь от Айдаллина. Возле таверны к нам подбежал мальчишка лет семи:

 — Здравствуйте, господа хорошие, не желаете ли остановиться? “Старый друг” предлагает вам изысканный завтрак, мягкие постели и специальные услуги для новых гостей!

Это ещё что за специальные услуги?

 — Пшёл! – рыкнул на него возница, и мальчишка, нимало не расстроившись, отбежал в сторону. 

Дуквист, значит, продолжает свои игры… 

Я хмыкнула и попыталась устроиться поудобнее. В чём-то он прав, конечно. Деньги есть деньги, и чтобы их заработать, необходимо крутиться, пусть даже порой немного против общепринятых правил. 

Спустя какое-то время качка всё-таки сморила меня, и когда возница грубо потрепал меня за ногу, всё тело болело от сна в неудобной позе.

 — Прибыли, – мрачно объявил он. Потом огляделся и, убедившись, что рядом никого нет, выудил из-за ворота свернутый в рулончик небольшой холст, который развернул передо мной: – Искать надо её. Госпожа Катрин. В скором времени она выйдет из этого дома, – он указал подбородком в сторону и я торопливо поднялась, чтобы разглядеть названное здание, – и твоя задача проследить за ней до тех пор, пока она не встретится со своим мужчиной. После этого возвращайся сюда же и не привлекай к себе внимание. Всё понятно? 

Я кивнула. 

 — А теперь вылезай, да поскорее, чтоб не видел никто. 

Не успела я спрыгнуть с телеги, как возница уже залез на козлы и припустил коней. С трудом удержав равновесие, огляделась. Пустынная площадь, двух- и трёхэтажные дома стоят по кругу, ещё низкое солнце заливает их бледным светом и бликует в камнях мостовой. Что это за город? Что за место? И… эта Катрин. Уже знакомая мне Катрин. Совпадение? 

Но не отступаться же теперь. Катрин так Катрин. После того, как она подставила меня, было даже почти не стыдно. 

Пристроившись на завалинке одного из домов, откуда открывался хороший вид на парадный вход богатого красно-белого здания, принялась ждать. Очень скоро громким урчанием желудок напомнил о том, что со всеми этими событиями и переживаниями я совсем забыла поесть, но как раз в этот момент дверь, за которой я неусыпно следила, приотворилась… и из неё действительно вышла, воровато оглядываясь, уже знакомая мне девушка. На меня её взгляд действительно не упал, словно меня вовсе не было, и неприятное чувство скользнуло в груди. 

Дождавшись, когда девушка отойдёт немного от дома, я разулась и, прижимая к себе неудобные лапти, на носочках побежала по мостовой. Скоро Катрин нырнула в чей-то сад, и двигаться за ней стало сложнее. Шелест листвы и травы под ногами выдавал меня с головой, приходилось держать большее расстояние, а сама девушка то и дело скрывалась между кустов. Неудивительно, что папенька не мог понять, куда уходит его дочь, такими-то путями из дома убегать!

Катрин пересекла сад – и нырнула в тесный переулок. Я бросилась было за ней бегом, но наступила на какую-то колючую ветку, несколько секунд, ойкая, прыгала на одной ноге, а когда собралась с духом и всё-таки добежала до переулка, игнорируя боль, то девушка лишь мелькнула за поворотом. Пришлось поторопиться. 

Несколько раз она оборачивалась, и сердце у меня выпрыгивало из груди. Несколько раз мне приходилось бежать со всех ног, чтобы не потерять из виду девушку, когда та поворачивала за угол. И в конце концов она зашла в небольшой неприметный фургон, стоявший на краю леса, рядом с которым паслась привязанная к дереву лошадь, а я осознала, что совершенно не представляю, как теперь вернуться обратно. 

Жизнь в городе уже кипела. Мимо пробегали люди, с мешками и тележками, во фраках и драных рубахах, одни придерживали цилиндры на голове, другие чесали затылок, отчего фуражка съезжала набекрень. И никто, совсем никто не обращал на меня ни малейшего внимания.

— Эй, замаршка! – окликнул меня мальчишка лет пятнадцати в чистом коричневом костюме и белых гольфах. Башмачки – начищены до блеска. Из богатеньких. – Хочешь заработать? Если будешь стоять и не двигаться, пока мы кидаем в тебя помидоры, получишь три медяка! 

Я проигнорировала их предложение и продолжила оглядываться, пытаясь решить, как действовать дальше. Идти обратно не вариант: наверняка перепутаю какой-нибудь поворот. Нужно узнать дорогу у кого-нибудь из прохожих. 

 — Замарашка! Ты оглохла? 

 — Да она поди из этих, – ответил другой парень, подбрасывая в руке помидор. А потом бросил. Я даже увернуться не успела – и это было больно. 

 — Вы что, совсем офонарели?! – крикнула я от неожиданности.

 — А нет, гляди-ка, нормальная! – третий с хохотом швырнул в меня второй помидор, и я поняла, что в таком виде кричать на них бесполезно. 

Под дружный хохот и оскорбления побежала вдоль по улице, запоминая названия лавок. Дом судьи Седрика я как-нибудь найду, но ведь ему нужно будет ещё как-то объяснить, куда именно уходит его дочь ранними утрами.

Ещё несколько помидор прилетели мне в спину, прежде чем я спрыгнула с пригорка в перелесок, за которым виднелась река. Скрывшись за кустарником, стянула с головы платок, умылась и расправила волосы. С платьем уже ничего нельзя было сделать, но с чистым лицом и руками ходить по городу было как-то спокойнее. 

Вернувшись на городскую улицу, я воровато огляделась: хулиганы нигде не виднелись, зато по дороге шёл молодой джентльмен во фраке.

 — Извините, – обратилась я к нему. – Не подскажете… 

Но он прошёл мимо, не задерживаясь, словно я пустое место, и даже задел локтем. Ладно, спросим у кого попроще.