Соня Лыкова – Две таверны или Уступите девушке клиента, господин! (страница 13)
Дуквист видел меня только такой. Аккуратной. В костюме тавернщика. А если нацепить простенькое крестьянское платье, да повязать на голову косынку, волосы припрятать под неё, лицо измазать мукой, словно только с кухни? И лапти, лапти!
В той же подсобке, прикрывая лицо локтем от поднимающейся пыли, я пробралась к дальнему, давно забытому сундуку. Здесь хранилась старая одежда, что-то носила ещё моя мама, а что-то и вовсе забыло своих хозяев. Тут же отыскались и сношенные лапти, место которым в печи, а не в сундуке. Выудив это всё, я высунула голову, чтобы убедиться, что никто не увидит меня с таким-то сокровищем, и побежала в свою комнату. Там аккуратно разложила на кровати сарафан и задумчиво его осмотрела. Вроде цел. Как только мыши не погрызли? Грязный только, как не знаю что, но оно так лучше даже. И пахнет почти приятно даже: рядом как раз стояли еловые и берёзовые веники. Сбегав на кухню за мукой, я быстро переоделась, прихлопала ею брови с ресницами, чтобы цвет волос угадывался с трудом, покрутилась перед своим маленьким зеркальцем и, вполне довольная собой, через чёрный ход вышла из таверны.
Меня ждала разведка.
В конце концов, надо же понять, что там такого хорошего, что все клиенты толпой убежали к соседям! У него там стройка, шум, пыль, кто-нибудь нет-нет а вернулся бы.
Повернув за угол таверны, я резко отступила назад: мимо как раз проходил Юри с мешком муки на плече. Если постояльцы и Дуквист вряд ли признают меня в таком виде, то вот Юри-то я обвести вокруг пальца не смогу. Дождавшись скрипа входной двери, я осторожно высунула нос и огляделась. Никого. Самое время! Бежать в старых лаптях было неудобно, даже несмотря на повязанные на ноги портянки: обувь болталась и наверняка в скором времени натрёт мне мозоли.
Вдалеке прокричали петухи. Это уже третьи, скоро город начнёт оживать, а значит, мне нужно поторопиться и проследить, чтобы заявленные завтраки в постель выполнялись исправно. Даже несмотря на вечерние репетиции, душа всё ещё оставалась не на месте.
У забора я остановилась и осторожно выглянула поверх. Дуквист всё ещё возился во дворе. Нельзя, чтобы он случайно заметил моё появление со стороны таверны, а значит, придётся сделать крюк.
Лесочком я отбежала к городу и остановилась у ворот, переводя дыхание. Великая Сила, что ж я делаю-то?!
Ещё через несколько минут я замедлила шаг возле живой изгороди, что огораживала “Старого Друга”. Сквозь густую листву ничего не было видно, и я прошла дальше, остановившись у края кустарника. Осторожно выглянула во двор. Одена там уже не было, зато были аккуратно сложены стопочкой уже распиленные лодки, основательно погрызенные крысами. Мне даже стало стыдно, что вообще думала о таком бесчестном поступке.
Воспользовавшись моментом, когда во дворе безлюдно, по знакомой с детства тропке я прошла за яблоневым садом и вышла к боковой стене таверны. Ещё несколько шагов – и вот они, окна главного зала, откуда как раз доносились голоса.
— Мы с тобой так не договаривались, Дуквист, – произнёс какой-то мужчина. Я мельком заглянула в окно, чтобы только посмотреть, кто это говорит, и тут же юркнула вниз, сев на завалинку. – Ты обещал, что всё будет гладко.
— Оно и будет, – я узнала сильный голос Одена и зажала рот руками, словно боялась случайно произнести что-нибудь. – Прибыли с этой ярмарки ждать нечего, главный наш козырь – это слухи, которые из Айдаллина расползутся по всему Кроль-Стойку. Здесь мы находимся в самом центре, рядом проходят торговые пути…
— Рядом, но не через Айдаллин.
— Не всё сразу, дорогой мой Седрик. На самом пути мы бы не смогли с такой лёгкостью выкупить несколько таверн за бесценок. К тому же, рабочая сила…
— Что-то результата пока не видно. Клиенты недовольны, я сам слышал их разговоры.
— Седрик, что ты в самом деле! Я в этом месте всего лишь третий день, каких ты от меня результатов хочешь?
— Во-первых, начать ты должен был ещё несколько недель назад, и оговоренную сумму мы выплатили тебе в срок. Во-вторых, раз уж ты здесь третий день, значит уже третий день как эта хибара через дорогу должна быть твоей! Вместе со всей обслугой!
— Хозяин не желает продавать таверну, я веду переговоры.
— Ну так сожги её к чёртовой матери, всё равно потом новую строить!
С каждой следующей фразой мои глаза распахивались всё шире. Если сейчас Дуквист не станет спорить…
— Я понял, Седрик. Сделаю всё, что в моих силах.
— Уж постарайся. Иначе вылетишь из нашего общества, как пробка из бутылки.
Оба немного помолчали.
— Если понадобится помощь с локализацией пожарища, пришли весточку Даймонду за пару дней, – добавил Седрик. – Кажется, кто-то из постояльцев проснулся. Мне пора. Не падай духом, Дуквист, будет и на нашей улице праздник, только ты пожёстче здесь. Пожёстче.
Шаги. Скрип входной двери. И следом другие шаги – из глубины дома.
— О, господин Оден! – звучным басом проговорил кто-то, видимо, постоялец. – Как насчёт плотного завтрака? Я бы сейчас целого барашка съел, впереди день длинный, хлопотный…
Беззвучно развернувшись, я встала на колени и осторожно заглянула в залу. Лица Дуквиста видно не было, а вот толстячок, что усаживался за стол, оказался прямо перед моим взором.
— Моя помощница уже готовит всё для плотного завтрака, – произнёс Оден каким-то непривычным голосом, словно пытался умаслить постояльца. – Сейчас же пойду справлюсь.
Я побежала вдоль дома, точно зная, куда он направляется. Кухня, как и у нас, была расположена с задней стороны, и даже бегом, мне не удалось бы успеть быстрее Дуквиста. Закусив нижнюю губу, я остановилась возле окна кухни.
Но ни единого голоса. Неужели Оден уже успел уйти?
Прижавшись к стене и старательно игнорируя грохочущее сердце, я заглянула в кухню. Представшее моему взору зрелище превзошло любые ожидания: возле печи суетился сам Дуквист! Прямо на моих глазах он вытаскивал из тёплого шкафа свежий хлеб, нарезал его большими ломтями и укладывал в миску, замешивал омлет из десятка яиц с молоком, мукой, щепоткой соли… и делал это всё виртуозно!
Опомнившись, я спряталась за косяк и несколько секунд тупо смотрела прямо перед собой, пытаясь собрать реальность по кусочкам. Оден Дуквист. Дворянин, бывший казначей, хозяин таверны. Сам готовит завтрак для своих постояльцев?! Да что здесь вообще происходит?! Услышав стук ножа, я сунула нос в окно: сосед нарезал свежие овощи то ли на салат, то ли в рагу – да так быстро и умело, как не получилось бы даже у Дины, хотя она у нас проработала без малого сорок лет!
— Эй, малявка, ты что тут забыла? – окликнул меня мужской голос, и я резко обернулась. Со стороны причала в мою сторону шёл смутно знакомый мужчина с молотом в руках. Кажется, один из братьев мельника с юга Айдаллина. Или кузнеца Стэна?
Кем бы он ни был, лучше делать отсюда ноги.
— А ну стой! – прокричал он и, бросив молот, погнался следом.
Зачем я только эти лапти надела! В них же бежать невозможно!
— Держи воровку!
Да с чего он взял, что я воровка?!
Я перепрыгнула через небольшую кучу дров, повернула за угол – и врезалась прямо в грудь самого хорошо одетого человека в моей жизни. И звали его Седрик.
— Стоять! – он схватил меня за ворот, как только я попыталась побежать, и больно сдавил горло. Пришлось остановиться. – Воровка, значит?
Из-за таверны выскочил брат то ли мельника, то ли кузница, и резко дёрнул меня за руку.
— А ну признавайся, что стащила?!
Я насупилась. Если начну говорить, кто-нибудь может узнать по голосу или по мимике. Придётся притворяться немой.
— Юная госпожа изволит молчать-с? – протянул Седрик, поправляя невысокий цилиндр на голове. – Ну так пожалуйте её в отделение полиции. В Айдаллине ведь такое имеется?
— Имеется, ещё как имеется, – работник замахнулся на меня, словно собирался стукнуть, и я послушно подыграла ему, изобразив страх. Вжала голову в плечи, как самая настоящая нищая девчонка.
— Что ж, тогда давайте проследуем. Так что же она взяла?
— Не знаю, но точно видел, как она вышла с кухни, а таких замарашек среди работников таверны отродясь не было!
Я замотала головой и протянула руки, демонстрируя, что ничего не имею им показать.
— Да чего ты руками тычешь, карманы выворачивай! – работник дёрнул меня за руку, и я даже порадовалась, что та не оторвалась ненароком. Едва сдержав вскрик, я поморщилась от боли честно вывернула карманы. Из них вывалились: старый скомканный платок, проржавевшая мелкая монетка и шило – в таком же состоянии.
— Она хотела убить хозяина! – проорал мужик, подбирая шило и потрясая им перед лицом Седрика.
— Этим? – выразительно уточнил тот. – Да этим только муравья придавить можно! Не смешите меня, лучше дайте девчонке кусок хлеба и отпустите подобру-поздорову. Может, она и воровка, но украсть скорее всего хотела всего лишь немного еды. Ведь так, юная госпожа?
Я торопливо закивала. А что, нормальная версия…
— Эй, Лани! – крикнул мужик куда-то мне за спину, и я замерла, как вкопанная. Вот уж кому попадаться на глаза точно не стоит! – Притащи с кухни ломоть хлеба для этой замарашки!
Ой-ой. Надо уходить отсюда.
— А… хорошо, сию минуту! – ответила Лани у меня за спиной, и краем глаза я увидела, как она забегает в таверну.