18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Сона Скофилд – Восстановить отношения с бывшим (страница 13)

18

– Все в порядке? – спросил он.

Обычный вопрос.

Но это было не заботой.

Это было допросом, упакованным в вежливость.

– Да, – ответила я.

– Правда?

– Мне просто нужно было выйти.

Он молчал еще секунду. Потом скользнул взглядом туда, где только что стоял Максим. Коридор уже был пуст. Разумеется. Максим никогда не оставался на месте, когда главный удар уже нанесен.

– Я вижу, – сказал Игорь. – Что выйти тебе нужно было не одной.

Лера сразу сделала то, за что я любила ее много лет: без лишних слов поняла, когда нужно исчезнуть.

– Я подожду тебя в зале, – тихо сказала она и сжала мое запястье чуть сильнее, чем было бы уместно для обычной поддержки. Предупреждение. Опора. Напоминание, что я не одна.

Когда она ушла, воздух в коридоре стал жестче.

Игорь приблизился еще на полшага. Не вплотную. Достаточно, чтобы сохранить видимость уважения, но сократить дистанцию до предела.

– Кто это? – спросил он.

Я устала от этого вопроса еще в зале. Но теперь за ним стояло уже не любопытство, а мужская территория, задетое самолюбие и то особое унижение, которое чувствует жених, увидев свою невесту в белом платье напротив другого мужчины – так, будто весь остальной мир в этот момент перестал существовать.

– Мой бывший, – сказала я.

Прямо.

Без украшений.

Без удобных формулировок.

Игорь медленно кивнул.

– Я уже понял.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Потому что я хочу услышать это от тебя, а не додумывать по выражению твоего лица.

Больно точно.

Я отвела взгляд.

За стеклом темнел город. На парковке блестели после недавней сырости крыши машин. Где-то внизу открылась дверца такси, кто-то в ярком пальто засмеялся слишком звонко для такого вечера. Обычная чужая жизнь. Нормальная. Легкая. Мне захотелось на секунду стать кем угодно, только не собой.

– Что ему было нужно? – спросил Игорь.

– Поговорить.

– На твоей помолвке?

– Как видишь.

– И ты, конечно, ничего не знала заранее.

– Нет.

Он долго смотрел на меня.

– Алина, ты понимаешь, как это выглядит?

Я коротко усмехнулась. Получилось устало.

– Поверь, со стороны изнутри это выглядит не лучше.

– Не надо переводить в шутку.

– Я и не перевожу.

Он выдохнул через нос и опустил взгляд на мои руки.

Наверное, со стороны они выглядели не слишком убедительно для женщины, которой нечего скрывать. Пальцы дрожали. Телефон я сжимала так, будто он был единственным твердым предметом в этой реальности.

– Ты плачешь? – вдруг спросил он.

Я вскинула голову.

Только тогда поняла, что глаза действительно жжет. Не от слез даже. От напряжения. От злости. От унизительного возвращения прошлого в тот самый вечер, когда я пыталась доказать себе, что давно живу дальше.

– Нет.

– Тогда почему ты выглядишь так, будто у тебя случилось несчастье?

Потому что оно и случилось.

Только не сегодня.

Три года назад.

А сегодня оно просто встало у двери и напомнило, что я ничего не пережила по-настоящему.

– Мне надо домой, – сказала я тихо.

– Сейчас?

– Да.

– Ты оставишь гостей посреди вечера?

– Игорь, пожалуйста.

Он прищурился. Совсем немного. Но я знала этот тип мужчин: для них «пожалуйста» в неудобный момент часто звучит как попытка уйти от ответственности.

– Нет, не пожалуйста, – произнес он. – Сначала ты объяснишь, почему в день нашей помолвки из-за одного человека у тебя такой вид, будто все рухнуло.

Я почувствовала, как во мне поднимается злость. Не та беспомощная, горячая, как рядом с Максимом. Другая. Более ясная. Более холодная.

– Ты правда хочешь этот разговор прямо сейчас? Здесь? Между залом с твоими родственниками и лестницей?

– Я хочу понять, на что именно я смотрю.

– Тогда смотри внимательно, – ответила я. – Потому что я сама пытаюсь это понять.

Он замолчал.

Впервые за все время на его лице проступило не раздражение, а нечто похожее на задетую гордость. И я почти увидела, как в нем ломается привычная схема: тихая, разумная, благодарная Алина, которая не устраивает сцен, не заставляет ждать, не бросает его с коробочкой на глазах у семьи, вдруг ведет себя как женщина, которой больнее, чем прилично.

– Он все еще тебе не безразличен? – спросил он.

Вот теперь удар пришелся точно.

Я посмотрела на него и не сразу смогла ответить.