Сона Скофилд – Попаданка. Жена по приказу врага (страница 3)

— Они и так будут.

— Знаю.

Я подошла к окну. За стеклом тянулся серый двор, стража, каменные арки, черные флаги на башнях. Внизу шли люди, и у каждого был такой вид, будто сегодняшний день для них обычный. Обычный день, когда одну женщину отдают мужчине, чтобы скрепить чужую победу.

— Тарис, — спросила я, не оборачиваясь, — все боятся этого Рейнара Торна?

— Да.

— А ты?

Она помолчала.

— Я боюсь не его, миледи.

Я медленно повернулась.

— Тогда кого?

Она быстро посмотрела на дверь, будто нас могли подслушивать даже стены.

— Тех, кто вас к нему ведет.

У меня по спине прошел холод.

— Почему?

— Потому что лорд Торн — конец одной беды, — почти неслышно сказала она. — А они были ею всю вашу жизнь.

Я смотрела на нее и понимала: вот она, первая правда в этом мире. Не полная. Не ясная. Но настоящая.

Мужчина, которого мне велели считать врагом, может оказаться не самым страшным.

Самое страшное — это люди, которые улыбаются, когда ведут тебя на казнь и называют это долгом рода.

Внизу во дворе ударил колокол.

Один. Потом второй.

Тарис вздрогнула.

— Пора, миледи.

Я снова подошла к зеркалу.

Из него на меня смотрела Лиара Вейлен — чужая женщина с искусанными губами и глазами человека, который слишком долго жил в страхе. Но теперь за этими глазами была уже не она.

Я коснулась пальцами стекла.

— Не знаю, кто ты была, — едва слышно сказала я своему отражению. — Но я не дам им добить нас обеих.

Тарис, конечно, не должна была этого слышать. Но услышала. Я заметила это по тому, как изменилось ее лицо. В нем впервые промелькнуло не сострадание и не ужас, а что-то очень похожее на слабую, почти недоверчивую надежду.

Я выпрямилась.

Страх никуда не делся. Меня по-прежнему трясло изнутри. Я по-прежнему не понимала, как попала сюда, что стало с моим настоящим телом и почему оказалась именно в этой девушке, именно в этот день. Но одно я знала уже точно.

Я не позволю им вести меня к алтарю как бессловесную жертву.

Даже если сегодня меня отдают врагу, на коленях я к нему не пойду.

Глава 2. Мне надели брачное платье так, будто это была последняя рубашка перед казнью

Меня начали собирать молча.

Не так, как собирают невесту. Не с суетой, не с улыбками, не с тем фальшивым восторгом, которым женщины обычно прикрывают чужое несчастье, чтобы оно выглядело приличнее. Здесь все было иначе. Быстро. Холодно. Деловито. Словно меня не к свадьбе готовили, а приводили в порядок перед передачей новому хозяину.

Тарис расчесывала мои волосы осторожно, будто боялась сделать лишнее движение. Вторая служанка затягивала на мне нижнее платье так туго, что я едва не задохнулась.

— Полегче, — бросила я.

Она вздрогнула и ослабила шнуровку всего на палец.

— Простите, миледи. Госпожа Мера сказала, что силуэт должен быть безупречным.

— Если я упаду в обморок прямо у алтаря, силуэт тоже будет безупречным?

Никто не ответил.

Я смотрела в зеркало и пыталась привыкнуть к лицу, которое теперь было моим. Чем дольше я на него смотрела, тем сильнее замечала следы вчерашнего отчаяния. Припухшие веки. бледность. тонкая тень под скулами. На запястье — едва заметный синяк, будто кто-то слишком крепко держал Лиару. Или держал уже меня. В этом мире все, похоже, любили брать женщин за руки так, словно те принадлежали им по праву рождения.

Платье оказалось тяжелым, кремово-белым, с серебряной вышивкой по лифу и узкими длинными рукавами. Очень красивым. Очень дорогим. Очень похожим на насмешку. Вещь, которую шили для счастья, здесь стала формой для узаконенного подчинения.

— Леди Вейлен всегда мечтали увидеть вас в нем, — тихо сказала служанка, поправляя складки.

— Какая жалость, что меня забыли спросить.

Тарис встретилась со мной взглядом в зеркале и быстро отвела глаза.

— Миледи… пожалуйста. Сегодня лучше не спорить.

— А завтра, по-твоему, будет легче?

Она не нашлась, что ответить.

За дверью послышались шаги. В комнату вошла Мера, уже без прежней показной ярости. Сейчас она была собранной и холодной, как человек, которому важно выполнить поручение вовремя.

— Хорошо, — сказала она, оглядев меня. — Хоть внешне вы еще способны не позорить дом.

Я промолчала. Тратить силы на нее сейчас не хотелось. Я берегла их на тех, кто действительно будет опасен.

Мера подошла ближе и надела мне на шею тонкую цепь с каплевидным светлым камнем.

— Что это?

— Родовой знак Вейленов. Чтобы все помнили, кого именно лорд Торн получил сегодня.

Получил.

Я едва сдержала желание сорвать украшение и бросить ей в лицо.

— А если я не хочу, чтобы кто-то что-то помнил?

— Ваши желания больше не имеют значения.

— Вы это часто повторяете, — сказала я. — Наверное, чтобы не вспоминать, как быстро чужая власть кончается.

Мера замерла, пальцы на моей шее на миг сжались сильнее, чем нужно.

— Вы еще не поняли, в каком положении находитесь, — тихо сказала она.

— Напротив. Я как раз начинаю понимать.

Она отступила.

— Тогда поймите и вот что: если вы устроите скандал перед королем, пострадаете не только вы.

— А кто еще? Семья, которая продает меня за право остаться при дворе?