Сона Скофилд – Попаданка в тело жены дракона-тирана (страница 4)

Он посмотрел на меня чуть внимательнее.

— Да. Я уже понял, что это не к тебе.

Слишком быстро.

Слишком спокойно.

Слишком мало удивления.

Я скрестила руки на груди.

— Вы, похоже, ожидали чего-то подобного.

— Да.

— Почему?

— Потому что моя жена слишком долго жила на границе страха. В таких обстоятельствах женщины либо ломаются окончательно, либо однажды начинают смотреть совсем иначе.

— Не знаю, радоваться мне сейчас или бежать.

— Бежать? — впервые за все это время в его голосе мелькнуло что-то похожее на насмешку. — Из моего дворца?

— Если бы знала, куда именно, уже попробовала бы.

Он медленно обвел взглядом комнату. Потом снова меня.

— Не советую.

— Какой милый мужской ответ.

— Это не угроза, Ивера. Это факт. Тех, кто пытается уйти из дворца в неподходящий момент, чаще всего возвращают уже не людьми.

Холод прошел по позвоночнику.

Не потому что я ему поверила сразу. А потому что он говорил не для эффекта. Слишком буднично. Значит, видел. Знал. И, возможно, позволял.

— А вы всегда так разговариваете с женщинами? — спросила я.

— Только с теми, кто стоит слишком близко к трону.

— То есть я не жена, а часть трона.

Он ничего не ответил.

И этим ответил слишком много.

Я медленно подошла к зеркалу, словно хотела проверить, не исчезну ли, если слишком долго смотреть в чужое лицо. Нет. Все еще та же бледная женщина с глазами, в которых уже слишком много злости для удобной императрицы.

— Значит, — произнесла я, глядя на отражение, — вы знаете, что со мной что-то не так.

— Да.

— И вас это не удивляет.

— Нет.

— И вы все равно хотите тащить меня на совет.

— Именно поэтому я и пришел.

Я обернулась.

Вот теперь стало действительно интересно.

— Объясните.

Он подошел ближе, но не вплотную. Остановился на таком расстоянии, где мужчина все еще держит пространство под контролем, но уже не выглядит хищником, прыгающим на добычу. Слишком тонко. Слишком рассчитанно.

— На совете сегодня будет обсуждаться передача южных земель под регентское управление, — сказал он. — Формально вопрос хозяйственный. На деле — попытка вырвать у тебя право подписи, которое пока еще связано с твоим статусом законной жены.

— То есть я все-таки не просто украшение трона.

— Нет.

— А что тогда?

Он помолчал.

— Печать.

Слово прозвучало почти тихо. Но ударило сильнее крика.

— Как романтично.

— Ты хотела честно.

Я усмехнулась.

— Честно — это когда муж не делает вид, будто видит в жене человека, а сразу признает, что она для него государственный механизм?

— Нет, — ответил он. — Честно — это когда я говорю тебе об этом до совета, а не после того, как твою руку заставят что-то подписать.

Вот это уже заставило меня посмотреть на него внимательнее.

Потому что в этой комнате, полной тревоги, власти и чужого тела, он вдруг сделал одну странную вещь: предупредил меня. Не спрятал. Не обманул. Не успокоил красивой ложью. Предупредил.

— Почему? — спросила я.

— Потому что мне невыгодно, чтобы ты подписывала то, чего не понимаешь.

— Очень трогательно. А если бы было выгодно?

Он чуть наклонил голову.

— Тогда этот разговор был бы гораздо короче.

Вот он. Настоящий.

Не герой. Не спаситель. Не мягкий мужчина под маской тирана. Опасный человек, который умеет быть честным ровно настолько, насколько это совпадает с его интересом. И странным образом именно это заставило меня верить ему больше, чем всей остальной придворной мягкости.

— Значит, мы оба не хотим, чтобы я молча сидела на совете, — сказала я.

— Да.

— А чего хочет Серана?

На этот раз он ответил не сразу.

— Сохранить привычный порядок при дворе.

— И я в него не вписываюсь.

— Уже нет.

Интересно. Не «никогда не вписывалась». Уже нет. То есть прежняя Ивера, возможно, еще пыталась выжить в этой роли. А я — сразу сломала рисунок.

— Серана ваша любовница? — спросила я прямо.