Сона Скофилд – Попаданка в тело жены дракона-тирана (страница 3)

— Ваше величество, умоляю, не сейчас. Вам нужно прийти в себя.

— Я как раз этим и занимаюсь, — ответила я. — А теперь ведите меня к моему мужу.

Тишина длилась секунду. Вторую.

Потом за дверью раздались тяжелые шаги.

Не торопливые. Не суетливые. Размеренные. Медленные.

Каждый звук отдавался в полу так, будто по дворцу идет не человек, а приговор.

Лица вокруг изменились мгновенно.

Женщина у кровати опустила голову еще ниже.

Один из стражников выпрямился так резко, словно позвоночник ему вставили заново.

Ортен побледнел.

А Серана…

Серана не обернулась сразу.

Но я успела заметить то, чего она не успела скрыть.

Не любовь.

Не радость.

Страх.

Она боялась человека за дверью не меньше, чем боялась меня в этой комнате.

Дверь открылась.

И в покои вошел он.

Высокий. Темноволосый. В черном камзоле с темной вышивкой по вороту, похожей на застывшее пламя. Лицо — слишком жесткое для красивого, слишком спокойное для человеческого. Взгляд — тяжелый, внимательный и такой холодный, будто за ним стояли не просто власть и привычка убивать, а усталость от всего живого.

Он был не стар. Но в нем было то, что делает мужчину страшнее возраста: ощущение абсолютной внутренней силы, которой давно уже не нужно ничего доказывать.

Император.

Мой муж.

Дракон-тиран.

Он остановился в дверях и посмотрел на меня.

Только на меня.

Не на Ортена. Не на Серану. Не на слуг.

И в этом взгляде не было удивления.

Будто он уже ждал, что однажды я проснусь именно такой.

— Все вон, — сказал он спокойно.

Голос был негромкий.

Но все вокруг задвигались так быстро, словно он закричал.

Серана задержалась на долю секунды дольше остальных.

— Ваше величество…

— Я сказал. Вон.

Она опустила глаза. И вышла.

Когда дверь закрылась, в комнате стало слышно только мое дыхание.

Император подошел ближе.

Остановился в нескольких шагах.

Смотрел так, будто пытался понять не то, в каком я настроении, а кто именно сейчас стоит перед ним в теле его жены.

— Итак, — произнес он наконец. — Сегодня ты смотришь на меня иначе.

У меня по спине прошел холод.

Потому что это была не фраза мужа к капризной жене.

Это была фраза человека, который уже видел до меня слишком много лжи и теперь заметил новую слишком быстро.

Я медленно выпрямилась.

— А вы, значит, тоже не особенно удивлены, что ваша жена вдруг изменилась?

Он чуть наклонил голову.

— Удивлен я был бы, если бы это не случилось рано или поздно.

Вот теперь стало по-настоящему интересно.

И по-настоящему опасно.

Потому что дракон-тиран, кажется, знал: в теле его жены однажды должно было проснуться нечто, чего весь этот двор так боялся.

Глава 2. Муж-дракон смотрел на меня так, будто моя жизнь принадлежала ему даже после моей смерти

Он не двигался несколько секунд. Просто смотрел.

И чем дольше длилась эта пауза, тем яснее я понимала: меня пугает не его сила и не титул. Меня пугает то, что этот мужчина не пытается играть ни в заботу, ни в ярость, ни в приличия. Он смотрит так, будто уже видел слишком много женских истерик, придворных масок и лжи, чтобы верить хоть одной из них. И сейчас решает не то, в каком я настроении. Он решает, я опасна или полезна.

— Кто вы? — спросила я первой.

Он едва заметно приподнял бровь.

— Забавно. Обычно в такой ситуации жена спрашивает, почему муж не явился ночью к ее постели.

— А обычно в такой ситуации я просыпаюсь в своем теле, а не в чужом дворце, — отрезала я.

В его лице ничего не дрогнуло. Только взгляд стал чуть тяжелее.

— Значит, все-таки так.

— Как — так?

Он не ответил сразу. Подошел ближе, остановился у столика, взял мой бокал с водой, понюхал и поставил обратно, не прикоснувшись губами. Я заметила это. И запомнила. Значит, он тоже не доверяет тому, что приносят в покои его жены.

— Вы не ответили, — сказала я.

— Я император Дракенар, — произнес он спокойно. — Твой муж. И человек, которого ты последние месяцы пыталась одновременно ненавидеть и бояться так сильно, будто этого было достаточно, чтобы спастись.

— Прекрасно, — сказала я. — Теперь моя очередь. Я не знаю, кто такая Ивера, что она делала последние месяцы и почему все вокруг ведут себя так, будто у нее давно нет права даже говорить. Но если вы думаете, что я просто спокойно пойду на совет и буду молчать, то это не ко мне.