Сона Скофилд – Попаданка в тело невесты по принуждению (страница 1)

Сона Скофилд

Попаданка в тело невесты по принуждению

Глава 1. Я открыла глаза в теле девушки, которую уже вели к алтарю

Я пришла в себя от боли. Не той привычной, которая бывает после бессонной ночи, неудобной позы или слишком резкого пробуждения. Эта боль была чужой, тяжелой, вязкой. Она сидела в висках, тянула шею, жгла горло и стягивала грудь так, будто меня перед этим душили шелком. Я не сразу открыла глаза. Сначала услышала голоса.

— Держите ее ровнее. Если она снова упадет, госпожа Сивейра с нас кожу снимет.

— Она вся белая. Может, позвать лекаря?

— Поздно звать лекаря. Через четверть часа церемония. Хоть мертвую, а к алтарю доведут.

Я распахнула глаза. Надо мной дрожал золотистый потолок, расписанный тонкими ветвями и птицами. Свет от десятков свечей плыл перед глазами, будто я смотрела на него через воду. В нос ударил запах розового масла, воска и чего-то металлического, тревожного. На губах чувствовалась горечь. Меня держали под руки две незнакомые девушки в одинаковых темных платьях. За их спинами колыхалась комната, слишком роскошная, слишком тяжелая, слишком не моя. Белый шелк, длинные зеркала, высокий резной шкаф, тяжелые шторы цвета вина. И я — в этом безумии — в платье, которое весило, кажется, как половина меня.

— Не трясите меня, — хрипло выдохнула я, сама не узнавая собственного голоса.

Обе девушки вздрогнули так, будто заговорила покойница.

— Госпожа… — прошептала одна из них. — Вы… вы в сознании?

Я уставилась на нее. Смуглая, худенькая, лет девятнадцати, с перепуганными глазами и дрожащими пальцами. Живая, реальная. Не сон. Холод прошел по спине.

— Где я? — спросила я.

Девушки переглянулись.

— Не надо так говорить, госпожа, — быстро зашептала вторая. — Не сейчас. Если кто услышит, решат, что у вас опять началась истерика.

— Я спросила: где я?

Они побледнели еще сильнее. Прежде чем кто-то из них успел ответить, дверь распахнулась. В комнату вошла женщина лет сорока пяти, высокая, сухая, затянутая в темно-зеленое платье так, будто и сама была частью корсета. Ее лицо было красивым только в том смысле, в каком красивым бывает идеально наточенный нож. Она посмотрела на меня — и в этом взгляде не было ни капли сочувствия.

— Так я и знала, — произнесла она холодно. — Очнулась ровно тогда, когда уже поздно что-либо менять.

Я выпрямилась настолько, насколько позволяли чужие руки и тесный корсет.

— Кто вы?

Женщина медленно приподняла бровь.

— Даже так? Значит, решили разыграть безумие до конца. Что ж, не худший выбор для невесты, которой не хватило ума смириться с собственной судьбой.

Меня затрясло не от страха — от ярости.

— Я ничего не разыгрываю. Где я и что на мне надето?

Она подошла ближе. Ее взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, на виске, на руках. Будто проверяла, не слишком ли я жива для той, кого уже почти списали.

— Вы в доме рода Варден, леди Эстер, — сказала она наконец. — На вас свадебное платье. Через несколько минут вы станете женой лорда Рейна Вардена. И если попытаетесь опозорить свою семью у алтаря, пострадаете не только вы.

Имя ударило в голову так, словно я должна была его узнать. Леди Эстер. Лорд Рейн Варден. Дом рода Варден. Ничего. Пустота. У меня перехватило дыхание. Я не Эстер. Меня зовут… Меня зовут… Мысль оборвалась. Я вцепилась пальцами в тяжелую юбку, пытаясь удержать хоть что-то свое, но в голове вместо имени поднимался вязкий туман. Я помнила свет фар. Скользкую дорогу. Резкий удар. Чужой крик — или мой. А дальше пусто.

Я умерла?

Эта мысль должна была прозвучать истерично, но внутри стало слишком тихо. Женщина приняла мое молчание за слабость.

— Вот и хорошо. Хоть остатки разума вернулись. Слушайте внимательно. Сегодня вы делаете все, что вам велят. И тогда, возможно, переживете эту ночь.

— Возможно? — переспросила я.

Она усмехнулась уголком губ.

— Для девушки в вашем положении это уже щедрое обещание.

Я смотрела на нее, и в груди поднималось что-то темное, тяжелое. Если бы я действительно была той покорной, испуганной невестой, которую они ждали, этих слов хватило бы, чтобы сломать меня окончательно. Но они ошиблись. Во мне жила паника, да. Холод. Непонимание. Но под ними — злость. Глухая, упрямая, живая.

— Я не пойду ни к какому алтарю, пока не узнаю, что происходит, — сказала я.

Служанки ахнули.

— Пойдете.

— Нет.

Она сделала еще шаг и вдруг с такой силой сжала мой подбородок, что у меня потемнело в глазах.

— У вас нет выбора, леди Эстер. Ваш отец уже подписал все, что требовалось. Ваш род получил то, ради чего вас растили. А род Варденов ждет свою невесту. Единственное, что сейчас зависит от вас, — войдете вы в зал на ногах или вас внесут туда после обморока.

Она отпустила меня так резко, что я едва устояла.

— Оставьте нас, — приказала она служанкам.

Девушки тут же метнулись к двери. Мы остались вдвоем. Женщина подошла к туалетному столику и взяла маленький серебряный флакон.

— Выпейте.

— Что это?

— То, что поможет вам не дрожать и не позориться.

Горечь на губах вспыхнула в памяти. Та самая. Меня уже чем-то поили.

— Это вы дали мне то, от чего я потеряла сознание?

На миг в ее лице что-то изменилось. Не страх. Раздражение.

— Вы и без того были в плачевном состоянии.

— Значит, да.

Она поставила флакон на столик с едва слышным звоном.

— Не переоценивайте свою значимость. Если бы вас действительно хотели убить, вы бы сейчас не разговаривали со мной.

— А если я скажу, что не собираюсь это пить?

— Тогда вы пойдете к алтарю бледной, дрожащей и с покрасневшими глазами. Впрочем, может, это даже к лучшему. Будете выглядеть так, как и должна выглядеть девушка, которую отдают в жертву ради мира между двумя домами.

Я застыла.

— В жертву?

Она поняла, что сказала лишнее, но поздно.

— Красивый оборот речи, не более.

Но я уже не слушала тон. Я ловила трещины. Эту девушку действительно не просто выдают замуж. Ее отдают. Как плату. Как залог. Как что-то, что можно передвинуть по столу между людьми, решающими чужую судьбу. И, похоже, она этого брака боялась не просто так.

— Кто вы? — повторила я спокойнее.

— Леди Сивейра. Я управляю этим домом и отвечаю за то, чтобы церемония прошла без скандала.

— Значит, вы не моя родственница.

— Слава богам, нет.

Я усмехнулась — коротко, безрадостно.

— Тогда у меня нет причин вам доверять.