Сона Скофилд – Попаданец. Хозяин проклятого города (страница 2)

Я сделал шаг назад от стены.

И тогда увидел следы.

На влажной пыли возле источника отпечатались сапоги. Не мои. Мои были обычными кроссовками, и их рисунок я видел рядом. А это были другие следы — более узкие, с твердым каблуком и четким краем подошвы. Они начинались прямо у воды и уходили в проход между домами.

Свежие.

Я присел, разглядывая их. Вода еще не успела размыть края.

Значит, я здесь не один.

Это было одновременно хорошей и плохой новостью. Хорошей — потому что где-то рядом есть живой человек. Плохой — потому что этот человек уже видел источник, а значит, знает местность лучше меня. И, возможно, уже какое-то время наблюдает, как я хожу по его городу с железным прутом в руках и видом человека, который сам не понимает, где очнулся.

Я выпрямился и посмотрел в узкий проход. Каменные стены сближались так плотно, что дальше все тонуло в тени. Очень удобное место, чтобы устроить засаду.

— Ладно, — пробормотал я. — Или я сейчас найду хоть какие-то ответы, или мне их принесут сами. Очень желательно не в виде ножа под ребро.

Я крепче перехватил железный штырь и шагнул в проход.

Сначала было тихо. Только вода капала с камня за спиной, да ветер глухо дышал где-то наверху. Потом проход резко свернул, и я увидел впереди маленький внутренний двор — узкий, зажатый между тремя стенами. На земле валялись обломки черепицы, старая деревянная бочка без дна и кусок цепи, вросший в камень.

И там, у дальней стены, кто-то стоял.

Не двигался.

Тонкий силуэт в сером плаще с капюшоном.

Лица не видно.

Я остановился сразу.

Человек тоже не шевельнулся.

Несколько долгих секунд мы просто смотрели друг на друга. Вернее, я смотрел, а он, возможно, смотрел из-под капюшона. В руке у меня был прут. У него — ничего, что я мог увидеть сразу. И это настораживало сильнее, чем если бы нож уже блеснул у него в пальцах.

— Если хочешь поговорить, сейчас идеальный момент, — сказал я.

Фигура чуть склонила голову, будто прислушиваясь к голосу.

Потом очень спокойно, почти лениво, сделала шаг в сторону.

И исчезла.

Не убежала. Не юркнула за угол, который я мог бы заметить. Просто скользнула в тень у стены — и ее не стало.

У меня по спине прошел холод похуже первого.

Я рванул вперед, забыв про осторожность. Добежал до стены, ткнул прутом в темный угол, ударил по камню. Пусто. Никакого прохода, никакой двери, никакой ниши, куда можно было бы спрятаться за одну секунду.

Только камень.

И на нем — выцарапанный знак.

Круг, перечеркнутый тремя линиями.

Точно такой же, как мне показалось, был на постаменте на площади. Я замер, глядя на него. Потом медленно провел пальцами по краям царапин. Старые. Но в углублениях застряла свежая каменная пыль, словно по знаку провели совсем недавно.

В этот момент сзади раздался женский голос:

— Еще шаг, и ты умрешь быстрее, чем успеешь спросить, где оказался.

Я застыл.

Голос был низкий, спокойный, без истерики. Так не пугают наугад. Так предупреждают люди, которые уже выбрали, куда ударят.

Медленно, очень медленно я начал поворачивать голову.

В нескольких шагах от меня стояла девушка. Лет двадцати семи, может, чуть меньше или чуть больше — в таком месте возраст угадывался плохо. Темные волосы собраны кое-как, лицо худое, загорелое, с жесткими скулами. Одежда простая, дорожная, потертая, но подогнанная так, чтобы не мешать двигаться. В правой руке — короткий нож. Во левой — легкий арбалет, и направлен он был мне точно в грудь.

Смотрела она на меня без страха.

И без удивления.

Будто давно ждала, когда я сам полезу туда, куда не надо.

— Хорошо, — сказал я, не делая резких движений. — Тогда начнем с простого. Ты человек?

На мгновение мне показалось, что в ее глазах мелькнуло что-то вроде насмешки.

— Для чужака в Неррате ты задаешь удивительно слабые вопросы, — ответила она.

Неррат.

Значит, у этого места было имя.

И я, похоже, все-таки не сошел с ума. Пока не сошел.

— Ладно, — сказал я. — Тогда вопрос получше. Почему мне кажется, что этот город еще жив?

Она чуть прищурилась.

— Потому что он и правда жив, — ответила она. — И, судя по тому, что ты до сих пор дышишь, он зачем-то решил тебя не убивать.

На этом она нажала пальцем на спусковой крючок чуть сильнее, и я понял, что разговор только начинается.

Глава 2. На воротах проклятого города было выбито имя, которого я никогда не носил

Она держала меня на прицеле так спокойно, будто делала это не впервые и даже не в десятый раз. Арбалет в ее руке не дрожал. Нож тоже. Я видел таких людей только однажды — не в жизни, а в чужих лицах на видео после аварий, войн, катастроф, когда человек уже столько раз выбирал между собой и чужой смертью, что переставал суетиться. Эта девушка не играла в угрозу. Она просто была угрозой.

Я медленно развел руки чуть в стороны, оставив железный штырь в правой ладони, но не поднимая его выше пояса.

— Я не собираюсь дергаться, — сказал я. — Мне пока самому интересно пожить.

— Это правильно, — ответила она.

Голос у нее был низкий, ровный, без лишней злости. Не истеричная девчонка, не разбойница из дешевой сказки. Она смотрела на меня так, словно уже пыталась решить, стоит ли убить меня сейчас или сначала понять, почему я вообще еще стою на ногах в Неррате.

— Ты сказала «чужак», — произнес я. — Значит, свои у этого города все-таки бывают?

— Бывали, — поправила она.

— А теперь?

— Теперь здесь слишком долго никто не жил. И слишком многие умерли, пытаясь это исправить.

Я чуть повернул голову, будто невзначай глядя поверх нее на двор, но на самом деле искал путь, по которому можно было бы уйти, если она все же выстрелит. Бесполезно. Расстояние слишком маленькое. Успею я разве что дернуться и сдохнуть не стоя, а на боку.

Она это тоже понимала.

— Не смотри по сторонам, — сказала девушка. — Это всегда выглядит жалко.

— Я бы назвал это предусмотрительностью.

— Предусмотрительные люди не оказываются в центре Неррата без оружия, воды и проводника.

— У меня есть железный прут, — заметил я.

На этот раз она все-таки усмехнулась. Коротко, без тепла.