Сона Скофилд – Купленная невеста миллиардера (страница 11)

— Почти похоже на сожаление, — сухо произнесла я.

— Не привыкайте.

— Не собиралась.

Он взял со стола тонкую папку и подвинул ко мне.

— Здесь информация о гостях. Имена, связи, кто опасен, кто просто пустой, кто любит провокационные вопросы. Ознакомьтесь.

Я открыла первую страницу.

— Вы серьезно дали мне досье на людей, с которыми мне предстоит пить шампанское?

— Я дал вам шанс не войти туда вслепую.

— Романтики в вас действительно как в бетонной плите.

— Зато плита надежнее романтики.

Я пробежалась глазами по списку. Несколько фамилий из деловой хроники, пара женщин из вечных светских колонок, имена, которые даже я знала. Рядом с одной фамилией стояла короткая пометка: Аделина Горская — избегать долгих разговоров без моего участия.

— Кто это? — спросила я.

— Женщина, которая раньше слишком часто появлялась рядом со мной.

— Бывшая?

— Нет.

— Почти-невеста?

— Нет.

— Тогда почему ее надо избегать?

— Потому что она любит проверять границы тех, кого считает временными.

Я медленно закрыла папку.

— И вы говорите об этом так спокойно?

— Я предпочитаю, чтобы вы были готовы.

— А мне кажется, вы просто привыкли жить среди людей, которые улыбаются перед тем, как вонзить нож.

— В моем круге это считается воспитанием.

На этот раз я действительно улыбнулась. Зло, но почти искренне.

— Прекрасно. Значит, хотя бы язык у нас общий.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Что именно вы имеете в виду?

— Я тоже умею улыбаться перед тем, как ответить.

И вот тогда впервые за все время я увидела в нем не холодную вежливость, не расчет и не раздражение, а короткий, очень ясный интерес. Будто до этого он рассматривал проблему, а теперь заметил в ней потенциал.

— Это может быть полезно, — сказал он.

— Для кого?

— Для нас обоих.

Я поднялась.

— Только не перепутайте. Я подписала договор, Марк Резников. Но покорной не стала.

Он тоже встал.

— Я этого и не ждал.

— Тогда зачем все эти попытки выстроить меня по линейке?

— Потому что мир, в который вы входите, режет людей без подготовки.

— А вы, значит, великодушно решили выдать мне инструкцию по выживанию?

— Да.

— Какое трогательное благородство.

— Не благородство. Эффективность.

— Конечно.

Я взяла со стола папку с досье, развернулась и пошла к двери.

— Лада.

Я обернулась.

— Что еще?

— На приеме не надевайте синее платье.

— Почему?

— В нем вы выглядите слишком тихой.

Я замерла.

— Вы его видели?

— Мне прислали варианты.

— И вы решили, что можете выбрать за меня?

— Нет. Я решил, что графит лучше.

Несколько секунд я просто смотрела на него.

— Надо же. У нас, похоже, впервые совпало мнение.

Он чуть наклонил голову.

— Значит, день уже не потерян.

— Не обольщайтесь.

— И не думал.

Когда за мной закрылась дверь, я не сразу пошла к лифту. Постояла несколько секунд в пустом коридоре, чувствуя, как внутри еще звенит злость.

Но злость уже была другой.

Не той беспомощной, которая душит. А той, что выпрямляет спину.