Сона Скофилд – Брак без любви. Жена по контракту (страница 1)

Сона Скофилд

Брак без любви. Жена по контракту

Глава 1. Сделка вместо любви

– У вас есть три дня, чтобы закрыть долг.

Мужчина в сером костюме сказал это тем самым голосом, от которого в комнате становилось тесно. Без угроз. Без крика. Спокойно, как будто речь шла не о чужой жизни, а о просроченном счете за электричество.

Я сидела напротив него и стискивала в пальцах стакан с водой так сильно, что на стекле остались влажные следы от ладони. Вода была теплая, неприятная, с металлическим привкусом. Я сделала глоток только для того, чтобы не смотреть ему в глаза.

– Три дня, – повторил он. – Потом разговор будет уже не со мной.

На столе между нами лежала тонкая папка цвета мокрого асфальта. В ней были бумаги по долгу моего брата. Я знала каждую цифру почти наизусть, хотя еще месяц назад не могла представить, что вообще когда-нибудь стану жить среди таких цифр – холодных, безжалостных, чужих.

Сумма была такой, что обычный человек не заработал бы ее за несколько лет. А мой брат умудрился проиграть ее за полгода. Не в казино, нет. В бизнес. В тот самый «быстрый старт», «надежное партнерство», «последний шанс подняться», о которых мужчины говорят с блеском в глазах, когда очень хотят обмануть сначала себя, а потом всех вокруг.

– Я просила дать отсрочку, – сказала я, наконец подняв взгляд. – Хотя бы месяц.

– Вы просили, – кивнул мужчина. – Вам отказали.

Он уже собирался встать, когда дверь кабинета открылась.

Вошел человек, при появлении которого даже воздух изменился.

Я видела его раньше. На обложках деловых журналов. На фотографиях с благотворительных вечеров. В новостях, где о нем говорили с той осторожной завистью, с какой обычно говорят о людях, которые умеют выигрывать везде – в деньгах, в переговорах, в жизни.

Андрей Воронцов.

Высокий, безупречно собранный, в темном пальто, которое он небрежно снял на ходу и бросил на спинку кресла. Не красавец в глянцевом смысле. Хуже. Из тех мужчин, у которых сила чувствуется не в лице, а в том, как они входят в комнату, как смотрят, как молчат. У таких не бывает лишних движений, лишних слов и, наверное, лишних чувств тоже.

Он мельком посмотрел на меня, потом на мужчину в сером.

– Оставьте нас.

Тот молча собрал бумаги и вышел.

Дверь закрылась.

И только тогда я поняла, что все это время дышала слишком часто.

– Вы знали, что я здесь? – спросила я, поднимаясь.

– Да.

– Значит, это вы велели вызвать меня именно сюда?

– Да.

Он говорил спокойно, даже слишком. Как будто между нами не было пропасти в целую жизнь.

Я знала его. Не лично. Но достаточно, чтобы не ждать ничего хорошего.

Когда-то мой отец работал на компанию, которую Воронцов потом купил по частям, как разбирают дом на стройматериалы. После той сделки отец продержался меньше года. Инфаркт случился не из-за Андрея Воронцова, конечно. Врачи любят правильные формулировки, я знаю. Но все началось именно тогда: бессонница, таблетки, молчание за ужином и этот потухший взгляд человека, который понял, что его вычеркнули из жизни раньше времени.

С тех пор фамилия Воронцов у меня внутри звучала как что-то холодное и чужое.

– Я не понимаю, зачем вы здесь, – сказала я. – Если хотите унизить меня лично, могли бы выбрать место попроще.

Уголок его рта едва заметно дернулся. Не улыбка. Намек на нее.

– Вы всегда так разговариваете с теми, кто может вам помочь?

– А вы всегда называете помощью то, за что потом придется платить втройне?

Он сел в кресло напротив меня и открыл папку. Полистал бумаги, хотя прекрасно знал, что в них. Такие мужчины не входят в разговор неподготовленными.

– Ваш брат подписал обязательства, которые не может выполнить, – произнес он. – Через три дня дело уйдет дальше. Его имущество арестуют. Потом начнутся другие меры.

– Я читала бумаги.

– Тогда должны понимать серьезность положения.

– Я понимаю ее лучше вас.

Он перевел на меня взгляд. Прямой, тяжелый, лишенный сочувствия. Но не пустой.

– Нет, Алина. Не лучше.

Мне не понравилось, как прозвучало мое имя в его голосе. Слишком спокойно. Слишком уверенно. Будто он уже имел на это право.

– Не называйте меня по имени, – резко сказала я.

– Хорошо. Тогда перейду к делу.

Он закрыл папку и сцепил пальцы.

– Я могу закрыть долг вашего брата полностью.

У меня внутри все оборвалось так резко, что на секунду стало тихо. Даже шум улицы за окном будто исчез.

– Почему? – выдохнула я.

– Потому что мне это выгодно.

Вот. Конечно. Мир вернулся на место.

– И что вы хотите взамен?

Он не ответил сразу. Несколько секунд смотрел на меня так, будто оценивал не реакцию, а предел прочности.

– Вы станете моей женой.

Мне показалось, я ослышалась.

Я даже усмехнулась – коротко, неверяще.

– Простите?

– Вы выйдете за меня замуж. На год.

Комната качнулась. Совсем слегка, но этого хватило, чтобы я машинально коснулась спинки стула.

– Это какая-то дурная шутка?

– Нет.

– Вы… – Я запнулась, потому что слов было слишком много, и все грубые. – Вы в своем уме?

– Вполне.

– Вы предлагаете мне фиктивный брак в обмен на долг моего брата?

– Я предлагаю вам решение проблемы.

– Это не решение. Это сделка с человеком, которому нельзя доверять.

– Не доверяйте, – спокойно ответил он. – В контракте будут прописаны все условия.

Я смотрела на него и не понимала, что ненавижу сильнее – саму эту идею или то, с какой невозмутимостью он ее озвучил. Как будто не ломал мне жизнь, а предлагал аренду квартиры.