Софья Ведищева – Дело утопленниц (страница 3)

– Живешь неподалеку?

– Не, в слободке живу.

Штольман шумно втянул ноздрями воздух и мысленно обругал дознавателя, которому следовало бы помнить, что каждый свидетель – потенциальный обвиняемый! И если хочешь затеряться, то лучше всего просто встать в толпу.

– В дом заходил?

– Не, это зачем же мне? – Паренек еще крепче скрутил шапку в руках. – Тот как выскочил, как побежал. А тут тетка какая-то вопит: «Держи вора!» Ну, я там, значит, и стоял.

Тут-то Штольман и не выдержал:

– А что это вор на улицу выбежал? Он ведь мог через окно да огородами.

– Да какие ж там огороды? Окна в стену выходят, тупик, – сразу же выложил свидетель.

– Тупик… – многозначительно протянул молодой дознаватель. – Погоди, ты же только что сказал, что в дом не заходил. Откуда ж знаешь, что там тупик?

– Ну это… – делано задумался паренек из слободки, но характерной дрожи в голосе, присущей всем, кого поймали на лжи, ему скрыть не удалось. – Известно ж. Тупик там.

– Я бы советовал вам осмотреть ближайшие кусты, где сей господин наверняка и сбросил украденное, – подытожил Штольман.

Свидетель, точнее, уже подозреваемый, весьма разозлился:

– А ты там был, господин хороший? Это кто вообще такой? Что это он?

– Попрошу вас не вмешиваться! – строго сказал дознаватель, сверля Штольмана взглядом.

– Вы продолжайте, продолжайте. – Штольман отвернулся обратно к окну, но его слова сильно задели молодого служащего.

– Я без ваших указаний разберусь! Не нарушайте порядок! – И дознаватель грозно хлопнул ладонью по столу.

Штольман обернулся через плечо: а ведь совсем молоденький еще парень, но удар уверенный. Чувствовались в молодом человеке волевая натура и желание служить правопорядку, однако хватки, конечно, не хватало.

Ответить Штольман не успел: в коридор вышел уже знакомый ему городовой и произнес:

– Господин полицмейстер просит вас!

Штольман направился к двери, но по пути успел услышать, как дознаватель, обращаясь к парню с шапкой, произнес:

– С тобой, голубчик, разговор теперь будет особый.

Значит, аргументы к сведению все-таки принял.

Войдя в кабинет полицмейстера, Штольман невольно отметил необжитость помещения. На первый взгляд, тут был полный порядок: большой стол напротив окна, чтобы удобнее было работать при дневном свете, шкаф для хранения бумаг, стулья для посетителей и чайные приборы на случай беседы. Но всему этому как будто бы не хватало души и индивидуальности хозяина.

– Штольман Яков Платонович, надворный советник. Имею честь представиться по случаю прибытия на новое место.

Высокий и широкоплечий полицмейстер был уже далеко не молод: пышные седые усы и поредевшие волосы выдавали его почтенный возраст.

– Добро пожаловать, Яков Платонович. С каких таких радостей столичного сыщика перевели в нашу глушь? – с легкой иронией спросил полицмейстер.

– Знаете, я всегда мечтал служить в провинции, – как можно правдоподобнее солгал Штольман.

– А у меня вот иные сведения.

– Что ж, никакой тайны в моем переводе нет. Если вам все известно, отрицать не буду.

– Да уж известно. У меня, знаете ли, тоже есть свои источники. – Полицмейстер вдруг улыбнулся и уже с большей теплотой произнес: – Для меня главное, что не по политическим мотивам вы у нас оказались.

– Не по политическим, это точно, – ответил Штольман, опустившись в кресло для посетителей.

– Я, разумеется, знаком с вашим послужным списком. Надо сказать, впечатляет. Тесновато вам у нас будет после столицы. Чиновник по особым поручениям сыскного отделения департамента полиции – и вдруг провинциальный сыщик! Хотя у нас тоже бывают случаи заковыристые. Без дела не останетесь.

– Надеюсь оправдать ожидания, – вежливо ответил Штольман.

– И давайте без чинов. Иван Кузьмич Артюхин, – протянул ему полицмейстер руку через стол.

Штольман пожал ее, после чего Артюхин поднялся.

– А это, кстати, не мой кабинет, а ваш. Занимайте место. И подберите себе помощника. У нас есть несколько опытных сыскарей.

– А что насчет молодого дознавателя, который сейчас в приемной?

– Это вы про Антошу Коробейникова? – удивился Артюхин. – Так он без году неделя у нас.

– Но все же, если вы не против…

– Как вам будет угодно. Я позову его. Добро пожаловать и удачи вам!

– Благодарю!

Оставшись в одиночестве, Штольман принялся постепенно выкладывать на стол вещи из саквояжа, удивляясь, что багаж еще не доставили, хотя он расстался с ямщиком почти час назад. Под руку попались карты, и он ловко перемешал колоду. Каких только навыков не приобретешь, работая чиновником по особым поручениям!

В дверь постучали.

– Да?

На пороге появились городовые с его багажом, а следом за ними уже знакомый Штольману молоденький паренек.

– Вы вызывали меня?

– Да, проходите. Антон… Как вас по батюшке?

– Антон Андреевич. Коробейников.

– Антон Андреевич, вам, наверное, Артюхин уже сообщил, кто я и почему вас пригласил?

Говоря это, Штольман продолжил разбирать саквояж. За картами последовала лупа – неотъемлемый атрибут сыскного дела. После лупы шел перочинный нож с разными отмычками. Коробейников провожал внимательным взглядом каждую вещь.

– Так точно-с.

– Тогда расскажите о себе, чтобы я мог составить представление, с кем имею дело.

– Учился в городской гимназии Затонска. После служил письмоводителем на почте месяцев пять. Потом билетным кассиром на пристани, но совсем не долго. И после этого у купца Хомутова пять месяцев работал в конторе. И в управлении хозяйственной части пожарной охраны.

Пока Коробейников перечислял, Штольман достал из дорожной сумки свой любимый револьвер. Стальной корпус, удобная деревянная рукоятка, точный прицел – выполнен на заказ, в подарок за особые заслуги перед короной.

– Богатый жизненный опыт. Стало быть, город знаете?

– Да, как свои пять пальцев, – не ради хвастовства, а с неподдельной гордостью ответил Коробейников.

– Вижу, в полицию пришли по зову сердца. – Штольман посмотрел ему прямо в глаза.

– Так точно-с! – Коробейников взгляд выдержал. Явно не лукавил. – Чувствую в себе призвание служить закону и общественному благоденствию.

– Похвально. – Такое стремление вызвало у Штольмана улыбку, напомнив ему о годах собственной юности, когда он еще мог верить, что переловит всех бандитов и избавит мир от преступности. – Что ж, Антон Андреевич, послужим вместе?

– Почту за честь!

– Тогда начнем с малого. Помогите мне с багажом разобраться.

– С удовольствием!

Штольман подошел к тяжелому сундуку и открыл крышку.

– Держите. Только аккуратнее! – Он передал Коробейникову коробку внушительных размеров.

– А что это? – крепко ухватился Коробейников за коробку, боясь уронить.