Софья Маркелова – Гнездо желны (страница 25)

Дима расстелил на полу старое шерстяное одеяло и забрался на него с ногами, а мы с сёстрами целиком заняли мою скрипучую металлическую кровать, облокотившись на подушки. Коротая часы, мы первое время играем в подкидного дурака, но когда я выигрываю уже в шестой раз подряд, всем это надоедает. Да, я всегда славилась своей потрясающей везучестью в играх такого рода, особенно в картах и домино. Когда-то Инесса научила меня играть, и с тех самых пор никто в гнезде не знал покоя, потому что я постоянно искала себе партнёров, но вечно проигрывать нравилось далеко не всем. Поэтому, как я ни упрашиваю, все члены семьи обычно напрочь отказываются со мной играть, но в этот вечер нам очень скучно, и Оля идёт на компромисс, доставая потрёпанную колоду, о чём жалеет уже через час, когда я в который раз довожу Леру до слёз своим очередным выигрышем. В результате карты оказываются сложены, перетянуты резинкой и засунуты в дальний угол письменного стола Ольги до лучших времён, а мы так и продолжаем ждать, умирая от скуки.

Теперь все наши мысли занимает только голод, который безжалостно крутит животы. Сегодня нашим ужином была скудная порция гречки, посыпанной сухим укропом и ничуть не наполнившая желудок. Отчаянно хочется сладкого, хлеба или хотя бы маленького кусочка сыра, но холодильник совершенно пуст, как и все кухонные шкафы, а Оля постоянно напоминает нам, что нужно думать вовсе не о том, как набить живот, а о чужаке, поселившемся в нашем доме, подчинившем себе волю Анфисы и чуть не погубившем дядю Мишу.

– Возьмите себя в руки, – весь вечер твердит сестра. – Мы должны вернуть себе власть над гнездом. Этот незваный гость пришёл на наше дерево, натворил тут дел, и мы обязаны всё исправить. Валафамида нам непременно поможет.

В чём-то она, конечно, права. Наше гнездо оказалось в чужой власти, недоброй и пагубной. И кому как не нам отстоять свой дом.

Ольга негромко включает на своём планшете какое-то попсовое радио, чтобы в детской было не так тихо, и мы продолжаем выжидать. Дима неотрывно смотрит в телефон, Лера пытается переделать криво получившуюся фенечку, а мы с Олей, отыскав длинную красную нитку и связав её концы, плетём кошкину колыбель[2], перекидывая петельки с пальцев на пальцы и постоянно путаясь в очерёдности.

Нитка натянута между моими ладонями, и почему-то в этот момент я думаю о зове, которому учила всех нас Инесса. Незримая красная нить, связывающая сердца всех членов нашей семьи, коснувшись которой, можно легко и быстро позвать на помощь.

– Дима, – тихо спрашиваю я брата, – а почему сегодня ты позвонил домой, когда увидел чужака в окне дяди Миши?

Оля смотрит на меня так, будто я сказала что-то странное.

– Наверное, потому, Варька, что этот чужак хотел навредить его отцу, – отвечает она вместо брата. – Ты не думаешь, что это правильно – позвонить нам и позвать на помощь?

– Да нет же! – Я стряхиваю с пальцев нитку. – Я о том, Дима, почему ты не воспользовался зовом? Ведь так было бы гораздо быстрее, и мы бы без лишних слов бросились на подмогу. Те секунды, что ты потратил на набор номера и торопливые объяснения, могли стоить твоему папе жизни. Хорошо, конечно, что мы успели. Но лучше бы ты позвал нас не по телефону.

Дима неожиданно начинает беспокойно ворочаться на месте и отводит глаза в сторону.

– Что такое? – первой подмечает его смятение Оля.

– Я пытался, – выдавливает из себя брат. – Это было первое, что я попробовал. Всегда ждал подходящего момента, чтобы полноценно воспользоваться зовом, ещё с того дня, как услышал о нём. Но у меня ничего не получилось…

– Совсем ничего? – спрашиваю я. – Ты, наверное, был очень испуган и что-то напутал.

– Нет! – возражает Дима. – Я всё знаю, но это уже не в первый раз. Я и раньше пробовал им пользоваться: хотел проверить, получится или нет. И у меня ни разу не сработало. Но я думал, что это из-за того, что вроде как я не в опасности, и все дела. Но в этот раз я был действительно испуган, я очень хотел достучаться до вас и звал, звал, пока не понял, что всё впустую… И тогда уже схватился за телефон.

– Как же так?.. – недоумевает Лера, морща лоб. – Даже у меня получилось один раз!

– Когда мы разберёмся с исчезающим парнем и вернём Анфису в нормальное состояние, я поговорю с ней, чтобы она тебе подробно всё объяснила и потренировалась с тобой, – обещает Ольга.

– Спасибо…

– Да мы и сами можем с тобой позаниматься! – загораюсь я. – Чем мы хуже Анфисы?

– Тсс, Варька, – шипит сестра. – Не так громко. Мы и так больно разговорились. Нужно, чтобы Анфиса заснула сегодня, если она не спит, и чтобы в её комнате никого больше не было. Если чужак там, рано или поздно он должен уйти.

– А может, уже пора? – с надеждой спрашивает Лера, завязывая у себя на запястье переплетённую фенечку.

– Нужно сначала проверить.

Выбор почему-то падает на меня. Ольга объясняет это тем, что я однажды уже подглядывала за Анфисой из-под двери, а Лера и Дима, похоже, просто боятся. Мне вручают крошечное карманное зеркало и отправляют в коридор, с любопытством наблюдая с кровати за моими робкими шагами.

Ну ладно. Надо взять себя в руки и посмотреть, спит ли уже Анфиса и нет ли чужака в её комнате. Уже поздний вечер, и если мы так просидим ещё хотя бы пару часов без сна, то у всех понемногу начнут слипаться глаза. А нам нужно найти гнездо Валафамиды и её дочерей.

Я прикладываю ухо к двери. В комнате Анфисы тишина. Ни единого звука. Я ложусь на пол и не без содрогания заглядываю под дверь, вспомнив, как я в последний раз таким образом решила удовлетворить своё любопытство и увидела там на полу Анфису, выглядевшую как живой труп и уставившуюся прямо на меня.

Брр! Даже представить страшно, что такое может повториться.

Но, к счастью, на полу никто не лежит. Узкая щель не позволяет далеко заглянуть в комнату, и я торопливо подношу к глазам карманное зеркальце, чтобы убедиться, что в спальне нет чужака. В гладкой поверхности отражается лишь пустой пол.

– Ну что там? – шёпотом спрашивает из детской Оля.

Я бесшумно поднимаюсь на ноги и машу рукой, подзывая всех к себе:

– Там никого нет. Тапки тёти у её кровати. Наверное, она спит.

– Давайте чуть приоткроем дверь и заглянем в щёлку, – предлагает Дима.

– Вперёд. – Ольга подталкивает брата к двери. – Только тихо.

Дима достаёт из кармана мешочек с воском и осторожно прикладывает жёлтый комок к замочной скважине. Довольно быстро раздаётся щелчок и дверь открывается. Ольга сразу же бесшумно тянет её на себя и заглядывает в спальню Анфисы.

Нам в нос бьёт слабый запах металла и древесины, но его почти сразу же перебивает тяжёлый дух пыли и ветхости. Тётя и правда лежит на кровати прямо в одежде, вытянувшись поверх одеяла и пледа. Глаза закрыты, руки сложены на животе, но грудь слабо вздымается. Ольга жестами просит нас остаться в коридоре, а сама крадётся к кровати Анфисы.

Если тётя проснётся, то дальнейшее даже трудно предположить: ведь она может находиться под полным контролем нашего опасного чужака. Нам уже довелось видеть, как легко ему удаётся манипулировать сознанием и настроением людей, буквально обманывая все наши органы чувств и внушая несвойственные мысли. Есть в этом что-то, напоминающее гипноз, когда ты не способен сопротивляться внушению. Думаю, с Анфисой он поступил подобным образом, поэтому лучше действовать бесшумно и лишний раз её не тревожить… Когда мы поймём, кто такой этот исчезающий незнакомец и в чём точно заключается его сила, тогда и будем искать способы вернуть Анфису в сознание, выдернуть её из того гипнотического транса, в котором она, судя по всему, и пребывает уже столько дней. Похоже, у её неестественно долгой апатии вовсе не та природа, что мы считали изначально. А пока мы лишь заберём медный ключ и попытаемся добраться до Валафамиды. Это наш единственный шанс.

Ольга сливается с тенями и, практически нависнув над спящей Анфисой, протягивает руку к медному ключу на цепочке и пытается осторожно снять его с шеи тёти. Та даже не шевелится. Кажется, что она погружена в какой-то глубокий непробудный сон, и мы с Лерой и Димой, затаив дыхание и замерев в дверном проёме, надеемся, что Анфиса так ничего и не почувствует.

Цепочка скользит вверх и запутывается в тётиных волосах. Ольга, закусив губу от напряжения, очень медленно сдвигает локоны, а потом легко и бесшумно вытягивает ключ. Едва он оказывается у неё в руках, она на цыпочках крадётся к выходу и выскальзывает в коридор. Мы торопливо закрываем за собой дверь и всей толпой возвращаемся в детскую, всё ещё не в силах поверить, что первая часть нашего плана оказалась успешно выполнена.

– Он у нас! – Оля сжимает в пальцах ключ и внимательно его разглядывает. – А Анфиса даже не пошевелилась, представляете? Она там лежит как Спящая царевна!

– Только бы с мамой всё было хорошо… – шепчет Дима.

А мы не можем отвести глаз от ключа. Тонкий стержень, круглая головка из переплетённых медных перьев – совсем непримечательная вещь, которая, тем не менее, способна открыть любую дверь – даже в самое дальнее измерение Леса. Ключ доверяется лишь старшей в гнезде, но мы готовы сейчас нарушить любые правила, чтобы защитить свою семью, и даже не боимся последствий за это самоуправство.