Софья Маркелова – Гнездо желны (страница 24)
Тихо, как скрывающиеся от правосудия преступники, невольно втянув головы в плечи и постоянно оглядываясь, боясь встретиться случайно с директором, мы ступаем по полупустым коридорам. Формально мы попали сюда без спроса, и хотя вряд ли кто-то сможет нас отличить от учащихся этой школы, нам троим всё равно очень некомфортно.
– Просто не могу понять, почему я ничего не заподозрила, – шёпотом сокрушается старшая сестра, пока мы блуждаем по переходам в поисках нужной аудитории.
– Ты это про что? – уточняю я.
– Про Антона. Вернее, уже совсем не Антона… Я ведь действительно поверила, что это он мне пишет, что ему небезразлична моя жизнь и жизнь моей семьи.
– Оля, прекрати себя винить. Ты ничего не могла знать. Твоей любовью просто воспользовались в своих целях. Но зато теперь и у нас есть туз в рукаве!
– Что ты имеешь в виду? – Ольга смотрит на меня с подозрением.
– Если тебе действительно писал наш исчезающий парень, то он ещё не знает, что мы его вычислили. Продолжай общаться с этим поддельным Антоном, но больше не выдавай ему никакой важной информации о нас и о наших перемещениях!
– И зачем это нужно? – Сестра непонимающе хмурится.
– Затем, что мы сможем использовать это в своих интересах. – Порой меня просто поражает её недальновидность. – Как только поймём, как с ним бороться, то заманим его туда, куда нам нужно, и разделаемся с ним раз и навсегда!
– Хм. Об этом я даже не подумала…
– Вот и пиши ему дальше. Но осторожно… О, это же та самая аудитория!
Мы подходим к нужным дверям и дёргаем ручку.
– Заперто! Вот же ж облом! – раздражённо шипит Ольга.
– И что теперь делать? Вернёмся в гнездо? – Я настороженно верчу головой по сторонам, надеясь, что наша троица не выглядит слишком подозрительно.
– У меня есть идея, – неожиданно заявляет Дима и подходит вплотную к двери. Достав из кармана маленький сиреневый мешочек с завязками, он вытряхивает из него на ладонь кусок жёлтого воска. Совершенно непримечательная вещица, которая непонятно как оказалась в кармане брата, но Дима почему-то с улыбкой прикладывает этот воск к замочной скважине. Жёлтая субстанция размягчается и сама собой всасывается внутрь. Несколько долгих секунд ничего не происходит, а потом мы слышим едва уловимый щелчок механизма, и дверь открывается.
– Как тебе это удалось? – удивляюсь я.
Он лукаво поглядывает на нас с Ольгой, жестом зазывает нас внутрь пустой аудитории и захлопывает дверь:
– Это мамин подарок. – И Дима демонстрирует нам кусочек воска, лежащий у него на ладони и уже принявший свою прежнюю форму.
– И что же в нём такого особенного? – спрашиваю я.
– Она сказала, что принесла его для меня из другого мира. Это было ещё на прошлый день рождения. Он способен открыть любой простой замок, сам приняв нужную форму.
– Мне Инесса говорила, что некоторые вещи из иных измерений могут быть опасны для нашего, – шепчу я, во все глаза разглядывая воск.
Никогда бы не подумала, что у брата может быть такой занятный сувенир. И он молчал! Это ведь сколько замков мы уже могли вскрыть и где только не побывать!
– Мама сказала, что этот воск безобиден. Она подарила мне его, потому что я постоянно теряю ключи от гнезда, а с этим воском могу из-за этого не волноваться. Но… она попросила меня не говорить вам о нём: боялась, что все вместе мы используем его в дурных целях…
– Очень предусмотрительно с её стороны, – ворчит Ольга. – Хотя вот сейчас он нам очень даже помог. Ты молодец, Дима, что вовремя вспомнил о нём.
Брат расцветает на глазах. Я порой удивляюсь, как даже небольшая похвала от нас, сестёр, способна его порадовать и заставить широко улыбнуться.
Мы осматриваем аудиторию. С последнего нашего пребывания здесь она изменилась. Со стен пропали безликие картины, и на партах больше нет предупреждающих объявлений о призрачных лицах. Видимо, после нашего ухода проблема была решена. Правда, тогда никто не мог даже и подумать, что те лица позднее появятся в нашем гнезде и не исчезнут оттуда, пока мы с Инессой не пропоём песнь.
– Где тогда ты нашёл признаки прохода? – спрашиваю Диму.
– Вон там! – Брат указывает на дальний угол помещения и начинает пробираться туда между тесными рядами парт. Мы идём следом.
– Я ничего не вижу, – говорю я, бегло оглядев стены и потолок.
– Он может быть скрыт, – предполагает Ольга.
– Ты думаешь, наш исчезающий парень спрятал проход?
– Я бы на его месте так и поступила.
– Но как тогда мы вообще сможем найти этот лаз? – задаёт резонный вопрос Дима, усердно заглядывая за занавески.
– Зелёный флюорит рассыпается только от влияния ветров чужого измерения, – размышляет вслух Оля, расхаживая взад-вперёд вдоль окон. – Значит, здесь будет поток воздуха.
– Кажется, есть идея! – неожиданно озаряет меня. Я подбегаю к грифельной доске, занимающей половину стены возле учительского стола, и набираю полную ладонь мела.
– Что это ты удумала? – с удивлением интересуется Ольга, перекидывая на плечо толстую, пахнущую репейным маслом косу.
Сжав посильнее кулак, чтобы мелки раскрошились, я возвращаюсь к окну и, взмахнув рукой, рассыпаю перед собой получившуюся белую пыль. Она облаком взмывает вверх и начинает медленно оседать на пол. И в какой-то момент часть мела засасывает незримый поток воздуха прямиком в самый угол аудитории.
– Попался! – восклицает Ольга. – Варька, ну ты даёшь! Такое даже мне в голову не пришло!
Со смешком я присаживаюсь возле угла и провожу ладонью по стене. Ладонь сразу же проваливается куда-то сквозь слои краски и холодный бетон, и я испуганно отдёргиваю руку.
– Ух ты… – шепчет Дима, присаживаясь на колени рядом со мной.
– А ну-ка отойдите. – Ольга распихивает нас в стороны. – Не лезьте туда. Я сама посмотрю.
– Это почему же
– Цыц! – осаживает меня сестра. – Больно мелкая ещё мне поперёк говорить. Я здесь старше всех – полезу я! Мало ли что окажется по ту сторону!
Несколько минут уходят на пустые препирательства между всеми нами. Дима, несмотря на явный испуг, тоже намерен поучаствовать в изучении хода. В конце концов всё решают «камень – ножницы – бумага». Ольга выигрывает, и я почему-то не удивлена. Она почти всегда умудряется оставить меня с носом в этой игре, но только в ней! И я уже начинаю подозревать, что это вовсе не удача, а чёткий расчёт и психология.
– Отлично! Я полезу, а вы сидите тут тихо.
– А если там с тобой что-то случится? – не без опаски спрашиваю я.
– Я только взгляну, не переживай. Выходить не буду. – И Ольга, рыбкой нырнув в угол, проваливается сквозь скрывающий ход морок прямиком в тоннель, ведущий в иное измерение. Едва её ноги исчезают в лазе, стена становится прежней – неровный слой краски, немного пыли и грязи. Будто так всегда и было.
– Думаешь, с ней всё будет в порядке? – шепчет мне Дима.
– Да что с ней станется. Это же Оля…
Уже через две минуты старшая сестра с натужным оханьем выпадает из лаза обратно в аудиторию. Сперва из стены появляется её макушка, а следом и всё остальное.
– А ты быстро, – подмечаю я, помогая ей подняться на ноги и отряхнуться.
– Там нечего делать. Ход явно не естественный, самодельный и довольно короткий. Ветви деревьев здесь не пересекаются, это безусловно прорытый кем-то путь в наш мир. На другом конце только какая-то тесная тёмная комната с единственной дверью. Она заперта на засов снаружи, и через крошечное зарешёченное окно вообще ничего не видно.
– Выглядит так, будто это тюрьма, – со смешком произносит Дима.
– Вот и я так решила, – серьёзно заявляет Оля, скрещивая руки на груди.
– Ты реально думаешь, что этот исчезающий парень – какой-то сбежавший преступник, сидевший в тюрьме на другом дереве? – на всякий случай переспрашиваю я, присаживаясь на край ближайшей парты.
– Просто мне всё это напомнило одну нехорошую историю, – говорит Ольга. – Валафамида и Инесса как-то вдвоём пытались поймать воров, которые рыли ходы между мирами, крали местную экзотику и перепродавали её в других измерениях. Тогда нашим семьям удалось их схватить, и Валафамида пообещала посадить преступников в тюрьму, где их ждало справедливое наказание.
– Я помню эту историю! – кивает Дима.
Я тоже согласно киваю.
– И вот у меня возникли подозрения, что всё это может быть связано. Наш исчезающий парень умеет рыть ходы между измерениями, он упоминал, что мстит за смерть брата семьям Валафамиды и Инессы, а его лаз ведёт прямиком в темницу… Слишком много совпадений.
– Даже если и так – это всего лишь предположение, – неуверенно возражаю я.
– Ты права, – Оля облизывает губы. – Нужно убедиться во всём наверняка. Это наша единственная ниточка к исчезающему незнакомцу, и мы просто обязаны её проверить. Так что… нам придётся найти способ попасть на дерево Валафамиды.
Глава 8
Медный ключ
Мы ждём глубокой ночи, когда на гнездо волнами накатит тишина, чтобы мы под покровом мрака свершили задуманное. В спальне Анфисы раздаются едва слышные шаги. Но чтобы наверняка узнать, чьи же они, нужно проникнуть в комнату, а мы не хотим туда заходить раньше времени. Мы выжидаем и уповаем на то, что к ночи шаги стихнут – иначе наш план сорвётся, даже толком не начавшись.
Распахнув дверь в коридор, мы сидим в детской, практически не сводя глаз с запертой двери тётиной спальни. Боимся пропустить момент, если через неё кто-то решит выйти. Вся наша комната заставлена зеркалами, а Ольга периодически поджигает на тарелочке скрученные засохшие листья полыни, надеясь обезопасить нас всех.