Софья Ладкина – Пустота (страница 7)

— Я думал, ты добрый.

— Добрый. Добрый… Но меня это достало.

— Так будь злым.

— Не могу.

— Почему?

— И рассказать тоже не могу.

«Просто ужасное начало моей жизни после смерти. Отлично. Как выбраться отсюда?!»

Тут Мияно резко встал и начал вглядываться в туман, отчего Женя чуть не сполз с его плеча. Этот разговор был очень странным и мало того, что Мияно нес его за плечо в неизвестном направлении, так еще и это странное поведение. Вдалеке опять послышался чей-то голос, но уже женский и он точно звал не его.

— Исида Мияно! Мияно!

— Ой, прости, кажется, мне пора. Мы обязательно как-нибудь снова увидимся, если ты найдешь меня, хотя сомневаюсь. — Мияно убрал руку и не дав ничего понять, направился вперед, не оборачивая головы.

— Но ты же только что обещал помочь. Или я тебя бесил? Ты куда?

— Сам разберешься!

«Или может это мое видение, и я ошибся? Вдруг этот Мияно мне привиделся?»

Он побежал вслед за голосом, который безостановочно звал его вглубь бесконечного ничто, оставив Женю одного со своими мыслями. Он, успокаивая себя тем, что найдёт выход из этого незнакомого места без его помощи, выравнивал дыхание и выпрямил спину.

Он уже привык видеть этот ослепляющий яркий свет и смог разглядеть детали нового мира, в котором, как оказалось, он мог думать, понимать, разговаривать, ходить, правда, не очень хорошо, и дышать обычным, ничем не пахнущим воздухом. Хотя странно, что он ничем не пах, ведь в жизни было полным-полно запахов: запах от кондитерской, парфюм, стиральный порошок, нечистые носки, пот от уставших коллег, вечно жалующихся на жизнь, табачный дым, выхлопные газы машин. А запах цветов, которые он любил дарить в праздники Маше и её подруге Свете, которая частенько любила захаживать к ним в гости и играть с Аней, пока Женя и Маша проходились по торговому центру! А еда? Запах жареной картошки… Запах аквариума Нюши и волос Маши. Куда все так внезапно исчезло? Просто в никуда.

«Наверное, они никогда больше не смогут меня увидеть. Может, когда Аня повзрослеет, Маша расскажет ей, что со мной случилось. Правда, не думаю, что она на такое будет способна. Я не представляю, как ей тяжело будет воспринять тот факт, что любимого человека в секунду размазало по рельсам, и теперь его больше не будет существовать в ее жизни. Мне охренеть, как страшно. Почему меня взяли и кинули так просто? Что вообще за шутки? Хотя, может не все так плохо. Я во сне…»

Женя попытался собраться с силами идти дальше, чтобы найти, наконец, выход и аккуратно встал, стараясь сохранять равновесие. Потихоньку начиная свой путь, он пошёл в сторону, где ранее был слышен голос, позвавший Мияно с неизвестной целью. Пройдя чуть дальше по его шагам, он стал всматриваться, куда и с кем пошёл тот незнакомец, но никаких признаков живого движения после того, как тот скрылся в тумане, он так и не заметил. Женя не терял надежды и продолжил искать то, чего и сам не знал. Единственной целью, ради которой он встал, было снова увидеть родную Москву, кровать и бесящий будильник. Тело ощущалось и память никуда не пропала, а значит, жить можно. Но жил ли он?

В паре метров что-то светило. Появились огни. Было похоже на тот самый поезд, который настиг его во мгновение перед появлением здесь, но огни не шевелились. Женя решился пойти к ним и наконец, когда в поредевшем тумане он заметил силуэт двух фонарей и рядом стоящего с ними знакомого магазина, где покупал кошачий корм, он, едва не запнувшись о ноги в слабом состоянии, медленно и уверенно двинулся туда. Пусть он и был во сне, но, когда, ходивши несколько часов в пустом тумане он увидел свет, как ночной мотылек, Женя прилип взглядом к стеклу, сквозь которое видел манящий уют чего-то поистине родного в этом глухом пространстве без людей. Ничего необычного в нем он не нашел. Магазин, Москва. Он дома. А этим туманным гущам легко найти корень. Как и его состоянию, немного шаткой походке, голосу, словам и восприятию. У любого состояния организма человека есть предел.

Автоматические двери открылись, и Женя упал на пол, но быстро поднялся. Он прошёл вглубь мимо знакомых глазам товаров и взял тот же самый пакетик корма с полки, что брал буквально позавчера, после работы. Странно, что он чувствовал предметы в руках, словно наяву. Как кожа касается товара, как глаза поворачиваются и смотрят на полки. Он наслаждался сном, который мозг преподнёс ему в этот раз.

Ему редко снились сны. Оттого, наверное, этот стал таким красочным и правдоподобным. Но не покидало сомнение, что здесь все ощущалось очень привычно и дело было не только в тяжелом теле или детализированных предметах. Мысли. Исида Мияно так отчетливо произносил слова и притом те, которые он сам не смог бы интерпретировать в жизнь. Будто в его сне появился посторонний со своим складом ума и размышлениями. Все это было очень странно и даже страшно. А вдруг это и не сон… Женя слегка смял пачку корма и бросил ее на пол, чтобы проверить физику на фальшивость, но смятая пачка с обычной скоростью полетела вниз и негромко шлепнулась на пол. Женя взял другую пачку и бутылку воды. Не удержавшись и разом выпив все пол-литра, он пошел к кассе.

— Можно еще сигареты?

«Протрезвиться не помешает».

Тишина.

— Прошу прощения? — но ему никто не ответил.

И тогда Женя поднял глаза. За кассой стоял не человек, а манекен в одежде сотрудника магазина. Он не сразу заметил отличие и немного испугался резкого осознания, что в магазине он был совсем один. Женя с осторожностью зашёл за кассу, подумав, что манекен тут же наброситься и взял обычные «Мальборо» и только потом, почувствовав пустые карманы, понял, что у него совсем нет денег, да и сумки в руках, с которой он был прежде тоже. Он всмотрелся в шею манекена и увидел производственную надпись: MALIKOV — INDUSTRIES. Это была одна из старых моделей, которые производила компания, где он работал.

«Так, спокойно, это всего лишь манекен. Что он может мне сделать, если я убегу, не заплатив? Он же не побежит за мной, так ведь? Наши манекены не имеют души. Особенно если представить, кто их производит.»

Женя вышел из магазина, поминутно оглядываясь по сторонам. Он чувствовал, что кто-то за ним наблюдает. Он здесь чужак. Это место всячески напоминает ему, что он не жилец. Это не его дом, туман теперь стал обителью его души, поселившейся здесь после смерти.

Пройдя несколько метров, он зашёл за угол магазина и увидел знакомую картонную коробку, а рядом с ним кошачью миску, сделанную из банки морской капусты. Снова душа почуяла родные окрестности. Небо начало темнеть, напоминая о земном повороте планеты вокруг солнца.

«Тут тоже есть небо, но это, наверное, имитация. Бред какой-то. Я точно во сне».

Вдруг из-за угла раздалось что-то похожее на писк, и он посмотрел вниз. Всё та же серо-белая кошка стремилась примкнуть к его ногам, чтобы выпросить немного еды. Он сел на корточки, выдавливая массу из пакетика и выбросил его в урну, а затем достал пачку сигарет. Он хотел бросить и курил только на работе, чтобы никого не обижать. Машу или Аню. Они обе не любили этот запах. А когда куришь сам, он не чувствуется. Зато сладкий дым проникает в легкие…

Одна, вторая. Мысли улетучиваются, а мозг отдыхает и переноситься в другое измерение, хотя, куда уже дальше этого…

— Я не жалею никого. Работа хлещет тебя по щекам, и ты достаёшь сигарету, чтобы удовлетворить свою потребность в моментальном счастье. — От неожиданности зажигалка упала на землю, и он увидел того самого старика, что недавно твердил о милосердии. Женя только смог сказать:

— А?

— А? А люди презрительно смотрят на тебя: почему он курит, по нему видно, что на сигареты еле хватает, лучше бы эти деньги на пользу потратил. А ты, чувствуя свое унизительное положение, хочешь достать свой невидимый пистолет и направить себе пулю в лоб, но, как назло, надо работать.

— Извините, я не понимаю, что вы хотите сказать. Что вы здесь делаете?

— Конечно, не понимаешь, ты ведь ещё совсем зелёный. Ты росток, которого могут задавить в любой момент, сказав тебе всего одно слово, которое значит для тебя все, а для других — абсолютно ничего. Правда, разум человека удивителен, ведь он может привести к любому исходу человеческой жизни. Сентиментальности.

— Вы же не мертв. Или только что… — Женю перебил бездомный:

— Все эти бессмысленные разговоры! И действия… Они представляют основной смысл отношений людей, кем бы они друг другу ни приходились. Но только одно связывает их души — добро. Только добро может излечить душу израненного. Только добро искупит зло, которое совершил человек. Ты так и не понял, что милосердие — это основа человечности и никогда не поймёшь, потому что это тебе не присуще.

— Я милосерден. Глупо считать, что это не так только лишь потому, что я не спас твоего кота!

— Страдай! Страдай за нас! За всех. Ты выбрал этот путь — так будь добр, страдай. Только это изменит твое животное нутро, постепенно поглощающее твой мир, пока не наступит его конец. Страдай! — и это слово ещё несколько раз повторилось эхом и улетело куда-то вглубь пространства. Старик начал исчезать в тумане.

Женя в недоумении смотрел, как магазин, вместе с кошкой и стариком медленно превращаются в призраков. Сигарета сама собой от горящего пепла до фильтра стала сжигаться еще быстрее и последнее, что он услышал, было «мяу».