София Вул – Письма с чужим почерком. Книга 2 (страница 1)
София Вул
Письма с чужим почерком. Книга 2
СОФИЯ ВУЛ
ПИСЬМА С ЧУЖИМ ПОЧЕРКОМ
КНИГА ВТОРАЯ
Глава 1. Восемь часов
Восемь часов — это много, если ждёшь поезда, и почти ничего, если твой ребёнок исчез.
Кирилл смотрел на экран телефона, где продолжительность оборванного звонка застыла на двадцати трёх секундах. Двадцать три секунды Машиного голоса. Четыре короткие фразы. Комната без окон. Три кровати. И Зоя, которую они считали беглянкой, свидетельницей, подставной Людмилой — кем угодно, только не женщиной, способной забрать ребёнка.
До трёх семнадцати оставалось семь часов пятьдесят шесть минут.
— Перезвони, — сказала Лиза.
Кирилл уже звонил. Снова и снова. Теперь в трубке отвечал механический голос, сообщая, что абонент недоступен.
— Она сняла часы, телефон и цепочку, — повторила Лиза, будто перечисленные вещи могли привести к дочери. — Зачем она сняла цепочку?
— Чтобы мы не нашли её по передатчику.
— В цепочке нет передатчика.
— Маша могла этого не знать.
— Но тот, кто её увёл, знал.
Лиза сказала это тихо. Кирилл впервые понял, чего она боится больше похищения: Маша ушла сама. Не потому, что не любила родителей, а потому, что кто-то сумел воспользоваться её любовью.
В комнате уже работали люди Антона. Снимали отпечатки с подоконника, фотографировали следы, забирали чистый лист в прозрачный пакет. Проявившиеся слова бледнели на воздухе, и эксперт торопился зафиксировать каждую букву.
«Папа, не ищи меня по тем воспоминаниям, которые у тебя есть».
Кирилл прочитал фразу столько раз, что она перестала складываться в смысл. Потом смысл вернулся и оказался хуже букв.
— Она знала, что мои воспоминания ненадёжны, — сказал он.
— Все знали, — ответила Алина.
— Нет. Это не предупреждение. Это инструкция. Она просит искать её не там, куда указывает моя память.
Денис разложил на столе карту, проявившуюся на обратной стороне листа. Красная линия шла от маяка к острову, обрывалась у северной бухты и была слишком очевидной.
— Значит, остров — приманка, — сказал он.
— Или они рассчитывают, что мы сочтём его приманкой, — возразила Людмила.
— Можно ещё семь часов спорить, что они рассчитывают.
Кирилл схватил куртку.
— Катер будет через десять минут.
Антон встал у двери.
— Ты никуда не пойдёшь.
— Отойди.
— На маяке подпилили ступени. Катер вывели под дистанционным управлением. Камеры зациклили. Они не просто знают ваши привычки — они строят маршрут из ваших предсказуемых решений. Первое решение отца пропавшего ребёнка — самому броситься туда, куда показали.
— Тогда будь непредсказуемым за меня. А я еду за дочерью.
Антон не отступил.
— На остров уже вышли две группы. Береговая охрана перекрывает бухты. Вертолёт поднимется через двадцать минут. Если ты появишься там без связи и подготовки, мне придётся искать ещё и тебя.
Кирилл толкнул его плечом. Антон удержал. Лиза оказалась между ними прежде, чем кто-то успел повысить голос.
— Кирилл, остановись.
— Убрали руки оба, — сказала Алина.
Кирилл отступил. Не потому, что согласился, а потому, что увидел лицо Лизы. Три месяца они учились не спасать друг друга против воли. Теперь любой выбор казался предательством: остаться — предать Машу, уехать — предать обещание не действовать в одиночку.
— Что мы можем сделать? — спросил он.
Антон указал на телефон.
— Разобрать звонок. Всё, что было слышно: эхо, двигатель, шаги, птицы, вода. Проверить, действительно ли звонок сделан с острова. Вспомнить не прошлое, а Машу. Что заставило бы её пойти с незнакомцем?
— Она не пошла бы с незнакомцем, — сразу сказала Лиза.
— Значит, человек был знакомым.
Все посмотрели на Людмилу.
— Зоя встречалась с Машей? — спросила Алина.
— Насколько я знаю, нет.
— «Насколько я знаю» нам уже дорого обошлось.
Людмила не отвела взгляд.
— Я видела Зою последний раз двадцать семь лет назад. На маяке была не она — экспертиза подтвердила. Зоя ниже, у неё повреждена левая кисть после пожара в санатории. Я рассказала всё, что помню.
— А что не помнишь?
— Если бы я знала, что не помню, это называлось бы иначе.
Ответ прозвучал резко, но Алина кивнула. В этой семье незнание слишком долго принимали за вину. Сейчас им нужна была точность.
Эксперт включил запись звонка через колонки. Машин голос заполнил комнату.
«Папа, я в порядке».
Лиза закрыла глаза.
— Она не в порядке.
— Почему? — спросил Антон.
— Потому что говорит не мне.
— Она позвонила на телефон Кирилла.
— Когда ей страшно, она сначала зовёт меня. Даже если сердится. Особенно если сердится.
Запись повторили.
«Не верь фотографии. Мужчина не похож на тебя».
Денис остановил.