София Рубина – Отель и все святые грешники (страница 4)

В гостинице 1 гости бесконечно жаловались на отсутствие лифта (подъем и спуск по узкой лестнице; у нас был носильщик из Узбекистана по имени Федя, он таскал чемоданы), на нехватку столов во время завтрака (столов около десяти, номеров в пять раз больше, и все спускались одновременно). Я помню одну милую историю с завтраком, но все остальное – это был мрак.

Милая история следующая: однажды подошла гостья. Она озиралась на шведский стол вокруг, и вдруг спросила, а можно ли ей купить и принести свой арбуз? На улице жара, а арбуза среди завтрака не было. Я ответила, что, конечно же, можно. Гостья дошла до продуктового на углу, притащила огромный арбуз – и неожиданно попросила, чтобы его порезали и поставили для всех. И пусть ресепшен тоже угощается!

Это был самый очаровательный и светлый момент из первого отеля.

Кафе – оно же бар – оно же ресторан для посетителей – находилось впритык к ресепшену, разделенное с нами аркой, даже без двери. Спустя восемь лет я все еще помню, как у них постоянно крутился дебютный альбом Эми Макдональд3. Общий туалет, комната для багажа и лестница, которую так невзлюбили гости, находились за кафе – это была большая двусторонняя проходная, и по утрам там творился ад. В принципе, днем тоже, потому что кафе работало на ланчи для всех желающих с улицы.

В хостеле завтраки отсутствовали как вид. И кухни не было. Нашим постояльцам предлагалась скидка в соседней столовой, плюс у дверей стояли два автомата – со снэками и напитками. Я просаживала все деньги на горячий шоколад.

В хостеле царила тишина.

Просто волшебство какое-то.

Я пришла на ресепшен подавленной – самооценка разрушена, ссылка в какой-то кружок изгоев, ну вы посмотрите на это. И вдруг, всего одна смена – и я поняла.

Зарплата здесь была на две тысячи меньше, не двадцать пять, а двадцать три. Но я сидела в тишине и спокойствии за компьютером, и наблюдала, как мои бывшие коллеги проносятся мимо в мыле – на работу, с работы. Волосы всклокочены, глаза вылезают из орбит, стресс прописан крупным шрифтом поперек лба, – а у меня на столе стаканчик с напитком, и креслице удобное, а не номинальный табурет с жесткой спинкой, с которого нужно вскакивать, когда кто-либо подходит. Свет приглушен, и не слепит тебя сверху. Я смотрела фильмы и сериалы. Смотрела в наушниках – а некоторые мои новые коллеги без.

В хостеле ничего не происходило. Никто практически ни о чем тебя не спрашивал. Никто тебя не дергал. Не нужно было делать четыре дела одновременно. Здесь были редкостью заезды по нескольку десятков человек. Хочешь – читай книгу. Хочешь – смотри фильмы. Хочешь – ешь за столом. Качественно другой вид работы за разницу в две тысячи в месяц.

Единственный недостаток – кабинет Светы прямо за моей спиной. Она, конечно, находилась тут не с девяти до девяти, но ее появления в обозримом пространстве словно вгоняли под ногти иголки – живая иллюстрация бомбы замедленного действия. Впрочем, пока я здесь работала, у Светы появился мужчина, что явно пошло на пользу – она смягчилась, стала добрее и перестала рвать плоть на окружающих. Все администраторы дружно выдохнули.

Между тем, Рита уволила Карину. Прошло пару дней – и на нас свалилась абсолютно невероятная новость: Риту саму увольняли за мошенничество. Она оказывала визовую поддержку гостям (высылала документ, подтверждающий будущее проживание в отеле; его запрашивают при оформлении визы), а вот стоимость услуг завышала и присваивала. Когда Рита выставила Карину, та донесла на нее в дирекцию. Проверили камеры – а затем случилось то, что случилось. Карина утащила Риту за собой.

У меня в голове не укладывалось, вспоминая про искреннюю любовь Риты к гостям, отелю, бизнесу, про то, как она рассуждала о сервисе или как советовала книгу Якова Томского «Отель, портье и три ноги под кроватью»4. Но отели – лучшее место, чтобы убедиться, как много различного может уживаться в людях.

А я в хостеле подсела на корейские дорамы, и на несколько лет это перевернуло мою жизнь. Появилось время смотреть сериалы; сериалы привели к мысли попытаться уехать в Корею и попробовать себя там в качестве актрисы. Много лет назад я не поступила в театральный институт, но маленькая, глупая часть меня все еще цеплялась за возможность стать актрисой. Зависимо, отчаянно цеплялась, пока я работала в офисах, ресторанах, магазинах и отелях.

Сообщаю об этом – потому что важно. И повлияет на все, что произойдет потом.

С Кариной я уже не общалась, когда мой мозг заразила идея спланировать путешествие в Корею. Прямо в отелях я начала претворять свой план в жизнь.

Сначала, пользуясь безлюдьем, я взялась учить корейский язык. За четыре дня с помощью интернета освоила корейский алфавит – хангыль. Затем начала читать вслух и повторять аудиозаписи, косясь, нет ли где горничных по коридору, которые решат, что девочка окончательно спятила и разговаривает сама с собой на какой-то тарабарщине. Но я понимала, что всего этого недостаточно. Нужен преподаватель, и нужна еще одна работа, если я хочу скопить достаточно денег на поездку.

Между тем, ни для кого не было секретом, что хостел закроют в последний день сентября. Одни говорили, что на его территорию расширят гостиницу 1, финансово более выгодную. Другие – что место сдадут под офисы.

Мы работали последние летние деньки. Сбоку от ресепшена было окно с подоконником, на который я присаживалась (подоконник не был настолько широким, но я умещалась). Окно выходило на угол Апраксина двора и шикарное здание в стиле модерн с двумя этажами свадебных платьев. При мне, к сожалению, магазин платьев переехал, на его месте открылась букмекерская контора. Но все равно это был вид. Это был угол. Спешащие люди, не догадывающиеся, что я в семь утра наблюдаю за ними с чашкой горячего шоколада, пока хостел погружен в тишину.

Но и некоторые события в гостинице 2 повлияли на меня как на человека и отельера. С чего начать – с воровства или попытки изнасилования? А давайте с воровства.

Молодой парень забронировал кровать в пятиместном номере на двое суток. Сказал, что ему нужно снять деньги, и оплатит он завтра. А на следующее утро ушел со всеми вещами (у него был-то один рюкзак), – а мы не остановили, думая, что он проживет дольше.

Я не остановила. Я его заселяла. Мой график был два через два, и оба дня я была на смене.

Я обнаружила, что он пропал, не заплатив 1800 за двое суток. Или хотя бы 900 за одни. Спасибо горничной, пришедшей со словами «Какая текучка? Там нет ничьих вещей».

Ну, вы понимаете? А теперь представьте, сообщать об этом Свете.

Вот и я представила.

Но сделала еще попытку позвонить по оставленному им номеру.

– Это такой-то такой-то? – в трубке замялись. Достаточно, чтобы я поняла: это он.

– Нет, его друг.

– Вы сегодня ушли из гостиницы 2 без оплаты. Во сколько вы вернетесь и оплатите?

В трубке раздались гудки.

Меня обуяла настоящая ярость. Я схватила телефон с другим номером и набрала снова.

– Я подам на вас заявление в полицию! Да на вас живого места не останется! Я найду вас и своими руками…

Меня снова сбросили. Я разрыдалась.

Разумеется, ни к какой Свете я не пошла. Пользуясь тем, что бронь напрямую, сократила проживание на день и внесла свою кровную тысячу. Как бы я хотела выставить скидку, сбросить цену до четырехсот пятидесяти, – но это вызвало бы много ненужных вопросов. Я прорыдала, запершись в Светином кабинете и свернувшись калачиком на полу – самой Светы не было. Больше половины моей ставки за день, а она и так грошовая. Но это были самые цветочки, из того, что отель может припасти для вас, если вы в нем работаете.

По части оплаты – когда при заезде спрашиваешь деньги, гости часто толкают: «Вы думаете, мы не оплатим и сбежим?» – и гогочут, довольные шуткой.

Именно так отельеры и думают.

Ну а с чего бы верить? Мы вас знаем? А прецеденты воровства бывают, и на этих страницах вы их еще встретите, полный спектр. Возможно, где-то и существуют отели, где расплачиваются при выезде, дополняя это всевозможными мини-барами, но в моей практике подобного не было. Администратор, просящий у вас оплату при заезде (как и все документы на всех гостей), – это обычное явление. А если вы оплатите и вдруг захотите съехать – вам вернут сумму, если только у вас не невозвратный тариф. Так это работает в отелях.

Но перейдем к более интересной истории. В один вечер в хостеле остановился байкер. Вот прямо «Ангел ада», шкаф под два метра ростом, гора мышц, как бы клишировано ни звучало. Мы разговорились. Он периодически выныривал на улицу за порцией алкоголя из бара напротив. Настроение у него было хорошее, я бы сказала дружелюбное. Я не ощущала угрозы.

Милое перебрасывание фразами; я как-то случайно упомянула, что за пять лет до этого заняла первое место в Питере по армрестлингу. Байкер загорелся со мной посоревноваться.

– А почему бы и да, – решила я.

Стойка ресепшена была в форме отзеркаленной буквы «Г». Мы встали друг напротив друга у бокового короткого отростка, где начинался проход в мою рабочую зону. Выставили руки. Переплели пальцы. Я старалась держать опорный локоть под максимально острым углом, это позволяет удерживать противника сильнее тебя. Знала – сейчас будет больно, из этого мотоцикла литые запчасти прям в стороны выпирают. Но мне самой было интересно, насколько меня хватит.