София Островская – Сердце Ледяного Клана. Том 1: Искра во Тьме (страница 3)

Всеволод поймал на лету один ещё тлеющий уголёк, сжал его в кулаке, и когда разжал пальцы – с них стекали на землю лишь серебристые искорки, гаснущие в воздухе.

Он повернулся ко мне. Его тёмные глаза были полны не гнева, а… холодного, безраздельного любопытства. Он подошёл и наклонился.

"Я знаю, что ты не спишь, Искра, – произнёс он тихо, и его голос больше не был металлическим. Он был низким и… усталым. – Ты чувствовала это, да? Ты чувствовала, как оно тянулось к тебе. Почему?"

Его пальцы, всё ещё горячие от магии, едва заметно коснулись моей щеки.

И от этого прикосновения по моей коже побежали мурашки, а где-то глубоко внутри, в ответ на его всепоглощающий жар, что-то дрогнуло и потянулось навстречу – тёплое, зелёное и живое.

Я резко открыла глаза и проснулась. В своей постели. В своей комнате. Сердце колотилось, как бешеное. Щека горела. А в ноздрях всё ещё стоял сладковатый запах гари и хвои.

– Доброе утро, соня, – в комнату заглянула мама. От неё повеяло нежным запахом сладкой выпечки. – выспалась?

"Неужели это всё был сон?"

– Как я тут оказалась? – я смотрела на удивленный взгляд мамы, – последнее, что я помню – это библиотека.

– Ты вернулась очень поздно. Я уже спала.

– Что есть перекусить? Очень проголодалась…

– Скоро будут готовы блинчики.

– Я тогда еще полежу.

Мама вышла из комнаты, а я встала с кровати. Ноги были ватные. На улице была метель. Холод. Я не могла поверить своим глазам. Еще пару минут назад было тепло, чувствовался запах леса, хвои, грибов. А сейчас снова слякоть и серые краски. Мои мысли снова и снова возвращались к тому моменту. К тому странному, размытому проблеску между сном и явью, который врезался в память ярче любой реальности.

Я помнила жар. Не обжигающий, а сокрушительный, всепоглощающий. Он исходил от него, от того, кто нёс меня на руках так легко, будто я была пушинкой, а не взрослой девушкой. Моя щека прилипла к грубой ткани его рубашки, но под тканью чувствовалась твёрдая, раскалённая пластина его груди. Он дышал ровно, глубоко, и с каждым вдохом я чувствовала, как его тепло проникает в меня, разливается по жилам, заставляет мою кожу покрываться мурашками.

Его руки… Боги, его руки. Одна лежала под моими коленями, другая – под лопатками, прижимая меня к себе с такой силой, в которой не было ничего грубого. Была лишь несокрушимая, уверенная власть. В его пальцах, даже сквозь ткань платья, я чувствовала сдерживаемую энергию, тот самый огонь, что жил в нём. Он мог спалить меня дотла, я это понимала. Но в тот миг эта сила была оболочкой, коконом, защищающим меня от всего мира.

Я притворялась спящей, стараясь дышать ровно, боясь пошевелиться и разрушить это порочное, головокружительное мгновение. Мой живот сжался от странной, тёплой судороги, когда его пальцы непроизвольно шевельнулись, сильнее впиваясь в мою кожу, чтобы переменить положение. Я уловила лёгкий, пряный запах его кожи, смешанный с дымом и озоном – запах его магии. Он кружил голову сильнее любого вина.

И тогда, сквозь вуаль полусна, я почувствовала нечто большее. Глубоко внутри, в самой моей сути, что-то дрогнуло и потянулось к этому жару. Моя магия, тихая, зелёная и живая, отозвалась на его всепоглощающий огонь. Не как на угрозу. А как на вызов. Как на зов.

Между нашими телами, в том месте, где его ладонь жгла мою обнажённую лодыжку, пробежала почти болезненная электрическая искра. Он вздрогнул – я почувствовала, как напряглись его мышцы. Его шаг на миг замедлился. Он что-то почувствовал. Мой отклик.

И в этот миг мне… захотелось. Безумно, иррационально, опасно.

Захотелось, чтобы его пальцы разжались и скользнули выше, под подол моего платья. Чтобы эта грубая рубашка исчезла, и я могла прижаться к его горячей коже всей поверхностью тела. Чтобы его дыхание стало чаще, а низкий, властный голос прошептал что-то не для посторонних ушей. Чтобы его сила, что сдерживала пламя, обернулась на меня не для защиты, а для чего-то иного. Для того, чтобы заставить меня сгореть по-другому.

Я сглотнула комок в горле, чувствуя, как по моему телу разливается влажное, стыдное, но такое сладкое тепло. Оно пульсировало внизу живота, заставляя сердце биться в бешеном ритме.

Я открыла глаза и увидела его острый профиль, напряжённую линию скулы. Он смотрел вперёд, но, казалось, чувствовал мой взгляд. Его пальцы снова сжались на моей коже – уже не случайно, а почти осознанно. Предупреждающе. Властно.

И я поняла, что хочу этого. Хочу снова оказаться в этих железных объятиях. Хочу снова увидеть в его глазах не холодное презрение, а ту самую искру, что я увидела тогда. Хочу спровоцировать его. Испытать. Узнать, что скрывается за этой маской надменности.

– Завтрак готов. – в комнату резко, без стука, зашла мама.

– Х..х..хорошо. – испуганно от неожиданности, запинаясь, ответила я.

Мои щеки горели. Что со мной…

После завтрака мама ушла на работу, а я осталась дома. На пары не хотелось идти. Как только я осталась одна, мой взгляд остановился на зеркале, что висело в коридоре.

"Может то зеркало из библиотеки – портал в другой мир? В другое измерение?"

Я должна его найти. На улицу выходить не хотелось, да и в университет ехать тоже не хотелось. Но желание вернуться туда… Было сильнее.

Я была уже готова выходить и потянулась в сумку за ключами. И вдруг наткнулась на что-то немаленькое.

– Зеркало??? – я удивленно нырнула рукой в сумку.

Это было то самое зеркало. Зеркало из библиотеки. Я вспомнила, что вчера порезала палец и моя кровь попала на него. Мне казалось, вся магия в этом. Сделав небольшой надрез, я надавила на подушечку пальца, чтобы кровь пошла сильнее. Руны снова загорелись, а кровь впиталась в зеркало как в сухую землю. Пропасть. Темнота. Холод.

– Кто-нибудь разбудите её наконец!!!! – чей-то мужской голос грозно командовал.

– Всеволод!!!! Это теперь твоя пробема, вот и разбирайся с ней сам!! – этот голос был еще грубее.

– Мне кто-то объяснит, что здесь вообще происходит??? – этот голос был мягче.

Я попыталась открыть глаза. Они снова были свиноцовые. Я услышала знакомый аромат… Это парень, что нёс меня на руках.

"Значит у меня получилось…" – в моей голове промелькнула мысль и на лице появились легкие нотки радости.

– Тебе пора вставать… – это был он. – Просыпайся.

Мой взгляд переключился на него. Он ехидно улыбнулся мне и помог встать с пола.

– Приготовься… – шепотом проговорил он. – Будет весело.

Он ухмыльнулся и это вызвало у меня небольшую тревогу.

"Что-то здесь явно не так"

Я посмотрела вокруг. Это был тронный зал. Большой. Это было не просто помещение – это был воплощенный в камне и дереве символ безраздельной власти.

Архитектура была причудливым, невозможным сплавом допетровской Руси и готики. Высоченные своды терялись в полумраке где-то на недосягаемой высоте, опираясь на мощные колонны, вырезанные наподобие сплетенных стволов древних дубов. Но вместо листьев их капители венчали резные символы кланов: пламенеющие сердца, ледяные кристаллы, стилизованные волчьи головы. Стены были сложены из темного, почти черного полированного камня, в котором, словно звёзды в ночном небе, мерцали вкрапления какого-то минерала, источавшего собственный, призрачный синеватый свет.

Цвета доминировали глубокие, сумрачные и благородные: черный камень, темное, почти червонное золото, малиновый и древесный уголь. Все это подсвечивалось неестественным пламенем.

Вместо факелов по стенам пылали магические огни – заточенные в хрустальные и бронзовые жаровни сгустки чистого пламени, которые горели ровно и бездымно, отливая то алым, то холодным синим светом. Их отблески дрожали на золоченых рамах огромных живых гобеленов. Это было самое потрясающее. На полотнах, сотканных из света и тени, медленно двигались, жили своей жизнью сцены великих битв и мифологических сюжетов: вот ледяной дракон взмахивал крыльями, вот маг низвергал молнию в полчища врагов.

Воздух был тяжелым. Он пах стариной, воском драгоценных пород дерева, озоном после магической бури и леденящей душу свежестью, будто из соседнего покоя дул ветер с вечной зимы.

И в конце этого бесконечно длинного зала, под самым сводом, стоял Трон.

Его вырезали из цельного среза окаменевшего дерева, возрастом в тысячелетия. Его корни, словно когти, впивались в основание из черного обсидиана, а спинка взмывала вверх, образуя подобие исполинских замерзших языков пламени или ветвей. Но это не было простым деревом. В его прожилках, словная кровь по венам, медленно и вечно пульсировало заточенное пламя – рубиново-алая магма, давашая трону зловещее, собственное сияние.

Перед ним, на ступенях, лежала шкура огромного снежного барса с глазами из горного хрусталя, которые следили за каждым моим движением.

Атмосфера давила на виски, заставляя учащенно биться сердце. Это была не просто красота. Это была сила. Древняя, жестокая, не признающая возражений. Каждый камень, каждый блик света в этом зале кричал мне о том, насколько я здесь чужая.

– Добро пожаловать, юная леди.

Воздух в тронном зале был таким густым, что его можно было резать ножом. Меня бесцеремонно подтолкнули вперед, к подножию исполинского трона. Перед ним, на возвышении, полукругом стояли массивные дубовые кресла – Совет Кланов.

Их было человек двенадцать. Старые, важные, одетые в роскошные кафтаны, отороченные соболем и шелком, их лица были испещрены морщинами и шрамами былых битв. Они смотрели на меня с холодным, безразличным любопытством, как на диковинное насекомое. Но все их взгляды были лишь эхом.