София Островская – Академия для драконьего лорда, или Уроки доверия (страница 1)
София Островская
Академия для драконьего лорда, или Уроки доверия
Глава 1. Открытие Академии
— Дыши, — приказала я своему отражению в зеркале. — Ты умеешь дышать. Это не опциональная функция.
Отражение смотрело на меня круглыми глазами и забывало дышать снова. За моей спиной раздался тихий смешок. Я резко обернулась и обнаружила Артема, который стоял в дверях моей комнаты и пытался спрятать улыбку за ладошкой. У него получалось плохо. Последние три месяца он вообще научился многим вещам — говорить без запинки, улыбаться, бегать, шалить, — но прятать эмоции не входило в этот список. И слава богам, если они тут есть. Одного дракона с каменным лицом в этой семье более чем достаточно.
— Подслушивать нехорошо, — сказала я строго.
— Я не подслушивал. — Артем вошёл в комнату и забрался на пуфик рядом с туалетным столиком. — Я пришёл посмотреть, готова ли ты. А ты разговариваешь сама с собой. Это нормально?
— Это называется аутогенная тренировка.
— Аутоген… что?
— Я учу себя не паниковать.
Он моргнул, обдумывая услышанное, а потом выдал с той пронзительной детской мудростью, от которой у меня каждый раз сжималось сердце:
— Ты боишься? Но ты же самая смелая.
Я прикусила губу, чтобы не разреветься прямо сейчас. Ну вот как ему объяснить, что стоять перед Советом драконов, которые мечтают сожрать тебя без соли, — это одно, а стоять перед ними в платье, которое стоит, наверное, годового бюджета небольшого города, и пытаться доказать, что ты не шарлатанка, — это совсем другое?
— Я не боюсь, — сказала я твёрдо. — Я волнуюсь. Это разные вещи.
Артем кивнул, приняв объяснение, и его взгляд переместился на платье, которое висело на специальном манекене у окна. Платье переливалось в утреннем свете, и даже я, человек, далёкий от драконьей роскоши, понимала: это не просто одежда. Это произведение искусства. Цвета бордо с золотой вышивкой, которая вилась по корсету и спадала на юбку, как струи пламени. Ткань мягко мерцала, создавая впечатление, что платье живое. Я протянула руку и коснулась рукава — шёлк, прохладный и гладкий, скользнул под пальцами. Оно появилось вчера вечером. Просто висело здесь, когда я вернулась после последней проверки классов. Без записки, без объяснений. Но я и так знала, кто его заказал.
Игнатий.
Потому что только он мог знать, что мой любимый цвет — именно этот оттенок бордо. Только он мог заметить, что я тайком завидую драконьим нарядам, но никогда не признаюсь в этом вслух. И только он мог заказать платье у лучшей портнихи столицы и не сказать ни слова, сделав вид, что это само собой разумеется.
— Красивое, — сказал Артем. — Папа выбирал?
Я подавила улыбку.
— С чего ты взял?
— Он вчера вечером улетал куда-то. Вернулся поздно. И был… — мальчик задумался, подбирая слово, — довольный. Но делал вид, что нет.
Я фыркнула. Это было так похоже на Игнатия — быть довольным и делать вид, что нет.
— Ладно, — я решительно сняла платье с манекена. — Пора примерять. Отвернись.
— Почему? — удивился Артем.
— Потому что я буду раздеваться.
— А, — он понятливо кивнул и честно закрыл глаза ладошками. Правда, между пальцами оставалась щель, но я сделала вид, что не заметила. В конце концов, он ребёнок, а я скоро стану его… Кем я ему стану? Вопрос, на который у меня не было ответа уже три месяца.
Платье село идеально. Будто его шили с меня, снимая мерки во сне. Я повертелась перед зеркалом, и золотая вышивка вспыхнула в солнечном луче, пустив зайчиков по стенам.
— Можно смотреть? — нетерпеливо спросил Артем.
— Можно.
Он убрал ладони и замер. Я увидела его отражение в зеркале — маленького мальчика в тёмно-синем камзоле с серебряными пуговицами, настоящего маленького лорда, гордого и важного. Игнатий одел его с той же тщательностью, с какой выбрал платье для меня.
— Ты красивая, — выдохнул Артем. — Как мама.
Сердце пропустило удар. Я медленно повернулась к нему, боясь спугнуть момент.
— Твоя мама была красивее, — сказала я тихо.
Артем покачал головой.
— Я мало помню. Она грустная была. А ты… ты светишься. Даже когда боишься. — Он подошёл и взял меня за руку. — Я рядом. Не бойся.
Я присела и обняла его, вдыхая запах детского мыла и чуть уловимый холодок, который всегда сопровождал драконью магию. Вот оно. Вот ради чего я три месяца вкалывала как проклятая, оборудуя классы, расписывая программы, споря с драконьими целителями, которые плевались при слове психология. Ради этого момента. Ради того, чтобы этот мальчик чувствовал себя в безопасности.
— Идём, маленький лорд, — сказала я, поднимаясь. — Нас ждёт великое событие.
Площадь перед Академией заполнилась народом за час до официального открытия. Я смотрела в окно второго этажа и чувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Там, внизу, собрались представители знатнейших родов, члены Совета драконов, какие-то важные лорды и леди, имена которых я выучила за последние недели, но всё ещё путала. Они прибыли в каретах, запряжённых магическими существами, в экипажах, парящих в воздухе, верхом на лошадях с огненными гривами. И все они пришли смотреть на меня.
На человечку, которая посмела открыть Академию для драконьих отпрысков.
— Передумала сбежать? — раздался за спиной голос, от которого у меня мурашки побежали по коже.
Я не обернулась. Потому что если обернусь и увижу его — в парадном мундире, с идеально уложенными волосами и этим невозможным холодным взглядом, который только со стороны кажется ледяным, а на самом деле… На самом деле я знала, какое тепло в нём спрятано. Знала, но не могла достучаться уже три месяца.
— Передумала, — ответила я, глядя в окно. — Но не сбегать. А убивать кого-нибудь. Для острастки.
Игнатий подошёл ближе. Я чувствовала его присутствие за спиной — напряжение, сдерживаемую силу, запах мороза и горного воздуха, который всегда его сопровождал.
— Не стоит, — сказал он ровно. — Трупный запах отпугнёт родителей.
Я фыркнула и всё-таки обернулась. Он стоял в двух шагах, и на мгновение у меня перехватило дыхание. Чёрный мундир с серебряным шитьём, дракон на груди — герб рода Чернокрылых, — платиновые волосы, собранные в низкий хвост, и глаза… глаза, которые смотрели на меня так, будто я была единственным тёплым пятном в его ледяном мире. Но длилось это мгновение. Он моргнул, и взгляд снова стал официально-холодным.
— Речь подготовила? — спросил он.
— Я не выступаю, — напомнила я. — Это твоя прерогатива — вещать с высоты драконьего величия. Моя задача — улыбаться и махать рукой.
— У тебя плохо получается улыбаться.
— У меня отлично получается улыбаться. Я просто не хочу.
Уголок его губ дрогнул. На одно безумное мгновение мне показалось, что он сейчас улыбнётся — по-настоящему, тепло, как тогда, три месяца назад, когда мы впервые… Но нет. Уголок вернулся на место, и лицо снова стало непроницаемым.
— Идём, — сказал он. — Пора.
Церемония открытия была помпезной ровно настолько, чтобы драконы остались довольны, и ровно настолько короткой, чтобы я не умерла от скуки. Игнатий говорил с трибуны — холодно, официально, идеально. О том, что Академия эмоциональной магии станет новым словом в воспитании подрастающего поколения, что традиции должны сочетаться с инновациями, что Совет одобрил эксперимент и будет лично контролировать результаты. Я слушала вполуха, потому что стояла чуть поодаль, рядом с Артемом, и чувствовала на себе десятки взглядов. Они изучали меня, сканировали, оценивали. Кто-то с любопытством, кто-то с презрением, кто-то с откровенной враждебностью.
— Не смотри на них, — шепнул Артем, сжимая мою руку. — Смотри на папу.
Я послушно перевела взгляд на Игнатия. И в этот самый момент он тоже посмотрел на меня. На одно мгновение. Короткое, как взмах ресниц. Но в этом мгновении промелькнуло что-то такое… Тёплое. Настоящее. Будто он сказал: "Я здесь. Я рядом. Мы справимся". А потом он отвернулся и закончил речь под вежливые аплодисменты.
— А теперь, — объявил распорядитель, — встречайте первых учеников Академии!
Я выдохнула и приготовилась к самому страшному. К детям.
Первой прибыла Лисандра де’Варг.
Карета, запряжённая белыми лошадьми с золотыми рогами, остановилась ровно напротив входа. Дверцу открыл ливрейный лакей, и оттуда выпорхнула… нет, выплыла девочка. Лет двенадцати, с длинными светлыми волосами, уложенными в сложную причёску, в платье такого небесно-голубого цвета, что на него больно было смотреть. Она окинула Академию взглядом, полным высокомерного презрения, и остановилась глазами на мне. Я увидела в этом взгляде всё: "человечка", "самозванка", "что ты можешь мне дать?".
— Здравствуй, Лисандра, — сказала я, делая шаг вперёд. — Добро пожаловать.
Она изогнула идеальную бровь.
— Здравствуйте, — ответила с расстановкой, будто пробуя слово на вкус. — Вы, должно быть, та самая… целительница?
В её устах это прозвучало как шарлатанка. Я улыбнулась самой тёплой улыбкой, на которую была способна.
— Именно. Я Вера. Буду твоим наставником.
Лисандра промолчала. Прошла мимо, даже не кивнув, и остановилась рядом с Игнатием, которому сделала идеальный реверанс.
— Лорд Чернокрылый, — проворковала она, и в голосе появились нотки, которые у двенадцатилетней девочки быть не должны. — Моя мать передаёт вам привет.