София Бёрк – Мир без завтрашнего дня (страница 7)
– Лейтенант, что случилось?
Барбара дёрнула бровями, как бы недвусмысленно давая понять, что рядом могут находиться ещё люди, способные прийти на подмогу, стоит ей только сообщить об опасности. И не важно, что это правда лишь отчасти – другого рычага давления всё равно не было.
– Отпустите его и тогда никто не пострадает, – для пущего эффекта пригрозила она, ожидая всего, что угодно, кроме того, что незнакомец резко ослабит хватку, и Винс, не сумев поймать равновесие, сваливается на бетон, прикусив губу от кратковременной вспышки боли.
– Я и не думал причинять ему вреда, – с абсолютным спокойствием заявляет мужчина, в следующее мгновение приковав ледяной взгляд к рации, по которой бывший начальник до сих пор вызывал разведчиков: – Что же касается связи с коллегами – в ваших интересах не сообщать о произошедшем.
– Почему? – этим вопросом задались все одновременно.
– Потому что, судя по физическому состоянию, никто из вас троих не мог расправиться с неожиданно напавшими врагами, а значит, факт вашего выживания – либо нелепая случайность, либо продуманный план, – объяснил тот, не убирая из тона надменность. – На месте начальства я бы сперва подумал про второе, поэтому, для вашего же блага, предлагаю ответить, что всё хорошо.
– Согласен, – моментально закивал головой Лип, посмотревший в зелёные глаза сестры, чьё звание Матье озвучил вот уже несколько раз подряд. – Нам стоит, как минимум, выслушать его, потому что ты слышала, что он сказал про нашу маму. Вдруг это что-то значит..?
– Не будь идиотом! Мы даже не знаем его имени, – попыталась всё же не поддаваться на подобные провокации Барбара, не понимая, что последнее слово звучит одинаково и в том, и в том языке, тем самым позволяя мужчине понять всё без переводчика:
– Меня зовут Руди Гонсалес.
IV. Теория, воплощённая в жизнь
– Вивьен, – раздался мужской шёпот над ухом, принуждая спящую на кровати женщину с длинными, распущенными волосами, струящимися по подушке, сонно сморщить нос. – Вивьен, вставай.
– Что случилось? – неохотно распахнув зелёные, как малахит глаза, та хочет повернуться к нависшему над собой мужчине, как вдруг он подрывается, открывает шкаф и принимается небрежно складывать все вещи, какие ему только попадались под руку, в поношенную спортивную сумку.
– Некогда объяснять, нам всем нужно уехать. Срочно, – поступил ответ без особой конкретики и, когда лунный свет упал на чужое лицо, Вивьен узнала в нём лучшего друга их семьи и крёстного детей – Ральфо Хубера.
– Не понимаю… это как-то связано с Эвретом? Ты нашёл способ, как обжаловать его повестку? – по-прежнему ничего не понимая, Вивьен встала с кровати и, убрав рукой несколько прядей за ухо, только сейчас заметила за окном сине-красные огоньки, принадлежавшие полицейской машине.
Фары её были направлены на какое-то странное существо с длинным бледно-серым телом и тонкими руками, придавившими одетого в форму человека, что как-то странно постанывал.
– Так, Ви, послушай меня, – Ральфо взял лицо женщины в свои руки, отвлекая от ужасной картины. – Разбуди детей, оденьтесь и спускайтесь вниз. Я пока подгоню машину, хорошо?
– Ладно, – она рассеянно закивала, после чего мигом выбежала из спальни, первым делом направившись в левую комнату по коридору.
Там сладко спал девятилетний Энтони, который при пробуждении, несмотря на присутствующую сонливость, следуя голосу матери, без лишних вопросов, самостоятельно принялся собирать свой рюкзак.
Младшие же – пятилетние Барбара и Филипп упорно расспрашивали, что случилось, из-за чего одеть их было достаточно проблематично, и в конечном итоге Вивьен решила оставить всё, как есть, дабы как можно скорее спуститься вниз, к Ральфо, которому они были безумно рады, пускай не понимали, почему нужно срочно уезжать куда-то посреди ночи. Да ещё и с полными сумками, что так же, безусловно, интересовало и маму, но она покорно молчала, понимая, что наводить панику не стоит. Тем более, что дети очень впечатлительны, почему при выходе из дома им приказали не смотреть на соседнюю лужайку даже если оттуда будут доноситься странные звуки по типу противного причмокивания.
Только вот, если близнецы прислушались, то Тони, уже считавший себя взрослым, украдкой бросил взгляд и, как итог, смог оторваться от кошмарной картины только, когда крёстный посадил в машину и завёл мотор. И то, услышав посторонний шум, странное существо, обсасывающее кости мёртвого полицейского, тут же бросилось к ним ударившись головой о боковое стекло со стороны водителя, пуская по стеклу одну трещину. Потом вторую, третью, четвёртую, пугая до тех пор, пока педаль газа не вдавливается в пол, оставляя гортанный рокот далеко позади и позволяя вдохнуть полной грудью.
– Вы целы? – повернувшись к сидевшим на заднем сидении детям, тяжело дыша спросила мама, на что все трое закивали головами. – Хорошо… Кто это вообще был?
– Не знаю, но явно не человек, – тихо произнёс Ральфо и чуть сбавил скорость перед поворотом на перекрёсток, откуда доносились вой сирен и крики мирных жителей. – Кто-то говорит, что это мутанты из секретных лабораторий, кто-то считает это началом библейского Судного Дня… Уж и не знаешь, кому верить.
– А полиция? Правительство? Они что-нибудь говорят?
– Ничего. Как видишь, люди действуют сами, – он кивает головой в сторону нескольких силуэтов, кидающих коктейли Молотова по направлению других митингующих.
– И… что тогда будем делать? – дрожащим голосом прошептала Вивьен.
– Говорят, на западе уже началась эвакуация, так что поедем туда, а там уже решим, как возвращать Эврета. Главное, взяла документы?
– Да, – дрожащими руками она полезла в лежавшую у себя на коленях сумку и принялась для собственной проверки доставать оттуда всё необходимое: паспорта, папка с документами детей, водительские права и несколько сотен евро, схваченных впопыхах на всякий случай.
Хотя какой такой «случай» мог произойти в ситуации, когда мир находился на грани разрушения сказать точно было сложно. Если только не использовать это как взятку, к чему Ральфо морально готовился всё то время, что был за рулём, так как чувствовал – ещё пара часов и полученное на смене ранение скрывать будет невозможно ни от жены близкого друга, ни от крестников, ни от кого-либо ещё.
Подтверждали это постепенно выползающие из-под его рубашки чёрные линии, особенно сильно выделяющиеся на теряющей свой оливковый оттенок коже. А всё из-за пришедшего на встречу перекупщика, скрывающего свою лихорадку до тех пор, пока его не начало тошнить какой-то вязкой, чёрной жидкостью, которую Ральфо выкашлял за сто метров от развернувшегося КПП, где люди в военной форме с крыш грузовиков рассказывали в рупор правила эвакуации.
– Так, Барбара, Филипп, давайте, вы первые, – взяв за руки близнецов, Вивьен подтолкнула малышей вперёд, но те испуганно замотали головами и что есть сил прижались к её ногам. – Эй, ну вы чего? Всё будет хорошо, не переживайте. Это просто… просто небольшая проверка. Если хотите, Тони пойдёт вместе с вами, да, милый?
Она умоляюще посмотрела на старшего сына, прижимающего к груди папку с документами.
– Конечно, – тот кивает головой и в следующее мгновение встаёт между братом и сестрой так, чтобы они оба зацепились за его курткой и наконец-таки встали в очередь, змейкой тянущуюся к пропускному пункту.
Там военные проверяли документы, светили фонариком в глаза и осматривали на наличие открытых ранений. То есть делали то, что не казалось таким уж страшным, почему Тони ни разу не вздрогнул, когда чужой басистый голос подозвал всех троих к себе и начал задавать вопросы по типу «как вас зовут?», «кто ваши родители?» и так далее по списку, по окончанию которого каждому по очереди помогли забраться в кузов грузовика.
– Теперь вы, ваши документы, – строго озвучил мужчина с абсолютно каменным лицом, жестом подозвав к себе родителей.
– Вот, держите, – Вивьен тут же протянула ему два паспорта и водительские права, как бы невзначай придерживая при это одной рукой начинающего пошатываться друга.
– Химикаты есть?
– Никак нет.
– Оружие?
– Нет, у нас ничего нет, – она натянула на себя лёгкую улыбку то ли для того, чтобы произвести хорошее впечатление, то ли для того, чтобы подбодрить детей, наблюдавших за ними из кузова.
– А вы, сэр? – военный переводит взгляд на с ног до головы обливающегося потом Ральфо. – У вас всё в порядке?
– Да, я просто… слишком тепло оделся, – максимально уверенно попытался ответить тот, однако сильная покалывающая боль в районе живота, заставила произнести его это сквозь расшатывающиеся зубы.
– Лучше скажите честно, вы ранены? – не отставал мужчина в то время, как его напарник, видимо, понимая, к чему всё идёт, опустил руку на спусковой крючок перевешенного через грудь автомата.
– Я… я просто хочу, чтобы вы посадили их в автобус, – вырвав руку у Вивьен, он сделал шаг вперёд, тем самым давая лучше разглядеть вытекающую изо рта маленькими каплями слизь. – Пожалуйста, отвезите их всех в безопасное… место…
– Если вы инфицированы, то никто из членов вашей семьи не может проехать в карантинную зону. Таковы правила, – с пробивающим до дрожи холодом озвучил офицер, после чего приказал своим людям вытащить из машины сначала Энтони, потом близнецов, даже толком не успевших ничего понять.