Софи Ким – Ставка на месть (страница 69)
«Дело в том, что… – горько вздохнул Руи. – Правда в том, что нить судьбы связывает не только истинных возлюбленных. Иногда она связывает заклятых врагов».
Я пораженно отшатнулась. Заклятых врагов. Эти слова ощущались как ведро ледяной воды, вылитое мне на голову. Дрожь ужаса пробежала по моему телу, заледенило сердце и кости. Связанные душами враги. Не возлюбленные?
«Это… нет. Нет. В этом нет никакого смысла».
Даже для моих собственных ушей мои слова звучали слабо. Умоляюще.
Взгляд серебряных глаз Руи оставался пустым.
«Я скрыл это от тебя, – прохрипел он. – Нас должна вести судьба любви. Если Пророчество узнает, что есть вероятность, что мы с тобой враги, оно последует этой дорогой и потащит нас за собой».
«Нет!» – выпалила я.
Сердце гулко забилось в груди. Мы с Руи должны были быть возлюбленными.
«Но… нить между нами. Как мы можем чувствовать друг друга? Как ты пришел сюда, в мои сны? Почему у врагов такие способности?»
«Чтобы мучить друг друга, – ответил он так тихо, что я едва услышала его. – Чтобы причинять друг другу боль».
У меня перед глазами все поплыло от слез, и я прерывисто вздохнула от растущего осознания. Мы могли бы быть кем угодно, он и я.
Обреченными на любовь или же на ненависть.
«Свадьба, Лина… союз… все это попытка заставить нить связать нас любовью, подарить нам время. Мы пытаемся избежать войны. Убедиться, что мы не связаны как заклятые враги. Но ты знаешь… знаешь, что я не могу позволить Пророчеству захватить Три королевства».
Я закрыла глаза.
«Понимаю», – хрипло ответила я, честность обжигала горло.
Как бы мне ни хотелось кричать, вопить и рыдать от того, во что превратилась моя жизнь, от того, кем я стала, сейчас было не время. Пора думать, следуя определенной стратегии.
Проснувшаяся я была опасной.
Она была жестокой. Я хотела быть доброй. Она грешила. Я же хотела искупить вину.
Я испытала острую вспышку страха, когда вспомнила, как посмотрела на Ынби в Чосыне, когда она неправильно подбросила каштаны и финики. Я не хотела так испепеляюще смотреть на нее. Стыд опалил мое лицо, и я с яростной злобой выдернула из земли пучок травы. Моя сестра. Ынби. Что станет с ней, когда Пророчество исполнится? Ее выдадут замуж не по любви, а ради моих амбиций? Ее будут преследовать разъяренные смертные? Или… Горло сжалось. Она станет такой, как я? Тираном, жадным чудовищем?
Нет. Ынби была хорошей.
Что она подумает обо мне? Когда я начну причинять боль людям. Причинять больше боли, чем когда-либо?
«Пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть план», – прошептала я, открывая глаза.
Кадык Руи дернулся.
«Сегодня я получил собственный сон, – тихо сказал он, – от Кана. Он научился путешествовать во сне по диким местам Вюсана. Хотя для него это исключительно сложно, но именно так он связывается со мной, когда я нахожусь вне досягаемости. Он сказал… он сказал, что нашел Синюю книгу огней. Это том магических знаний, данный нам Создателем Мирыком много веков назад. Так называемый подарок на день рождения, – добавил он, изо всех сил стараясь говорить так, чтобы его голос не превратился в унылый шепот. – В этой книге, – продолжил он, – рассказывается о способностях токкэби. Способностях моей семьи, в частности начиная с императора Ханыль Тахо. Моего деда».
«Продолжай».
«Моя семья. Ты знаешь, что у нас есть способности, которых нет у обычных токкэби. Даже у гакси-токкэби, моего внутреннего двора, их нет. Одна из этих способностей – огонь токкэби».
Я приоткрыла рот.
«Когда я… коснулся тебя под дождем, – покачал головой Руи, – я не хотел причинить тебе боль, но, как это ни ужасно, я рад, что сделал это. Потому что…»
«Потому что на краткий миг я стала собой, – закончила я, вспомнив, как Пророчество потеряло сознание, оставив меня одну. Собой. – Я знаю. Я тоже рада. Ты собираешься… ты не можешь просто опалить меня пламенем? Это подействует? Если это убьет Пророчество, наши души будут связаны любовью. У нас не будет причин становиться врагами».
«Я тоже так думал. – Связанная со мной душа горько вздохнула. – Но Кан сказал, что в использовании огня токкэби существует четкий баланс. Слишком много огня убьет тебя. Слишком мало – будет неэффективно против Пророчества. Но нужное количество, в нужный момент… Кан сказал, что есть возможность убить только Пророчество. – Теперь Руи заговорил быстрее, и я видела робкую надежду в его глазах. – Баланс необходим, но он неуловим. Если кто и сможет найти его… то только Кан. Но он только что прочитал об этом. Он не знает, как или почему мой огонь может стать источником спасения».
«Полагаю, у него есть теория, – пробормотала я. Советник с мудрыми глазами не был похож на человека, который ищет ответы, не выдвигая собственных теорий. – Что он думает?»
«Синяя книга написана на древнем языке. Некоторые руны… трудно расшифровать даже ему. Но кажется, судя по его исследованию, огонь токкэби поступает непосредственно из источника энергии в Окване, из небесного царства богов. Это чистая, неразбавленная энергия, в буквальном смысле божественная сила, которая течет в жилах моей семьи. Чистота моего происхождения могла бы противостоять испорченности Пророчества. Но, как я сказал, баланс… хрупок».
«Ты должен найти его, – отчаянно взмолилась я, сжав его руку так крепко, что костяшки моих пальцев побелели и он вздрогнул. – Руи, ты должен вытащить эту проклятую штуку из моей головы…»
«Я сделаю это, – пообещал император, его глаза вспыхнули. – Клянусь, Лина. Но Кан велел подождать, пока он не выяснит детали. Я не стану рисковать тобой. Кажется, Кан планирует что-то еще. – Руи поджал губы. – Мой советник умен. И почти такой же красноречивый, как я. Но я уверен: он скрывает что-то от меня».
Моя кровь заледенела.
«Руи, – спокойно проговорила я, – что он планирует?»
«Я выясню это. Я не позволю ему причинить тебе вред, Лина. – Руи прижался губами к моим губам. – Обещаю», – прошептал он, когда границы сна начали расплываться, а ива заколыхалась.
«Я просыпаюсь. Руи… – Черты его лица стали размытыми, они исчезали все быстрее с каждой секундой. – Быстро, Руи, моя сестра. Она…»
Мне показалось, что он качнул головой. Но его ответные слова звучали приглушенно, невнятно…
Я проснулась.
Протирая затуманенные глаза, я заметила, что в окно спальни пробивался свет позднего утра. Я озадаченно приподнялась на локтях и посмотрела налево. Руи спал, его грудь равномерно поднималась и опускалась. Я почему-то тяжело дышала и была покрыта потом. Возможно, мне приснился очередной кошмар.
Подойдя к дому Гван Дойуна в Монетном дворе, я ощутила сильный запах рыбы. Постучала кулаком в дверь, и мои нефритовые гаракджи сверкнули на солнце.
Удары стали громче, тяжелее, дверь затряслась под моим кулаком. Наконец Дойун открыл, и при виде фигуры в капюшоне на пороге его лицо стало мертвенно-бледным. Я улыбнулась, сверкнув белыми клыками.
– Здравствуй, Дойун.
– Жнец, – хрипло ответил он, и мне не понравилась нотка настороженности в его голосе. Я не забыла его первоначальный отказ склониться к моим ногам. – Син Лина. Что ты здесь делаешь в такой ранний час?
Я склонила голову набок.
– Пришла напомнить, дорогой Дойун… – протянула я, сверкнув в темноте ухмылкой. – Через три ночи ты придешь на праздник. После этого тебе будет поручено успокоить несогласных среди вас… смертных. Я ожидаю, что вы будете петь мне хвалебные песни, независимо от того, насколько красными будут улицы, независимо от того, какие чудовищные существа будут таиться в темноте. Сделаешь это – и я тебя вознагражу. Ослушаешься – и пожалеешь, что встал у меня на пути.
Он задрожал, когда я подалась вперед.
– Ты справишься, Гван Дойун? Сдержишь обещание?
Его усы дернулись, но в глазах вспыхнуло то самое подозрение, которое мне совсем не понравилось.
– Независимо от того, насколько красными будут улицы? – переспросил он. – От крови?
– От чего же еще? – прошептала я, отклоняясь назад. – От кочхуджана?[12] Вряд ли. – Ухмыльнувшись, я повернулась, чтобы уйти.
– Стой. – Голос мужчины тоже дрожал. – Жнец, подожди.
Дойун дрожащими руками схватился за дверной косяк.
– Э-это совпадение, что ты самый смертоносный убийца в Сунпо. Что именно ты пришла ко мне, зная подробности смерти моей жены. Я… я подумал. – Он тяжело сглотнул, и я почувствовала не только его ужас, но и гнев. – Ты заявила, что точно знаешь, кто убил ее. Ты пришла ко мне в образе милой девушки, но теперь ты… ты. Ты пообещала мне, что убийца умрет от моей собственной руки, если я этого захочу. Ты сдержишь свое обещание?
Моя улыбка стала шире.
– Ох, Дойун… – протянула я. – Надеешься получить должность в бюро расследований, которое Сунпо называет «шуткой»? Должна предупредить тебя, что ни один из следователей не руководствуется мирными целями. Это опасное королевство. Я думала, ты это уже знаешь. – Я цокнула языком. – Делай, как я говорю, а то придется преподать тебе еще один урок.
Его острая и едкая ярость ударила мне в нос и обожгла горло. Я усмехнулась.
– До свидания, Гван Дойун.