Софи Ким – Ставка на месть (страница 54)
В последнее время сны были моим единственным избавлением от состояния покорности, в котором я оказалась, единственным местом, где я все помнила: откровение о том, что Голос – это Пророчество, мое повторение предсказания Ёмры, то, как я ударилась головой о стену. Однажды Пророчество сказало, что оно не видит моих снов. И ужасное давление на мою голову сразу уменьшилось. С тех пор я пряталась в своем спящем сознании, наслаждаясь независимостью, которая, я знала, скоро исчезнет. Искала хоть какое-то подобие счастья, насколько это было в моих силах.
В этом воспоминании шел снег. Крупные хлопья падали из сахарных облаков над Кёльчхоном. Руи, Ынби и я, закутавшись в тяжелые плащи, набирали снег и кидались друг в друга снежками на вершине покрытой зимним льдом горы. В отличие от холмов и леса, рядом с которыми стоял дворец Руи, где поздняя весна переходила в лето, горы Кёльчхона замерзали.
«И они идеальны, – сказал Руи в то утро, – для того, чтобы стать нашим полем битвы».
Руи засмеялся, поспешно прячась в снежную крепость, которую он соорудил, и едва уклонился от атаки Ынби. Снежок пролетел мимо и врезался в одно из голых деревьев, покрытых инеем. Ынби хмыкнула, зачерпывая еще горсть снега, и переключилась на меня.
Я уклонилась от ее нападения и хихикнула, когда она раздраженно фыркнула. Но мой смешок резко оборвался, когда на мое лицо упал холодный и колючий снег от ухмыляющегося Руи. Я смахнула снег с ресниц, а его самодовольная ухмылка стала еще шире.
«Я бы сказал, что мне жаль! – крикнул он, прячась в своей крепости. – Но это не так».
Я покачала головой и наклонилась, чтобы вооружиться. Снег блестел в бледном утреннем лунном свете и поскрипывал, когда я лепила из него идеально круглый шар. Ынби сосредоточила свои атаки на Руи, подбегая к его крепости и забрасывая стены снежками, прежде чем отступить. Он нанес ответный удар, стремительный, но недостаточно быстрый, чтобы причинить ей вред. Мне приходилось внимательно следить за собой. С моей новой силой я, сама того не желая, могла легко причинить боль Ынби.
О Руи не нужно было беспокоиться. Я была твердо намерена ему отомстить. Снежок пролетел по воздуху и попал ему прямо в лицо.
Торжествующая улыбка заиграла на моих губах, когда Руи со смертельно оскорбленным видом стряхнул с себя снег и обратил свое внимание на меня.
Мимо пробежала Ынби, запыхавшаяся, с красными от волнения и холода щеками.
«Теперь у тебя неприятности!» – хихикнула она, а затем нырнула за дерево, чтобы зачерпнуть снега и пополнить свой арсенал.
Покинув снежное укрытие, Руи приблизился ко мне с дьявольской улыбкой. Снежинки украшали его волосы, искрились на длинных ресницах. Он был, как всегда, прекрасен, но я уставилась на снежный ком, который он держал в правой руке.
«Лина… – протянул он, – я оскорблен». – «Это хорошо», – ухмыльнулась я, не сводя глаз со снежка. «Мое эго задето». – «Бедный император Токкэби!.. – протянула я. – Поцелуй тебе поможет?»
На лице Руи мелькнул острый интерес, но он покачал головой: «Есть только одно лекарство от полного унижения, маленькая воровка». – «Какое же?» – «Возмездие». – Серебристые глаза Руи сверкнули, снежок на огромной скорости полетел в меня…
Но попал в Ынби.
Младшая сестра бросилась мне на помощь, подставила под снежок живот и с драматичным визгом провалилась в снег.
Мое сердце испуганно дрогнуло. «Ынби!» – ахнула я.
Руи вздрогнул, когда я подняла ее, стряхивая снег с плаща и волос, рассыпавшихся по плечам. Она потеряла шапку.
«Тебе больно? Руи кидал в меня с большей силой, чем в тебя».
Но Ынби покачала головой. «Нет! – просияла она. – Ты видела это, Лили? Как я упала? Я спасла тебя!» – «Ты настоящая героиня, – ответила я, нашла в снегу ее шапку и натянула ей на голову. – Но никогда так больше не делай». – «Почему нет? – заупрямилась она. – Почему я не могу спасти тебя?»
Руи встал рядом со мной. «Что за мрачный разговор! – весело сказал он. – Думаю, мы можем объявить победителем меня. – Его взгляд скользнул по моему носу, и он усмехнулся. – У тебя нос, – сообщил мне император, – розовый, как цветок вишни». Не обращая внимания на мой свирепый взгляд, Руи поцеловал меня в кончик носа и отшатнулся, когда Ынби попала ему снежком прямо в челюсть.
Она замерла, когда он пригвоздил ее взглядом. «Значит, реванш», – сказал Руи и усмехнулся, когда Ынби захихикала и убежала.
Император помчался за ней, а я улыбнулась, наслаждаясь этим моментом, этим воспоминанием…
Что-то сжалось в груди и заставило меня остановиться. Я обернулась и посмотрела на деревья, ожидая, что Руи стоит где-то поблизости. Но… что-то было не так. В этом воспоминании он увлеченно играл в снежки с моей сестрой, а не прятался за моей спиной. Тогда почему… почему я почувствовала его?
Но спустя мгновение это ощущение пропало.
Слегка нахмурившись, я зачерпнула еще снега и слепила снежок. Возможно, я просто выдумала это.
Хотя в глубине души я знала, что это не так.
Слегка раздражающая мелодия разнеслась по моей спальне, когда я начала просыпаться. Я лежала, вжавшись головой в подушку, глаза слипались от непролитых слез из-за сна, который я не помнила.
Мелодия напоминала противное жужжание комара. Казалось, в песне скрыты слова-команды.
Я отмахнулась от них и, зевая, села в постели. Потерла глаза и снова зевнула.
Мелодия оборвалась, и мои затуманенные глаза остановились на Руи, который прятал Манпасикчок в складках своего темно-фиолетового ханбока.
– Доброе утро, маленькая воровка, – сказал он, прислоняясь к стене напротив кровати и выгибая бровь. – Манпасикчок на тебя больше не действует.
Я вздрогнула:
– Ты обещал больше не пробовать на мне эту проклятую штуку. – Руи пообещал мне это в Кёльчхоне. Однажды он уже нарушил свое обещание, не дав вмешаться в его поединок с Дживуном. И вот теперь снова не сдержал. – Твои обещания пустые, Руи. Ты отказываешься от них, когда пожелаешь. Ты просто разбрасываешься ими. – Голос зло расхаживал по моей голове. – Как ты посмел это сделать? Ты ожидал, что сможешь использовать Манпасикчок против меня? Поэтому проверял сейчас?
– Нет. – Руи покачал головой.
– Этот союз ничего для тебя не значит? – Я вскочила с кровати и призвала чешуйчатые клинки. – Эта свадьба ничего для тебя не значит?
– Она значит для меня все, – тихо ответил он, глядя на мою змеиную кожу.
Я тяжело и прерывисто дышала.
– Если это твоя очередная ложь, Руи, то признайся в этом сейчас. – Я подошла к нему и приставила лезвие к его горлу.
Голос двинул мою ногу, и я сделала еще один шаг, слегка полоснув Руи по горлу.
– Лина, мне просто было интересно. – На мгновение он, кажется, испугался, и я ощутила сквозь нить вспышку дурного предчувствия. Но затем все прошло, и лицо Руи стало таким же спокойным, как всегда.
– И что же? – выдохнула я, наклонив голову. – Насколько я стала имуги?
Его глаза блеснули.
– Да. Именно это. Манпасикчок не действует на м… – Руи замолчал, но я поняла, что он хотел сказать.
Манпасикчок не действовал на монстров.
– На имуги, – исправился он. – У меня столько вопросов относительно твоего… наследия. Я поступил неправильно, но подумал, что это необходимо. Мой двор захочет узнать. Даже учитывая союз, они все равно нервничают. Поэтому мне следует быть с ними честным, чтобы, когда я расскажу о твоих намерениях стать союзником, они нам поверили…
Его слова перешли в приглушенное бормотание, пока я пустым взглядом смотрела на чешую. Пока я вспоминала его секундный страх.
– …Теперь, когда имуги ползают по Исыну, – сказал Руи, и Голос заставил меня насторожиться. Император говорил почти непринужденно, но я вдруг уловила напряжение. – Ты знала? Кажется, пока они скрываются от смертных; полагаю, устроили пир в канализации, но думаю, что они уже позавтракали. Я немного прогулялся с утра и заметил интересные брызги на камнях. Я чуть не наступил на них. – Он поморщился от отвращения.
– И это заставило меня задуматься, – небрежно продолжил Руи, – что именно мы приготовим гостям на нашей свадьбе. Гостям, которых ты так великодушно пригласила вчера.
– Они могут не есть на свадьбе, если тебе это не нравится. – Я убрала чешую. – И да, я знаю, что они здесь, это я пригласила их. Это начало новой эры, Руи. – Я опустила голову, пристегивая чикдо к поясу. – Ты против?
– Совсем нет, – после долгой паузы ответил Руи. – Совершенно.
Он ухмыльнулся, и я нахмурилась.
Он нахмурился в ответ.
– Хорошо. – Прекратив игру в гляделки, я направилась на кухню. – Раз имуги здесь, мы должны пожениться как можно скорее. Этот союз важен как никогда. – Мои пальцы схватили грушу из глиняной вазы на деревянном столе и начали снимать кожицу со сладкого, похрустывающего белого плода.
– Что за свадьба без заключения союза? – тихо пробормотал Руи, устраиваясь на подушке и наливая чай, который заварил чуть ранее. Под его глазами залегли тени, словно он не спал всю ночь.