Софи Ким – Ставка на месть (страница 50)
Руи поцеловал меня в лоб и скатился с меня, его щеки порозовели. Он тоже тяжело дышал.
– Я почувствовал, – удивленно сказал он, натягивая на нас простыни. – Почувствовал через нить…
Мои веки отяжелели, когда я прижалась к нему.
Я чувствовала… я чувствовала себя прекрасно. Голос был блаженно тих, он позволил мне, нам насладиться этим моментом. Этим прекрасным, восхитительным моментом. Сердце трепетало. Я была связана душой с Руи. Все, чего я так долго хотела, – это снова обрести семью. Ынби и Руи стали для меня этой семьей. Мои губы изогнулись в улыбке.
Я стала самой собой впервые с тех пор, как услышала это проклятое Пророчество.
Пророчество. Улыбка сползла, я открыла рот, когда все это вернулось ко мне, и попыталась еще раз сказать об этом Руи – о том, что Голос снова возьмет надо мной контроль и я захочу, чтобы все Три Королевства принадлежали мне, чтобы у меня были последователи. О том, что я больше не думала о богах и религии, – лишь о себе. О том, что я хотела стать императрицей, богиней. О том, что я больше не стремилась принимать правильные решения, а погрузилась в пучину ошибок и неверных суждений, ведомая тем, что прочно засело у меня в голове. Мое сочувствие исчезло. Доброта, которую я так усердно взращивала, пропала.
Но Голос оказался быстрее. Голос схватил слова и запер их. Мои губы беззвучно зашевелились под обеспокоенным взглядом Руи.
– Лина?
Слезы отчаяния выступили на глазах, но и их быстро смахнул Голос.
«
Ладно.
– Когда состоится свадьба? – выдавила я.
Руи пристально смотрел на меня из-под тяжелых век. Слова родились в моем собственном сознании – где-то между нашим поцелуем и нашим путешествием в спальню. Голос предпочел затихнуть, превратившись в нечто большее, чем смутное присутствие на задворках моих мыслей, предоставляя нам уединение. Но он наблюдал. Он всегда наблюдал.
Мышцы Руи напряглись, и на долю секунды мне показалось, что по его лицу пробежала тень необъяснимой печали, прежде чем он отвернулся от меня. Но когда он заговорил, его голос звучал ровно и уверенно, и я ничего не почувствовала сквозь нить.
– Когда захочешь, маленькая воровка, и где захочешь. У токкэби нет свадебных традиций, как у смертных… – Он резко замолчал – возможно, вспомнил, что я больше не смертная, а нечто иное. – Мы можем пожениться через шесть ночей, если хочешь.
– Так скоро? – Мои глаза расширились от радости и удивления.
– Если ты хочешь грандиозного мероприятия, – пробормотал Руи, по-прежнему уставившись в стену, – я сделаю это. Но я не знаю обычаев…
– Они простые. – Я улыбнулась ему, когда он повернулся ко мне, и в его глазах загорелся огонек.
– Да?
Я откинулась на подушки и слегка улыбнулась. Когда я была маленькой, то присутствовала на свадьбе моего приятеля, крестьянина, выращивавшего ячмень. Это был веселый праздник, и в ту ночь я впервые заснула с полным желудком.
– Невеста надевает особый ханбок, – сказала я, вспоминая красивый красный ханбок будущей невесты. – Как и жених. Произносятся клятвы, обещания в любви и верности, и вскоре после этого они скрепляются глотком вина из тыквы горлянки и поклонами. После этого невесте вручают каштаны и финики.
Руи поднял брови:
– И она их ест?
– Нет. – Моя улыбка стала шире, когда я вспомнила еду, летящую по воздуху, и мои маленькие голодные ручки, тщетно тянущиеся вверх. – Она отдает их семьям – своей и жениха. Родственники бросают их ей обратно, а она пытается поймать их в подол юбки. Сколько поймает, столько и будет у нее детей.
– Церемония звучит довольно просто, – протянул Руи. – Если ты этого хочешь, Лина, так и будет.
– Мы можем пожениться под лунами Кёльчхона, – мечтательно произнесла я, кутаясь в одеяло. – Мы могли бы снова потанцевать в бальном зале, как во время твоего празднества. – При воспоминании о нашем танце коже стало горячо. Мы кружились по бальному залу под мелодию сладкой музыки, так тесно прижавшись друг к другу. – А потом, – пробормотала я, проводя пальцем по линии его подбородка, – мы консумируем наш брак.
Эта мысль наполнила меня пьянящим желанием. После того, что мы только что сделали, я хотела большего. Но этот момент должен был стать особенным. Чтобы я смогла насладиться им, чтобы мои ногти не были покрыты засохшей кровью, чтобы в голове не кипели планы. Я осознавала, что наш брак, от которого кровь закипала в жилах, обеспечит именно это.
Руи улыбнулся, но улыбка исчезла, когда он убрал прядь волос с моего лица.
– Думаю, – осторожно начал он, – нам не стоит проводить свадьбу в моем царстве.
– Почему нет?
– Как я сказал… найдутся те, кто не захочет, чтобы твое Пророчество исполнилось. Я рассказал своему народу о намерении объединить нас. Некоторые разозлились. Другие напуганы. – Руи откашлялся и отвел взгляд на стену. – Будет лучше, если ты пока не будешь появляться в Кёльчхоне.
В моем сердце зародилась легкая обида, хотя его доводы звучали вполне правдоподобно.
– О…
– Мне жаль, Лина.
– Нет. Нет. Все в порядке. – На мгновение я совсем забыла об… обстоятельствах. – Мы найдем другое место. – Повернувшись на бок, я провела рукой по его шелковистым волосам. – Ты сказал, что сообщил своему народу о Пророчестве. Что сказал двор?
Раздраженный Голос вырвался на передний план моего сознания, взял в свои руки бразды правления над ним, и снова мои действия и слова перестали полностью принадлежать мне. Он отодвинул мои собственные мысли в сторону. Запер их. И мое тело опять стало всего лишь марионеткой. Я чувствовала, как ускользаю, ускользаю прочь.
– Они… пытаются смириться. – Руи сжал челюсти, вглядываясь в мое лицо, и что-то в выражении его лица изменилось. – Но они понимают, насколько важен этот союз. Они тебя не тронут. Как думаешь, имуги примут наш союз? Они древние и затаили еще более древние обиды.
– Сонаги поклоняется мне, – самодовольно ответила я. – Она сделала так, как я ей велела. Ты же видел, как она съела Асину?
– Съела Асину. – Руи моргнул. – Я… да. Да. Это было… зрелищно.
– Позже, чтобы доставить мне удовольствие, она положила оставшийся палец Асины на подушку Калмина. Она мать имуги и выполняет все мои прихоти. Я ее дочь. Остальные тоже поклоняются мне. Я же Предреченная, Руи, как они могут сопротивляться мне? Я встречусь с ними сегодня, – добавила я. – Мы с Сонаги присоединимся к остальным, когда наступит ночь.
Он резко сел, его глаза широко распахнулись.
– Ночью?
– Да. – Выскальзывая из кровати, я натянула бандо и тунику и завязала волосы в крошечный пучок. – Думаю, мы отправимся для этого в Чосын, хотя я не знаю как.
– Позволь мне составить тебе компанию. Вам. – Руи тоже начал одеваться. – Чтобы представиться как твой жених, объявить о нашем союзе и отсутствии необходимости в войне. Сегодняшняя встреча может стать началом мира между нами.
– Она не ожидает тебя увидеть. Я не представляю, как она отреагирует или как отреагируешь ты.
«
– Ты так сильно не веришь тому, с кем связана? – усмехнулся Руи. – Мы с Сонаги старые друзья. Уверен, она будет рада меня увидеть. Когда она придет за тобой?
Палящее солнце начало опускаться за горизонт, оставляя в моей спальне лишь тусклый свет. Через час должна была наступить ночь, и я не сомневалась, что Сонаги заберет меня, как только Сунпо погрузится в чернильную тьму.
– Скоро.
– Тогда подождем ее вместе и поприветствуем новую эру с распростертыми объятиями.
Глава 26
Вопреки своим словам Руи решил поприветствовать новую эру неудачной шуткой.
Когда мы вышли на крышу моего дома, перед нами возникла Сонаги. Ее глаза удивленно и подозрительно прищурились, а Руи отвесил поклон, в котором не было ничего, кроме откровенного сарказма. Его лицо настороженно сморщилось, в глазах сверкала плохо скрываемая враждебность, от которой я напряглась и стиснула зубы. Судя по сильной неприязни, сквозящей в его словах, ему было не так легко избавиться от враждебности, как он уверял. Пока он говорил, я раздраженно закрыла глаза – в его голосе было столько фальшивой сладости, что это резало слух.
– Сонаги. С годами ты стала только краше.
Я открыла глаза и покосилась на Руи, который выглядел так, словно больше всего на свете хотел бы отделить голову Сонаги от ее тела и искупаться в ее крови. Похоже, союз – единственное, что удерживало его от попыток сделать это, и за это я была ему благодарна. Я не дура. Очевидно, союз будет непростым, с предрассудками с обеих сторон, но он принесет нам огромную пользу.
– Сонаги, – спокойно сказала я, – моя душа связана с душой Ханыль Руи.
Она качнулась:
– Я не знаю, что это. Объяс-с-сни.
– Мы истинные возлюбленные. Нас связала красная нить судьбы. Таким образом, у нас сложилось взаимопонимание, и, я полагаю, ты будешь им довольна. – Как можно яснее и членораздельнее я объяснила условия сделки матери имуги. – Итак, войны удастся избежать, и мы сможем исполнить Пророчество. Руи пришел сюда в знак доброй воли.