Софи Ким – Ставка на месть (страница 49)

– Я пришел, – повторил Руи на этот раз мягче, – чтобы сказать тебе, Син Лина, что наши души связаны.

Глава 25

– Наши души связаны? – с опаской повторила я. – Что? Как наши души связаны?

«Он говорит загадками».

Мы сидели на моей кровати. Вечернее солнце, темное и пыльно-оранжевое, освещало загорелую кожу Руи, превращая ее в темно-золотую. Он держал меня за руки. Голос нерешительно терпел его прикосновения, расхаживая в раздумьях. Верность токкэби была бы действительно очень полезна. Но что он имел в виду, когда сказал, что наши души связаны?

– Я долго думал, что это всего лишь легенда, – мягко произнес Руи. Он погладил мои пальцы. У него была холодная гладкая кожа. Моя же – горячая. (Голос размышлял, бормотал и продолжал блуждать по уровням моего сознания.) – Ты знаешь, что такое красная нить судьбы?

Я покачала головой.

– Проще говоря, это… физическое воплощение судьбы. Некоторые считают, ее сплела сама Камынчжан, богиня удачи и судьбы. По крайней мере, так объяснил Кан. Она объединяет двух людей, которым суждено быть вместе, как возлюбленным, навсегда. А когда эти двое людей соединяются нитью, их души…

– Становятся связанными.

Руи кивнул:

– Иногда красная нить соединяет две души, связывая два конца с их мизинцами. В других случаях нить соединяет их сердца. Когда мы целовались в коридоре рядом с комнатой, где спала Ынби… я почувствовал эту нить. И я знаю, что ты тоже.

– Словно иголка с ниткой прошли через мое сердце. Словно меня соединили с чем-то.

– С кем-то, – мягко поправил он. – Со мной.

– Значит, нам суждено быть вместе? Навсегда? – с толикой недоверия уточнила я.

– Да, – ответил Руи. – Чтобы полюбить. Навечно. – Он посмотрел на мои руки, и по его лицу, словно тень, скользнуло непроницаемое выражение.

– Ты знал. – Голос вложил эти слова в мой рот. – Почему ничего не сказал?

– Я думал, это всего лишь легенда. Да, токкэби говорят об этом, но очень редко. И зачастую, чтобы высмеять последствия. Быть с кем-то навсегда? Токкэби живут долго, и мысль о вечной моногамии для большинства из них… не самая приятная.

– Но не для тебя, – медленно сказала я. – Ты так никогда не думал.

– Да. Не для меня. – Он горько улыбнулся, и я задумалась, вспомнил ли он Ачару, которая отвергла его предложение выйти за него замуж. – Пары со связанными душами имеют неопровержимо сильную связь, маленькая воровка. Мы можем чувствовать эмоции друг друга, особенно сильные. Прямо сейчас я чувствую твое потрясение. Замешательство. Такие души всегда могут найти друг друга. Так ты поняла, когда меня ждать. Если ты сосредоточишься на нити между нами, ты сможешь определить мое местонахождение. – Руи внезапно сморщился, словно понял, что допустил ошибку.

– Что такое?

– Ничего. – Он печально улыбнулся. – Я так внезапно рассказал тебе столько всего. Ты, должно быть, в растерянности.

– Совершенно нет.

«Это открытие может стать очень полезным».

– Продолжай.

– Связанные души могут приходить в сны друг друга. Они… принадлежат друг другу. Когда наша связь окрепнет, если ты сосредоточишься, то сможешь увидеть эту нить.

– Под связью ты имеешь в виду любовь. – Я изучающе посмотрела на него. – Руи, ты любишь меня?

– Кажется, что начал, – прошептал он. – И многие браки были основаны на гораздо меньшем.

Брак.

Мир перестал вращаться.

«Что он только что сказал?»

Только когда Руи встретился со мной взглядом, я поняла, что Голос, говорящий моими губами, был резким от удивления, требовательным.

– Брак, – проговорила я. – Ты хочешь жениться на мне?

– Да. Да, – повторил Руи. – Я. – Император побелел. – Полагаю, это не самое лучшее предложение? – Его голос дрогнул, когда он судорожно вздохнул.

Он был совсем не похож на себя – такой взъерошенный, выбитый из колеи.

– Нет, – произнесли мои губы, холодно улыбаясь, – совершенно нет. Почему ты просишь моей руки? Потому что наши души связаны? Ради союза?

Руи откашлялся.

– Союз, – согласился он. – Это правильно. Союз между императрицей имуги и императором Токкэби был бы гораздо выгоднее, чем очередная война. – В его тоне появился намек на обычную иронию. – И этот союз успокоит тех в моем королевстве, кому не по душе идея правления имуги над Исыном, а также успокоит имуги, которые крепко держатся за старые обиды.

«Из всех неожиданных вещей… – Голос улыбнулся. – Что ж, что ж… Это может сыграть нам на руку».

– Лина, наши души связаны. Наши судьбы сплетены. Вполне вероятно, что в будущем мы поженились бы, несмотря на Пророчество и имуги. Конечно, не может быть ничего плохого в том, чтобы сделать это сейчас, на рубеже веков, и создать партнерство. Но Лина… – Руи глубоко вдохнул, и я почувствовала, как его острое беспокойство пронизывает нить, соединяющую нас, проникая мне под кожу. – Твое сердце уже взывает к моему, чаруя так же сладко, как Манпасикчок. Когда ты в моих объятиях, я снова становлюсь целым. Как я сказал, – он слегка улыбнулся, – браки были основаны на гораздо меньшем.

Мои руки дрожали в его руках, когда я посмотрела на него сверху вниз, не в силах вымолвить ни слова. Голос задумчиво крутил большими пальцами и прищелкивал языком в раздумьях.

«Союз. Союз может дать нам серьезное преимущество. Токкэби не будут стоять на пути наших завоеваний, оставаясь в своем карманном царстве…»

– Брак для укрепления союза, – наконец произнесла я. – Брак по расчету.

– Он может стать чем-то бо́льшим, – выдохнул Руи. – Гораздо бо́льшим. Как думаешь? Ты сможешь однажды полюбить меня, Лина? – Его глаза расширились от почти детского страха, и сквозь нашу красную нить я почувствовала сильную вспышку надежды. Интересно, почувствовал ли он растущее удовольствие Голоса?

– Думаю, да, – подтолкнул меня Голос. И хотя эти слова были правдивы, они принадлежали не мне. – Если нам суждено быть навеки связанными любовью, как я могу не полюбить?

Руи закрыл глаза. Я почувствовала вспышку его запутанных эмоций, но они исчезли прежде, чем я успела разобраться в них. Моя рука потянулась, чтобы приблизить его лицо, но когда его губы почти коснулись моих, Голос остановился. Его пальцы слегка ослабили поводья.

«Ты, – неохотно произнес он. – Сделай это сама. Мне такое не нравится».

Я почувствовала, как он отступил. Но он все еще был в моей голове. Наблюдал. Его присутствие было тяжелым и холодным, и его руки удержали мои слова, не дав мне сказать Руи, что я не контролирую ситуацию…

«Ты ничего ему не скажешь».

И я послушалась.

Вместо этого я прижалась к нему губами. Я запустила пальцы в его волосы. На вкус он был как крепкое вино и сладкие засахаренные сливы. Руи издал у моих губ какой-то звук, наполовину стон, наполовину протест, и слегка отстранился. Я притянула его к себе, уложила на себя сверху.

Я пыталась расправиться с завязками его ханбока, стягивая темный шелк с его точеного тела. Затаив дыхание, я обхватила ногами пояс его паджи, наслаждаясь его реакцией. Когда его губы нашли то маленькое, вызывающее щекотку местечко на моей шее, я простонала его имя.

Руи замер и посмотрел на меня. Его глаза расширились от удивления.

– Ты, – выдохнул он, и его улыбка была душераздирающе прекрасна. – Моя Лина, – пробормотал он, и его руки нашли подол моей туники.

Я кивнула, и он стянул с меня ткань. Она упала на пол к его шелковым одеждам. Теперь осталась только мягкая белая ткань моего поддерживающего бандо.

– Могу я? – прошептал Руи, его голос стал хриплым от желания.

Я чувствовала его, его страстное желание, абсолютную его силу. Чувство летело по красной нити, как пуля, проникая в мое сердце, где отражались те же желания.

– Да, – выдохнула я.

Его пальцы нежно стянули бандо. Глаза Руи потемнели и расширились, когда ткань упала с кончиков его пальцев на пол.

Моя грудь беспорядочно вздымалась и опускалась, мои щеки пылали от пьянящего желания и… растущего чувства неловкости под взглядом Руи. Я попыталась прикрыться, но он покачал головой, наклоняясь, чтобы поцеловать мою грудь. Он взял мой сосок в рот и начал посасывать.

Чистое наслаждение преодолело мою застенчивость, и моя голова упала на подушки. Губы Руи были восхитительно, почти лихорадочно горячими, когда он облизывал, покусывал и дразнил меня. Я закрыла глаза и провела рукой по волосам Руи, в то время как его рука скользнула к поясу моих брюк.

Прежде чем он успел спросить, я кивнула:

– Да. Да, ты можешь.

Руи улыбнулся. Его пальцы проникли под пояс моих паджи и скользнули по тонкой ткани нижнего белья. Я задохнулась от удовольствия, когда он начал выводить ленивые круги по хлопку ткани, а его губы поспешно заглушили мой стон, когда снова встретились с моими.

Каждое движение его руки рассыпа́ло жаркие искры по моему позвоночнику. Каждое прикосновение его языка к моему было наслаждением. Он играл на мне, как на флейте, заставляя мои губы издавать звуки, на которые я, как мне казалось, была не способна. Вскоре я заметила, что моя спина выгнулась дугой, дыхание стало еще более прерывистым, ноги задрожали, и…

Волна удовольствия захлестнула меня – такая же мощная, как бурные воды моря Ёнвангук. Я смутно осознавала, как притянула Руи ближе, тяжело дыша, хватаясь за его спину напряженными пальцами. Когда волна наконец отступила, мое тело стало вялым и податливым.