Софи Ким – Ставка на месть (страница 48)
Сегодня вечером я встречусь с другими имуги.
Я в предвкушении ждала, когда взойдет луна, не могла ничего делать, кроме как расхаживать по дому, тревожно покусывая нижнюю губу. Голос был вне себя от радости.
Я вздрогнула, когда где-то глубоко в моей груди натянулась ниточка, как будто соединенная с кем-то другим. Моя рука потянулась к тому месту, где билось сердце, и я встряхнула головой, чтобы прочистить ее. Похоже на жжение, но не совсем. В последний раз, когда я чувствовала это, появился он…
Словно по сигналу раздался стук в мою дверь.
Голос нахмурился, когда раздалось еще несколько резких и ритмичных ударов в дверь. Мои ноги понесли меня к двери, рот изогнулся в недовольной усмешке. Голос заставил мою руку рывком открыть дверь.
Руи.
Он стоял передо мной, одна рука все еще была сжата и поднята.
– Лина, – поздоровался он, прислоняясь к дверному косяку и выгибая бровь. – Здравствуй, маленькая воровка.
Я открыла от удивления рот. Даже Голос замолчал, но быстро пришел в себя и заговорил моими губами.
– Ханыль Руи. Что ты здесь делаешь?
– Говоришь так… – протянул Руи, протискиваясь мимо меня в дом и оглядываясь по сторонам, – словно не рада меня видеть. Это меня ранит.
Я захлопнула дверь, с опаской глядя на него, а он улыбался мне, как бы говоря: «Не смотри так сердито. Сочти за честь встретиться со мной».
– Неужели ты не можешь хотя бы немного обрадоваться мне? – Он широко раскинул руки, на губах играла самодовольная ухмылка. Но что-то было… не так, хотя он, как обычно, олицетворял собой совершенство.
Я настороженно обняла его. Шелковистые волосы, роскошный темно-синий ханбок, расшитый серебряными цветами, сверкающие украшения в ушах и на пальцах. Но если присмотреться повнимательнее…
Создалось впечатление, что он не спал, хотя и приложил немало усилий, чтобы создать впечатление, что бодр. В его взгляде, даже когда он подмигивал, сквозила тоска. Тоска и печаль. Я поняла, что он расстроен. Возможно, наша последняя встреча повлияла на него сильнее, чем я ожидала.
Страдание… повисло в воздухе, прежде чем вонзиться в мое собственное тело, словно стрелы, пронзающие кожу. Оно принадлежала ему? Руи? Должно быть, так и есть. Я уже не в первый раз ощутила эти внешние эмоции, которые исходили не от меня, и что-то подсказывало, что и не в последний. Внезапно эмоции исчезли, как будто это был всего лишь один резкий всплеск, который дошел до меня.
В воздухе витал едва уловимый запах вина. Значит, он выпил. Но эффект, похоже, уже почти прошел, и в его глазах появился проницательный блеск.
И мне он не понравился. Совершенно.
Мне показалось, что Голос… занервничал?
– Я не ожидала твоего визита. – Голос медленно выталкивал слова через мой рот. – Не после…
– Нашего спора? – Руи пожал плечами, но не посмотрел мне в глаза. – Все ругаются. Просто мы больше, чем обычно. Но теперь все позади, Лина. Ты знаешь, я знаю, что ты знаешь, и теперь ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь, что я знаю.
– Я
– Ну, про имуги. – Руи беззаботно махнул рукой, а у меня сердце замерло в груди. – Я был оскорблен, что ты не позвала меня через кольцо, которое я подарил… особенно после того, как я ушел, не поцеловав тебя на прощание. Итак, я снова взял на себя смелость отправиться в Сунпо. Но не переживай, в этот раз я никого не похитил. Но ты была занята – бегала по улицам, как цыпленок с отрубленной головой и четырьмя Чернокровыми на хвосте. А потом, к моему ужасу, ты, Лина, прыгнула в канализацию. А дальше все стало гораздо интереснее.
Чешуйчатые клинки проявились на запястьях. Следом чешуей покрылись руки, шея и лицо, заключая меня в броню.
Голос зарычал, мои мышцы напряглись.
Но я не могла пошевелиться. Голова закружилась от боли. Однако Руи, казалось, не замечал изменения, поскольку глазел на потолок.
– Несмотря ни на что, джаги, ты не солгала насчет Асины. Ее глаза действительно напоминали рыбу, обитающую в Черном море. Не могу сказать, что мне было жаль видеть, как ее убивают.
– Ты слышал Пророчество? – подозрительно прошептала я, ведомая Голосом.
– Ничего не мог с собой поделать. Мне нравятся стихи. – Он все еще не смотрел на меня.
Медленно, почти как в тумане, я вспомнила, как прокралась в его спальню во дворце в Кёльчхоне, нашла его книги стихов, и меня наполнила странная ностальгия, хотя я не понимала почему.
– Да, – тихо сказала я, – тебе они нравятся. – Что-то в моем тоне, должно быть, задело его за живое, потому что он наконец посмотрел на меня, по-настоящему посмотрел и резко втянул воздух при виде моих доспехов.
– Лина.
– Я… Привет. – Я не знала, что еще сказать, Голос замер, не в силах подобрать слова, как это было до сих пор. Чешуя начала исчезать.
Выражение его лица смягчилось.
– Здравствуй. – Вспышка облегчения пронзила меня, словно стрела, пущенная из сердца Руи в мое.
– Это ты? – прошептала я, и эти слова принадлежали мне. Я знала, что должна воспользоваться тем, что Голос на мгновение потерял контроль. Ведь это… так или иначе, важнее змей, пророчеств и всего остального. Я знала это. – Я ощутила… Здесь. – Я прижала руку к груди.
Его кадык дернулся.
– Да, – прошептал он.
– Интересно. – Моя спина выпрямилась, подбородок вздернулся. И снова змеиная кожа ярко выступила на моей собственной.
– Я почувствовала тебя? – спросила я. – Твои эмоции? Как? Почему?
Руи сделал глубокий вдох и подошел ко мне. Мое тело напряглось, когда он провел ладонями по моим рукам, переплел свои пальцы с моими. Когда он наклонился, чтобы прижаться своим лбом к моему.
Голос задумался и нахмурился.
– Что ты делаешь? – Я отстранилась от него. – Ты пришел, чтобы остановить меня? Предупреждаю: у тебя не выйдет. Пророчество должно быть исполнено. Имуги признали меня своей императрицей, своей Ёыйджу.
На долю секунды синий огонь токкэби вспыхнул в глазах Руи, и я ощутила волну внешних эмоций, которые трудно распознать. Разочарование? Вина? Сожаление? Чем бы это ни было, оно быстро исчезло.
– Не думаю, что могу остановить тебя, маленькая воровка. Пророчества ведь всегда исполняются? – Руи внимательно изучал мое лицо, с непроницаемым выражением пробегая взглядом по чешуе. – Было бы глупо с моей стороны пытаться остановить тебя. Даже без Пророчества я знаю, насколько ты упряма. Так что нет. Я пришел не для того, чтобы остановить тебя или молить о пощаде.
– Тогда зачем?
– Я здесь, Лина, чтобы предложить свою верность.
Между нами повисла секундная тишина, такая густая, что мне стало тяжело дышать. От шока у меня закружилась голова. Голос заговорил первым, потирая подбородок и наклоняя голову.
«
Руи внимательно наблюдал за мной, и на мгновение я задумалась, слышит ли он Голос. Мог ли он почувствовать мои эмоции, мои сомнения?
– Вот как я это вижу, – после недолгого молчания продолжил он. – После исчезновения мятежников мой народ доволен жизнью в Кёльчхоне. Нам больше не нужно заниматься тяжелым трудом, не требуется выполнять изнурительную работу по управлению глупыми людьми. Исын не стоит еще одной семисотлетней войны. Тебе всегда в нем рады. Я пришел к пониманию, что карманное царство, вдали от оков смертных ценностей и ответственности, гораздо лучше подходит для таких, как я. Для меня. Создание Кёльчхона было поистине скрытым благословением. – Правда, – сказал он, заметив, что я нахмурилась. – Я не вру. Только не тебе. Прошло так много времени с тех пор, как мы сражались с имуги за это королевство, так много времени, что, оглядываясь назад, я не понимаю, из-за чего мы сражались. Здесь для меня, в отличие от тебя, ничего нет. Я всегда хотел видеть тебя такой. – Он сделал шаг ко мне, и я напряглась, когда он коснулся моей руки. Он мягко сжал ее и заглянул мне в глаза. – Ты была рождена, чтобы стать императрицей. Ты была рождена, чтобы править. Ты была рождена, чтобы потрясать звезды, восседать на троне мести и власти. Ты была рождена для этого. Поэтому я пришел к тебе сегодня, Лина, чтобы предложить верность. Поддержку. Доверие и восхищение. Я пришел… – Руи сглотнул, и мне показалось, что он напуган. Я поняла: все, что он скажет дальше, навсегда изменит ход нашей истории.
Сердце быстро забилось в груди, ладони вспотели.
Голос пристально смотрел через мои глаза, затаив дыхание.