Софи Баунт – Душа без признаков жизни (страница 3)

Другие сооружения на планете сторонятся позолоченных зубцов башни. Вокруг лишь растительность и невероятно глубокое озеро. Шпиль красив и высокомерен, каким и полагается быть королю правосудия.

Посчитав, что ждать бесполезно, Августин поправил мантию и отправился в сторону душистых садов. Тропа под ногами извивалась каменной змеей, разветвлялась и десятками концов впадала в кристальное озеро. Над головой шуршали изумрудные листья. Мимо мелькали редкие прохожие.

Кроме деревьев, кустов и статуй знаменитых дэв — смотреть здесь не на что. Августин по обычаю представил, как в будущем воздвигнут и его изваяние. Алмазное, золотое... Или сапфировое? Глупые мечты.

В сотый раз он пересчитал лица прошлых судей Трибунала и, убедившись, что ничего не поменялось, принялся высматривать знакомых.

Меж плотных кущ — разглядеть сложно, у озера — никого.

Августин уже было хотел вернуться в башню, как вдруг заметил серебряные волосы Мирилайлы. Девушка пыталась оживить несколько фиолетовых увядших роз, чьи стебли облепили многовековые стволы.

— Сейчас угадаю, ты струсила и решила снова перерождаться с ним?

Августин обхватил тонкое запястье и поцеловал тыльную сторону ладони. Нежно. Как целуют новорожденного. Затем сцепил свои пальцы с женскими и выставил руки над цветами.

Засохшие лепестки задрожали. Потянулись к трем солнцам, освещающим лазурные небеса.

Мирилайла поколебалась и отступила.

Сорвав оживший бутон, Августин протянул его девушке.

— Зачем возвращать жизнь тому, что ты собираешься уничтожить? — вздохнула она, сдавливая лепестки в кулаке.

— А зачем уничтожать то, что приносит тебе счастье? — Августин взял ее под локоть. — Прогуляемся?

Будущая супруга кивнула и, вдохнув запах фиолетовой розы, зашагала рядом.

— Эти отношения не приносят мне счастья. Ты заблуждаешься.

— А ему?

Мирилайла поджала губы, после чего тихо произнесла:

— Неважно.

— Тогда почему коришь себя?

Вздрогнув, девушка покрепче сжала мужской локоть и заговорила с шелковыми лентами на своей груди:

— Ты лезешь туда, где не смыслишь. Откуда тебе знать, каково мне? На тебе нет проклятий.

Августин открыл рот, но вместо слов — вырвался крик.

Ногу свело в судорогах.

Шаркая по тропинке, он пнул корягу, которая вдруг зашипела и выгнулась дугой, обнажив иглы на спине. Сквозь тонкую кожу белых сапог иголки вонзились в ступню.

— А-а-а, дно гуватское! Что за демон?!

Коряга фыркнула и улизнула под куст.

— Кажется, это был плюющий ёж, — звонко рассмеялась девушка и потянула Августина к воде. — Он ядовит. Сядь. Надо промыть.

— Никогда не пойму, зачем в Обители опасных животных оставляют!

— Безобидное существо. Это ты его ударил. Живодёр.

Августин плюхнулся на прогретый берег озера и стал выдергивать иглы из пальцев. С каждым движением — боль усиливалась. Мирилайла села перед ним на колени, стянула продырявленный сапог.

Зрелище — не из приятных. Кожа покраснела и покрылась жгучими волдырями. Девушка скрестила пальцы. Из озера вылетело несколько водяных струек, которые сразу окольцевали ступню Августина. Резь сменилась чувством прохлады.

— И когда мне ждать суженую? — зевнул Августин, наблюдая, как затягиваются язвы.

На вид не скажешь, что эта девушка может заботиться о других. Ледяная и жесткая, как сталь на морозе.

— Планирую перерождение через двенадцать лет.

— Ух ты, значит, у меня будет молодая жена? — защебетал Августин самым обольстительным тоном. — Отлично, погуляю до тридцати на славу, пока моя девочка будет в куклы играть.

— Очень смешно, — протянула Мирилайла и внимательно посмотрела в глаза. — Ты уже договорился с Касти? Он сведет нас?

Августин невольно залюбовался аккуратным носиком и мягкими блестящими кудрями.

— Несомненно. Знаешь, двенадцать лет это довольно долго по человеческим меркам. Может, останусь сегодня, и проведем тестовою ночь? М? Только ты, я и...

— Еще пара распутных девиц, что за тобой увиваются?

— Вообще, я хотел сказать — бокал любовного вина, но твоя идея мне нравится больше. Только кивни, и я похищу тебя. Прямо сейчас! Ознакомлю… с меню моих умений.

— Заманчиво, — девушка наигранно улыбнулась. — О твоих талантах я наслышана. Ты ведь знаменитый Августин Мрит Талуд. Первый человек, который умудрился сразу стать херувимом, не имея статуса асура.

— Тебя это манит? Так, может, примешь предложение? Учитывая, что половину разговора я представляю тебя без одежды, а ты в восторге… от моих талантов.

Девушка шлепнула его по ноге, отчего Августин взвыл, как подстреленный волк.

— Отправляйся на Землю, уважаемый судья. Последнее перерождение самое запоминающееся. Почти единственное, что ты будешь помнить, став херувимом.

— Не волнуйся, я планирую развлечься от души. И даже о тебе успею позаботиться.

— Как скажешь, но главное: он должен быть близко, однако не должен быть рядом со мной, помнишь?

— Мы обо всём договорились! Вообще сочувствую, что ты не можешь переродиться на своей планете. К черту магию, почему бы тебе не переродиться без нее?

— Я не могу перерождаться сама. И уж тем более на своей планете. Я привязана к этому человеку, но не хочу быть с ним! Ты моя надежда хоть одно перерождение за последние семьсот лет провести одной.

— Чем он так мешает? Он ведь... правда любит тебя.

Августин заглянул в золотистые глаза. А в них — злость. Для Мирилайлы само существование подобного мужчины в ее судьбе было унизительным. Все его проявления чувств она считала ребячеством. Благородные поступки и слова – ложью.

Чем угодно, только не любовью.

— Он подавляет мою энергетику. Я не могу переродиться асуром, понимаешь? И всё из-за него! Прошу тебя, на Земле ты должен быть рядом со мной!

— Обещаю, — Августин обхватил ее теплые ладони. — Не волнуйся. Мы будем вместе. Учитывая, какая мощная энергетика у нас обоих, мы обязательно понравимся друг другу.

Рот девушки скривился в печали, она зажмурилась.

— Неизвестно как он среагирует…

— Известно, — перебил Августин. — Будет в ярости. Когда бывало иначе?

Закончив промывать раны, Мирилайла села рядом и пустым взглядом уперлась в рваные облака. Положила голову Августину на плечо.

Пора было уходить. Но не хотелось. Аура девушки одаривала сочной белой энергией, прогоняла мрачные размышления.

Обняв изящную талию, Августин прошептал:

— И всё же, ну... разок? Тебе понравится.

Девушка засмеялась и взмахнула серебристыми волосами.

— До встречи, моя будущая любовь, — усмехнулась она, послала воздушный поцелуй и оставила Августина сидеть одного.

Впрочем, ненадолго. Через несколько минут вернулся Кастивиль.

— Не передумал?

— Лишь сильнее захотел. На Земле меня определенно ждут очень интересные дела, — пропел Августин, неосознанно поглаживая место, где сидела подруга.