Смирнова Валерия – Перекрёсток детства (страница 9)
Диана хотела было сказать, что она и так девочка, но не успела – Маша исчезла, а на её месте вдруг оказалась Елена Никитична.
– Диана, почему твои вещи разбросаны? Где твой шкафчик?
Девочка обернулась и увидела, что её сумка стоит посредине вестибюля, а перчатки и шапка валяются на полу. Она бросилась их собирать и начала оглядываться в поисках шкафчиках с бабочкой на ромашке, но его не было. На шкафчиках были нарисованы самолётики, стрекозы, зайчики, но бабочки не было. Мама, стоящая рядом вдруг сказала:
– Диана, просыпайся!
И девочка проснулась. Тихий час уже кончился и все одевались.
Глава 6. Режим
Постепенно, Диана осваивалась в санатории. Это оказалось делом не простым – необходимо было запомнить множество правил, установленных в учреждении с одной стороны, а также не нарушить неписанных законов, принятых в этом коллективе.
Что касается режима – он был, по крайней мере, понятным.
7.30 – Подъём
8.30-8.45 – Завтрак
9.00 – Приём лекарств
9.15-11.00 – Приём у главного врача, процедуры.
11.00 – Полдник
11.10. – 12.30. – Прогулка
12.45. – 13.15. – Обед
13.30 – 15.30. – Тихий час
15.45. – 16.00 – Полдник
16.00 – 18.00 – Учебные занятия
18.00 – 18.45 – Прогулка
19.00 – Ужин
19.20 – Приём лекарств
19.30 – Свободное время
20.30 – Второй ужин. Подготовка ко сну.
21.30 – Отбой
Казалось бы – расписано всё, надо только запомнить и действовать по правилам. Но нюансы находились практически в каждом из этих пунктов, начиная с подъёма. Официально дети должны были вставать в 7.30. Но некоторых будили ещё в начале восьмого – тех, кому назначены анализы.
В своё первое утро Диана оказалась среди разбуженных. Медсестра потрясла её за плечо и сказала:
– Иди в умывальник, возьми баночку с твоим назначением и ты знаешь что делать.
Диана не знала. Не выспавшаяся, она растерянно брела по коридору к умывальнику. Хорошо, что в там находилась санитарка и подсказала, хоть и ворча, все необходимые действия.
– Вот взрослая же, чего тут не понятного… Как будто из глухой тайги, ей богу.
Одно из первых наблюдений в санатории – практически весь медицинский персонал часто ворчит на детей, не делая поблажек даже новеньким.
После процедуры девочка вернулась в темноту палаты, и хотела было снова уснуть, как пришла медсестра. На этот раз она включила свет и начала совать сонным детям подмышку градусник.
– Просыпаемся, просыпаемся, Гаранина, не придуривайся, держи градусник…
Позже, девочка обратит внимание, что медсёстры действую разными способами в этом ритуале. Кто-то прямо в темноте аккуратно ставит градусник и уходит, таким образом давая поспать ещё несколько минуток. Кто-то зажигает ночную тусклую лампочку над входом, чтобы пробуждение было не резким, постепенным. А кто-то, не церемонясь, сразу включает верхний свет и начинает громко и настойчиво тормошить, требуя немедленной реакции.
Именно в санатории, в свою первую неделю, Диана поняла, что она «сова» – любит утром поспать. Но существовали дети-«жаворонки». О, этот подлый вид ребят, от них ожидай любой подставы. Они могли проснуться утром раньше всех, и от скуки, начинали шуметь, греметь, пытаться разбудить себе компанию.
Хорошо, что в их, первой, палате, таких не было. Все пять девочек старались доспать, пока не придут забирать градусники. Правда, некоторые из «жаворонков» могли забегать в гости.
– Ой, а вы что, ещё спите? Вот глупые!
В своё первое утро, одеваясь, Диана спросила у соседок – как часто будут поднимать на анализы.
– В следующий раз тебе их назначат через месяц, чтобы динамику оценить, – пояснила ей Катя, которую девочка, вслед за всеми скоро стала звать Ёлочкой.
– Мне мама на одежде вышила буквы – Ел и Ка, что означает Елина Катя, а ребята стали смеяться, так и пошло, – объясняла со смехом новая подружка.
Прозвище Ёлка за Катей не закрепилось – она была добродушной и улыбчивой. Ну, какая она Ёлка? Грубо же. Нет, она именно Ёлочка.
До завтрака следовало совершить несколько важных процедур – умыться, одеться и аккуратно заправить кровать. К последнему пункту предъявлялись большие требования. Нужно было перестелить простыню, чтобы на ней не было складочек и песка, встряхнуть одеяло и ровно положить его на кровати. Под него можно засунуть ночную рубашку, но не комом, а сложенную, чтобы не было бугорка. Затем необходимо постелить покрывало. И тоже не абы как. Оно не должно слишком сильно свисать по краям, поэтому в середине, вдоль всей кровати делали складочку. И надо следить, чтобы складочки у всех в палате смотрели в одну сторону.
Затем наводили порядок в тумбочках – надо было убедиться, что ничего не выглядит неопрятным. Тумбочки делили на двоих, поэтому замечание можно было получить не только за себя, но и за неопрятную соседку. С этой стороны Диане повезло. Её тумбочка наполовину принадлежала Ирине Остренковой, а эта взрослая девочка была очень аккуратной, что мотивировало и саму Диану хранить вещи в порядке, а не просто кидать щётку и мыло куда попало.
– Токарева, Турикс – на анализ крови, поторопитесь, – медсестра выдаёт направления. Надо идти в лечебный корпус. Диана помнила Виктория Александровна показывала – где берут анализы крови. Но всё же хорошо, что она не одна идёт – Олег Турикс добродушно согласился подождать Диану, по просьбе Ёлочки.
– А ты крови боишься? – спросил он по дороге.
– Неа, а ты?
– А я в обморок могу упасть! – почему-то гордо ответил мальчик.
Не упал, но очень сильно побледнел, когда красная линия побежала по стеклянной трубочке. Диана выдержала процедуру стойко. Больно, конечно, неприятно, но не так чтобы чувствовать себя плохо.
После анализа, девочка вернулась в корпус и обнаружила всех в холле.
– Больше в палаты нельзя заходить, – шепнула Ёлочка.
На работу в это время приходил воспитатель, медсёстры сменялись, предварительно встретившись с дневной сменой на коротком совещании, которое называлось «пятиминутка», где отчитывались о ночных происшествиях и указывали – на кого надо обратить внимание.
Воспитатели посылали дежурных накрывать на завтрак и все просто сидели в холле, болтали, пока не послышится топот ног дежурного, который явно бежал из столовой до их корпуса, и пока он, хриплым от бега крика, не оповестит: «Накрыто!».
После завтрака – все возвращались в холл. Дежурная медсестра выносила из процедурной деревянный ящик, разделённый на 3 отделения с надписями «Утро», «День», «Вечер» и ставила его на белый стол. Затем, в подносе расставляла прозрачные пластмассовые мензурки и наливала кипячёную воду из чайника. После этого ритуала, медсестра придвигала стул к столу и усаживалась за ним.
В каждом из отделений деревянного ящичка находились полиэтиленовые квадратные конвертики. Внутри них вставляли квадратик из клеенчатой ткани и небольшой листочек с именем и фамилией пациента и перечнем назначенных лекарств на утро, день или вечер.
Медсестра брала в руки конвертик и читала фамилию.
– Желтышева… Орбу… Кузнецов…
Вызванный, бежал к медсестре, подставлял ладошки, куда из конвертика ему высыпались лекарства и должен был сразу выпить их, запивая водой из мензурки.
А затем наступало время процедур – уколы, физиотерапия, массаж, ЛФК. Каждый знал, в какое время и куда ему нужно было идти, но воспитатель всё равно подгоняла забывчивых.
– Логинов, тебе на массаж уже надо, чего ты тормозишь?
– Ещё минуточку, я тут доиграю!
– Какое «доиграю», тебя врач ждёт!
Диана свои назначения получила после первого врачебного осмотра.
– Такой осмотр предстоит раз в месяц, – заметила Ёлочка. – Хотя, может и чаще, если вдруг что-то пойдёт не так…
– «Нет уж, лучше раз в месяц!», – подумала Диана.
Осмотра у Виктории Александровны ребята побаивались. Именно она решала – можно ли готовить пациента к выписке или нет.
Ни о какой выписке, Диана, конечно, не думала, отправляясь на свой первый приём к врачу. Она тут только второй день, какая выписка? И всё же в душе, девочка, конечно, надеялась – вдруг Виктория Александровна посмотрит анализы и скажет: