Скотт Коутон – В бассейн! (страница 11)
– У тебя есть теории насчёт всего, – сказала Сара.
Это было правдой. Эбби хотела стать учёным, и все эти теории когда-нибудь наверняка ей пригодятся для написания докторской диссертации.
– Помнишь, мы играли в Барби, когда были маленькими? – спросила Эбби.
Когда Сара и Эбби были маленькими, у них были розовые чемоданчики с кучей одежды и аксессуаров для их кукол Барби. Они по очереди ходили с этими чемоданчиками друг к дружке домой и часами играли, прерываясь лишь для того, чтобы выпить сока и похрустеть крекерами. Жизнь тогда была настолько простой.
– Ага, – только и сказала Сара.
Забавно, но Эбби практически не изменилась с тех пор. Она по-прежнему заплетала волосы в косички и носила очки в тонкой золотой оправе – разве что стала на несколько дюймов выше и стала носить на зубах брекеты. Тем не менее, смотря на Эбби, Сара видела, что у той есть хотя бы шансы стать красивой. У Эбби было безупречное лицо цвета кофе со сливками, а за стёклами очков скрывались красивые глаза орехового цвета. После школы она ходила на танцы, её тело было стройным и грациозным, хотя она и прятала его под ужасными пончо и прочей мешковатой одеждой. Сара была совершенно некрасивой, и это её мучило. Эбби же была красивой, но ей, похоже, было просто наплевать.
– Так вот, моя теория, – тут же оживившись, сказала Эбби; она обожала читать лекции. – Ты любила играть с Барби, а теперь, когда из них выросла, нуждаешься в какой-то замене. Эти пустоголовые модницы – твои суррогатные Барби. Вот почему ты хочешь с ними играть.
– Я не хочу с ними играть, – проговорила Сара, хотя и сама не знала, действительно ли это правда. – Я слишком взрослая, чтобы с кем-то играть. Я просто… восхищаюсь ими, вот и всё.
Эбби закатила глаза.
– Чем там восхищаться? Тем, что они умеют подбирать цвет теней под одежду? Прости, конечно, но я лучше пойду восхищаться Марией Кюри и Розой Паркс.
Сара улыбнулась. Эбби всегда была таким нердом, ботаном. Милым, конечно, но всё равно нердом.
– Ну, тебя никогда мода особо не интересовала. Помню, как ты обращалась со своими Барби.
Эбби в ответ ухмыльнулась.
– Ну, одну я побрила налысо. Другой покрасила волосы зелёным маркером, чтобы она напоминала сумасшедшую суперзлодейку. – Она пошевелили бровями. – Если эти юные принцессы позволят мне вот так с ними поиграть, может быть, мне и будет интересно.
Сара засмеялась.
– Если тут кто и суперзлодейка, то ты.
– Нет, – ответила Эбби, – я просто всезнайка. И поэтому со мной веселее, чем с этими чирлидершами.
Эбби помахала ей и убежала на урок.
На обеде Сара села за столик с Эбби. Сегодня пятница, день пиццы, так что на подносе Эбби вместе со стаканом фруктового коктейля и пакетом молока лежал прямоугольный кусок школьной пиццы. Пиццу в школе готовили не лучшую, но это всё равно была пицца, и это радовало само по себе. Но в ней слишком много углеводов. Сара вместо пиццы взяла зелёный салат с нежирной уксусной заправкой. Соус ранч ей нравился больше, чем уксус, но в ранче слишком много калорий.
Остальные ребята за столом были нердами, которые торопливо поглощали еду, чтобы успеть поиграть в настолки до звонка. Сара знала, что Красавицы называют этот столик «лузерским».
Сара проткнула лист салата тупой пластиковой вилкой.
– Что бы ты сделала, – спросила она у Эбби, – если бы у тебя был миллион долларов?
Эбби ухмыльнулась.
– О, это просто. Сначала я…
– Подожди, – сказала Сара, потому что знала, что именно ответит Эбби. – Нельзя говорить, что ты отдашь их на благотворительность, или раздашь бездомным, или ещё что-то такое. Эти деньги ты можешь потратить только на себя.
Эбби улыбнулась.
– И, поскольку эти деньги воображаемые, я даже не буду чувствовать себя виноватой.
– Верно, – сказала Сара, хрустя морковкой.
– Ладно. – Эбби откусила кусочек пиццы и стала задумчиво жевать. – Ну, в таком случае я потрачу деньги на путешествия. Сначала – Париж, с мамой, папой и братом. Мы остановимся в крутой гостинице, сходим к Эйфелевой башне, в Лувр, в лучшие рестораны, будем наедаться всякой выпечкой, пить кофе в дорогих кофейнях и наблюдать за людьми. А ты что будешь делать?
Сара отодвинула в сторону салат.
– Ну, я точно сделаю профессиональное отбеливание зубов, потом пойду в дорогой салон красоты, чтобы мне постригли и покрасили волосы. В блондинку, но чтобы всё выглядело реалистично. Я сделаю кожные процедуры и подберу лучший макияж вместо той дешёвки, что продаётся в супермаркетах. А ещё я сделаю пластику носа. Есть и другие косметические процедуры, которые мне очень хочется сделать, но их вряд ли делают детям.
– И не надо! – воскликнула Эбби. Она была явно шокирована, словно Сара сказала что-то очень плохое. – Неужели, ты готова пройти через всю эту боль и страдания просто для того, чтобы изменить
Сара прикрыла нос рукой.
– А что, не видно? Он огромный.
Эбби засмеялась.
– А вот и нет. Просто обычный нос. Довольно милый. И, если задуматься, хоть у кого-то вообще носы бывают красивые? Носы – они довольно странные. Мне на самом деле носы животных нравятся больше человеческих. У моего пса очень милый нос.
Сара украдкой глянула на столик Красавиц. У них у всех были идеальные маленькие носики, восхитительные маленькие кнопочки. Ни у кого не было носа картошкой.
Эбби посмотрела туда же, куда и Сара.
– О, опять пингвины? С пингвинами вот какая штука: они, может, и милые, но выглядят все одинаково. Ты человек и должна иметь свою индивидуальность.
– Ага, уродливую индивидуальность, – сказала Сара, отодвигая тарелку с салатом.
– Нет, индивидуальность милой девочки, которая слишком беспокоится из-за внешности.
Эбби протянула руку и коснулась предплечья Сары.
– Ты за последние пару лет сильно изменилась, Сара. Мы раньше болтали о книгах, кино и музыке. А теперь ты говоришь только о том, что тебе не нравится в твоей внешности, а ещё – об одежде, причёсках и макияже, на которые тебе не хватает денег. А вместо милых зверят, как раньше, у тебя в комнате висят фотографии тощих моделей. Картинки со зверятами мне нравились куда больше.
В горле Сары заклокотал гнев. Как Эбби смеет осуждать её? Друзья должны принимать тебя такой, какая ты есть. Она встала.
– Ты права, Эбби, – сказала она так громко, что к ней обернулись и другие сидящие за столом. – Я изменилась. Я выросла, а ты – нет. Я думаю о взрослых делах, а ты до сих пор покупаешь наклейки, смотришь мультики и рисуешь лошадок!
Сара настолько разозлилась, что ушла, оставив свою тарелку на столе, чтобы её убрал кто-нибудь другой.
После уроков у Сары появился план. Она больше не будет сидеть за столом лузеров, потому что перестанет быть лузером. Она станет такой популярной и красивой, как сможет.
Удивительно, как быстро всё получилось. Едва вернувшись домой, Сара полезла в ящик комода, где хранились деньги. У неё ещё остались двадцать долларов, подаренные на день рождения бабушкой, и ещё десятка из карманных денег. Этого вполне хватит.
Магазин косметики был всего в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Она сходит туда, вернётся и сделает всё, что нужно, ещё до шести часов, когда возвращается с работы мама.
Магазин был ярко освещён, на прилавках можно было найти буквально всё для наведения красоты: расчёски и щипцы для завивки, фены, лак для ногтей, косметика. Она прошла к ряду с надписью «Краски для волос». Чтобы стать блондинкой, необязательно иметь целый миллион долларов. Достаточно потратить десять баксов, и будешь выглядеть на миллион. Она выбрала коробочку под названием «чистая платина», на которой красовалась улыбающаяся модель с длинными, блестящими, золотисто-белыми волосами. Идеально.
У кассирши были явно крашеные ярко-рыжие волосы и накладные ресницы, из-за которых она походила на жирафа.
– Если ты хочешь, чтобы твои волосы выглядели как на картинке, их надо сначала отбелить, – сказала она.
– Отбелить… как? – спросила Сара. Мама иногда разводила отбеливатель в воде, чтобы мыть полы. Это же явно не то же самое?
– Купи перекись. Это второй ряд, – сказала кассирша.
Когда Сара вернулась с пластиковой бутылочкой, кассирша хмуро посмотрела на неё.
– Твоя мама знает, что ты собираешься красить волосы, дорогая?
– О, конечно, – ответила Сара, не смотря ей в глаза. – Она не возражает.
На самом деле она не знала, возражает мама или нет. Ничего, скоро узнает.
– Ну хорошо, – сказала кассирша, пробивая покупки Сары. – Может быть, она сможет тебе помочь. Убедится, что краска легла хорошо и ровно.
Дома Сара закрылась в ванной и прочитала инструкцию на коробочке с краской. На вид всё казалось просто. Она надела полиэтиленовые перчатки, которые были в комплекте, обернула плечи полотенцем и втёрла в волосы перекись. Она не знала, сколько нужно держать перекись, так что села на край ванны, поиграла немного на телефоне и посмотрела пару мастер-классов по макияжу на «Ютубе».
Сначала голова начала чесаться. Потом кожу стало жечь, словно кто-то кинул ей прямо в волосы несколько зажжённых спичек. Она быстро ввела в телефоне: «сколько держать перекись на волосах».