Сияна Гайс – Лови попаданку! 2 (страница 4)

Алирия задумчиво постучала пальцем по подбородку, глядя в потолок, а потом с просветленным лицом обернулась к нам:

– У нас есть час. Мы успеем поесть, потом доплывем до восточного берега, как раз к началу отлива.

– Поесть… – я с бесплодной надеждой заглянула в сумку. Иногда я брала с собой про запас сушеные плоды катти, на случай, если задержусь в библиотеке или архиве. Но в этот раз ничего съедобного там не было.

– К сожалению, перекусить нечем, – прокомментировала Эвитта мои поиски.

Алирия фыркнула:

– Неужели вы думаете, что русалка не раздобудет пищи в море! – и нырнула в воду.

Буквально через пять минут она показалась из глубины с охапкой раковин и водорослей.

– Устрицы, – сказала она, выходя на берег, в то время как ее чешуя стягивалась и трансформировалась в блестящее платье. – Очень полезное и сытное лакомство. Побеждает усталость и раздражительность. А это листья прапианы – приправы с остро-кислым вкусом.

Говоря все это, русалка разложила свой улов на плоском камне. Я без особого энтузиазма протянула руку за ракушкой, которую ловко вскрыла Алирия, нажав на основание створок. В другую руку она сунула мне небольшую веточку коралла с пятью острыми зубцами, удивительно гладкую и прямую.

– Это кораллы, выведенные специально нашими собратьями, живущими в Южном океане, – пояснила Алирия. – Когда живешь в море, где невозможны многие производственные процессы, приходится приспосабливаться и использовать силы природы. Вы бы видели, какие гигантские водоросли выращивают в Зариановой впадине! Из них делают паруса для подводных соревнований в Катиарском течении – самом бурном и быстром в океане.

Я заслушалась, держа ракушку в одной руке, подобие вилки в другой, в то время как русалка расправлялась со своими ракушками. Она ловко цепляла их коралловой веточкой и с удовольствием отправляла в рот, не переставая говорить. Эвитта ела аккуратно, не спеша, вдумчиво прожевывая.

– Ты ешь, ешь, – сказала она, заметив мою нерешительность.

Я с сомнением уставилась на мокрое скользкое молочно-белое тельце, не решаясь попробовать. Ни разу еще мне не доводилось есть устриц, и я предполагала, что мне они не понравятся. Я вообще с большим подозрением отношусь ко всякой еде, которая шевелится. Но голод брал свое. Так что я подцепила моллюска, с дрожью заметив, как он едва заметно сократился, и, стараясь не думать, положила в рот.

– Жуй скорее, – с коротким смешком сказала Алирия.

Я усиленно заработала челюстями. По консистенции устрица напоминала упругий пудинг, а по вкусу – морепродукты и совсем немножечко свежий огурец. В принципе, если не задумываться, есть можно. Одолев пяток моллюсков, заедая их листьями прапианы, я поблагодарила Алирию и отложила вилку. Они действительно оказались крайне сытными.

– Ну что, в путь? – я оглядела своих подруг.

Через пару минут мы уже погрузились в воду. Вокруг моей головы снова образовался пузырь. Эвитта обзавелась такой же конструкцией. И мы устремились по узкому лазу обратно в открытое море.

Я опасалась, что скоро кислород закончится, останется только углекислый газ. Но шло время, а дышать было так же легко. Скорее всего, Алирия позаботилась о том, чтобы в пузырь поступал кислород из воды, а двуокись углерода выделялась за его пределы.

 Вначале было довольно интересно плыть вот так, словно в аквариуме наоборот. Но вскоре однообразное каменистое дно с редкими вкраплениями стелющихся по низу бурых водорослей надоело. Рыбы было мало, и она пугливо уплывала прочь при нашем приближении.

Где-то через полчаса я внезапно почувствовала сильное течение, которое начало уносить нас от берега. Алирия показала знаками, что все нормально.

«Отлив!» – поняла я.

Пока мы плыли, я невольно вспоминала все пережитое тут, снова и снова возвращаясь к мыслям о Нэлме. О его теплых глазах и улыбке, при виде которой забываешь все на свете. Неудивительно, что он не мог бы долго оставаться свободен. Но Анжи?.. Почему именно она? Хотя мало ли какой политический расчет кроется за этим будущим союзом.

Сердце предательски ныло. Скорей бы вернуться обратно в свой мир и забыть Нэлма.

Глава 6.

Нэлм

Изображение холмов за призрачной завесой (все тускнело и) тускнело, ведь солнечная энергия все с большим трудом проникала сюда. Постепенно становилось темнее и холоднее. Ни с помощью физической силы, ни с помощью магии невозможно было пробиться отсюда.

Нэлм полагал, что снаружи тоже никто не попадет внутрь.

– Что ж, по крайней мере, – утешил он сам себя, – никто больше не пострадает.

Однако призрачная завеса не удовольствовалась тем, что извне магия не проникала более. Она начала вытягивать и его энергию. Нэлм как мог сопротивлялся, но казалось, что мощный насос выкачивает из него силы.

Попытки превратиться в дракона тоже не увенчались успехом. Ведь для превращения нужна внешняя магия. Благодаря опытам древних людей, в их генетическом коде была заложена энергетическая структура ящеров. Но чтобы стать ими, магия собирала частицы извне, наращивая массу, которой в человеческом теле явно не хватает для полноценного дракона.

Когда происходит инициация, в первый раз, то просыпается и дракон, который заложен в генетической программе. И он имеет отдельное сознание до тех пор, пока не произойдет полное слияние человеческой сущности и драконьей.

Но сейчас, хотя Нэлм уже давно инициирован, ни в дракона, ни в волка ему не превратиться.

Необходимо было немедленно уничтожить дефектный портальный камень. Что ж, если с помощью магии не пробиться к нему, то, возможно, все решит обычная физическая сила.

Нэлм прошелся по площадке и выбрал один из камней в кладке, что был неустойчивей всех. С помощью остатков магии он выдернул его из кладки и ухватил на лету. Держа в руках хоть и небольшую, но ощутимо весившую плитку, Нэлм встал на удобное расстояние от столба и, прищурившись, размахнулся. Решив экономить магию, действовал исключительно физической силой.

Камень пролетел через площадку, но, не достигнув кристалла, мягко спружинил обратно и грохнулся на землю, расколовшись на две части.

Нэлм огляделся. Если бы кто-то находился снаружи, он мог бы сверху подобраться к портальному кристаллу и убрать или уничтожить его. Но за мутнеющей завесой никого не было видно.

Нэлм чувствовал, что счет пошел на минуты, ведь ловушка, покончив с магией, начала вытягивать и физические силы.

Но он ошибался. Западня не дала ему больше ни минуты. Несколько секунд спустя Нэлм вынужден был упасть на колени и упереться руками в землю, потому что внезапная неконтролируемая слабость подкосила его.

Это конец, понял Нэлм. Он закрыл глаза и сосредоточится на внутренних ощущениях, всеми силами стараясь не дать безнадежности сломить себя. Тут он вспомнил ее. Голубые глаза, сияющие светом души, совсем как небо, яркое от весеннего солнца. Его истинная.

–Элея, – прошептали его губы. Он словно нашел точку опоры в этом коротком слове. Даже западня, удушающая, раздирающая на части, не могла больше раздавить его. Потому что сильное и яркое чувство в нем горело изнутри, противопоставляя свет и тепло леденящему холоду и темноте ловушки. Это не было магией, поэтому завеса не могла отобрать его у Нэлма.

Вот теперь, когда ловушка полностью высосала из него энергию, силы и магию, Нэлм словно впервые познал всю глубину своего чувства. Он, глупец, думал, что сумеет преодолеть его. Элея ведь невеста Реодора. А друга Нэлм любил и уважал. Но теперь понял, что, как друг, он должен был найти выход, не дать этому браку случиться.

Нэлм поднял голову и вгляделся в портальный кристалл. Нет, он выберется. Обязательно!

Глава 7.

Мы плыли довольно долго. Дно уходило все ниже и ниже, и вскоре его стало трудно различить в темнеющей глубине.

Вода не была чисто прозрачной, скорее зеленовато-мутной от микроскопических водорослей и прочего планктона. Где-то в глубине шевелились крупные тени, пугающие своей громадой, справа промелькнула стая медуз, величественно раскинувших светящиеся неоновые купола с волочащимися за ними длинными щупальцами.

Вскоре Алирия притормозила и вынырнула вместе с нами на поверхность. Пузыри лопнули со звучным хлопком, и вспугнутая белая чайка с сиреневой головой с резким надрывным криком взлетела с воды.

– Здесь проходит граница, где мы начинаем ощущать наблюдение с острова, – пояснила Алирия. – Поэтому нам надо обсудить, что собираемся делать. До того, как он почувствует нас. Посмотрите во-о-он туда.

И она указала подбородком вперед. Вдалеке, на горизонте, виднелась еле заметная черная полоска, то исчезающая, то появляющаяся из-за волн, на которых мы мерно покачивались.

– Ты хоть раз бывала на самом острове? Легко ли туда попасть? Берега обрывистые или пологие? И нет ли там защиты от непрошенных гостей?

– Защиты, скорее всего нет, – задумчиво сказала Алирия. – Я заметила однажды, как туда приставал корабль вольных торговцев. Там как раз есть небольшая удобная бухта. Я сама видела руны только на осколках керамических плиток, которые нашла на мелководье как раз у бухты.

– А эти торговцы, они потом смогли оттуда уплыть? – спросила я. – Были ли они живы и здоровы?

– Да, вполне себе, – покивала Алирия. – Я тоже заинтересовалась и проследила за ними на обратном пути. Они отправились отсюда прямиком к оборотничьему побережью. Там они разгрузились и ушли в Южный океан. Потом я еще не раз их встречала в море.