Симона Бовуар – Кровь других (страница 40)

– Добрый день, мадам, – сказала Элен старухе, качавшей воду из насоса.

Та подняла голову:

– Ну что, нашли своего муженька? Вот небось обрадовался!

– Да, нашла, – ответила Элен. – Он спал.

Беззаботно улыбаясь, она зашагала по грязной тропинке. Местность была унылая, желтовато-серая, плоская, разве что кое-где встречались голые холмики, а Элен любила траву, небо, солнце и чистый, свободный горизонт. Взобравшись на очередной холмик, она села и положила рядом с собой книгу. Стоял погожий осенний денек. У Элен слегка сжалось сердце. «Я должна с ним поговорить». Это вроде бы представлялось совсем легким делом, но она уже не имела над ним прежней власти, а решение будет принимать Жан, а не она. «Он не сможет мне отказать, если любит; нет, не сможет!» Но тут она услышала чьи-то приближавшиеся шаги и обернулась. Это были два офицера, с тросточками в руках. Они миновали Элен, потом развернулись и лениво, вразвалочку подошли к ней.

– Отдыхаете, мадемуазель?

– Да, – ответила Элен.

– Вы живете в Пекиньи?

– Нет, я приехала из Парижа, сегодня утром.

– А документы при вас?

– Вот они, – сказала Элен, вынув свой пропуск.

Офицер стоял перед ней, легонько похлопывая тросточкой по своим красивым кожаным сапогам.

– Его нужно было завизировать у капитана, – сказал он.

– Вот как? Я не знала. Хорошо, я сейчас же это сделаю, – ответила Элен.

– Вам следовало явиться к нему сразу по прибытии. Идемте с нами, мы приехали сюда на машине и отвезем вас.

– Ладно, – сказала Элен и пошла следом за ними.

Один из офицеров был рослый и белокурый, второй приземистый, с черными усиками. Она села в их машину.

– Славная сегодня погодка, – сказала она.

Они не ответили. Машина въехала в деревню, миновала дом мадам Мулен и затормозила на главной улице.

– Сюда, пожалуйста.

Оба лейтенанта куда-то исчезли, и Элен одна вошла в небольшую комнатку с печкой, в которой потрескивали дрова. Ее сердце взволнованно подрагивало: это была последняя формальность, после которой ее наконец оставят в покое, и ей не терпелось все это уладить.

Капитан, сидевший за столом, заваленным бумагами, поднял голову:

– Так это вы приехали в Пекиньи сегодня утром?

– Да, – ответила Элен.

– Документы при себе?

Элен протянула ему пропуск и паспорт. Капитан молча изучил их.

– С какой целью прибыли сюда?

– С целью повидаться с мадам Мулен, моей родственницей.

Капитан пристально посмотрел на нее.

– Нет, мадемуазель, мадам Мулен не является вашей родственницей.

– Ну, не совсем… – призналась Элен.

– И вы с ней не знакомы, – продолжал капитан. – До того как вы приехали сюда нынче утром, вы ее никогда не видели.

Элен опустила голову. Ее жизнь внезапно остановилась.

– Нам все известно, – продолжал капитан. – Мы знаем имя солдата, который снял для вас комнату.

– Ну да, да! – вызывающе ответила Элен. – Я приехала повидаться с моим женихом! И, думаю, не я одна такая, и вы наверняка это знаете!

– Мы можем закрывать глаза на некоторые поступки, но лишь тогда, когда нас не вынуждают открывать их, – ответил капитан.

– Да кто вас заставляет их открывать?! – воскликнула Элен и умоляюще посмотрела на него. – Я вас очень прошу, ну дайте мне хоть несколько дней…

– Мы такие дела не решаем, – ответил капитан. – О вас сообщили компетентные органы.

– Сообщили… компетентные?.. – пролепетала Элен.

– Да. Наша полиция работает четко, – сказал капитан и встал. – Сейчас вас доставят на вокзал, и вы уедете первым же поездом.

– Ну позвольте мне хотя бы попрощаться с женихом! – взмолилась Элен.

Она вонзила ногти в ладони, стараясь не заплакать перед этим человеком. Капитан поколебался, потом сказал: «Подождите!» – и вышел из комнаты.

Сообщили… в органы… Но кто? И каким образом? Элен в оцепенении сидела и ждала. Только бы не заплакать. Ее терзал голод. Безумно хотелось спать. Неужели ей опять придется сидеть, с пустым желудком, с пересохшим горлом, в тряском поезде, в набитом купе? И поезд увезет ее, увезет далеко от Жана. «Это безнадежно!» – в отчаянии подумала она, и ей стало дурно.

Тут в комнату вошел высокий лейтенант и сказал, улыбнувшись во весь рот:

– Мадемуазель, вы можете вернуться к себе и пообедать; я убедил капитана, что вы не шпионка.

– Я… шпионка? – пролепетала Элен.

– Ну, вы сами виноваты, не нужно было приезжать с таким огромным чемоданом, набитым бумагами, – ответил лейтенант. – Начальник вокзала в Ревиньи открыл его, решил, что это подрывные листовки, и сообщил о вас через шофера, с которым вы приехали сюда утром.

– А я-то думала, что мы с вами встретились чисто случайно! – воскликнула Элен.

– К счастью, мне достаточно было взглянуть на вас, чтобы убедиться, что вы не какая-нибудь опасная пропагандистка, – ответил лейтенант.

– Значит, вы забрали все мои бумаги?

– Пока мы искали вас за городом, в вашей комнате был произведен обыск, – ответил лейтенант. – Но вы не волнуйтесь, вам все вернут в целости и сохранности. – И, наклонившись к Элен, добавил: – Мы сейчас приедем за вами.

– И мне никак нельзя остаться здесь? – спросила Элен.

– В настоящее время это невозможно, – ответил он.

Элен со всех ног помчалась к дому, бросилась на кровать и залилась горькими слезами. Все было как в детстве: чьи-то чужие, грубые руки распоряжались ее счастьем, ее жизнью. И что из того, что она добралась сюда? Лицемеры! Одни только пустые, бессмысленные слова и лозунги, а теперь, после этого ужасного путешествия, ей придется уехать от него, почти не повидав…

Она подняла голову: в комнату вошла старуха – хозяйка дома.

– Тут вас какие-то военные спрашивали, – сказала она, с подозрением глядя на Элен.

– Я знаю, – ответила та.

– И они говорили, что вам нельзя тут оставаться, – продолжала хозяйка.

– Я сейчас уеду.

Старуха, окинув ее суровым взглядом, проворчала:

– Вот и оказывай после этого услуги людям – одни только неприятности! – И вышла из комнаты.

– Старая тварь, – с ненавистью прошептала Элен. И снова заплакала: они же прочитали все мои записи, я теперь у них в руках!

И вдруг вскочила с кровати: Жан толчком открыл дверь и радостно улыбнулся ей. В руках он держал пакет, пропитанный кровью, а к груди прижимал бутылку белого вина.

– Красного я не нашел! – объявил он. – Зато раздобыл роскошные бифштексы.

– Я как раз успею их съесть, – ответила Элен. – Ты еще не знаешь, что тут со мной приключилось.