Сим Симович – Змий из 70 IV (страница 65)

Диагноз стал ясен через пару секунд.

— Никакой мистики, месье Дюпон. У вас банальный астральный паразит, — ровно констатировал Змиенко, отступая на шаг. — Судя по плотности привязки — редкий южноамериканский подвид. Питается жизненной энергией и нейронными связями. Кто-то из конкурентов не пожалел денег на хорошего шамана Вуду.

— Филипп! Владелец логистической компании! Мы делим контракты в порту Гавра! — взвыл промышленник, до хруста сжимая кулаки. — Вы можете это вырезать⁈

— Разумеется. Хирургическое извлечение займет двадцать минут. Еще пара часов потребуется на восстановительную терапию в капсуле, — хирург стянул перчатки и невозмутимо убрал руки в карманы халата. — Вопрос лишь в цене.

— Я заплачу любые деньги! — Дюпон вытащил чековую книжку дрожащими пальцами. — Миллион франков? Два?

Альфонсо снисходительно улыбнулся.

— Анри, мы серьезная организация, а не уличные ростовщики. Зачем мне обесценивающиеся франки? Наш финансовый директор, барон де Рошфор, предпочитает твердые активы.

Москвич подошел к металлическому столику и достал подготовленный бланк договора.

— Меня интересует порт Гавра, из-за которого вы воюете с конкурентом, — голос дипломата стал деловым и жестким. — Советскому торговому флоту нужны удобные, не облагаемые лишними пошлинами доки во Франции. Вы передаете двадцать процентов акций вашей портовой инфраструктуры под управление швейцарского фонда. Плюс — полная поддержка наших судов. Взамен получаете абсолютное здоровье, защиту от любых магических посягательств и одну маленькую услугу: тот самый Филипп завтра внезапно решит уйти на пенсию из-за обострившейся язвы желудка. Договорились?

Магнат замер, глядя на советского специалиста. В воспаленном мозгу шел яростный торг. Отдать пятую часть стратегического порта — форменный грабеж. Но альтернативой была смерть в психиатрической клинике.

— Вы просите невозможного, месье Змиенко, — хрипло выдохнул Дюпон, но все же потянулся за перьевой ручкой.

— Ошибаетесь. Я предлагаю долгосрочное и взаимовыгодное партнерство, — Альфонсо аккуратно забрал подписанный договор. — А теперь ложитесь на стол. Будем резать паразита. Адя, готовь реанимационный набор, пациент может буянить при извлечении.

Глава 20

Подвал особняка на Рю де л’Юниверсите дышал размеренным, стерильным спокойствием. Альфонсо Исаевич стоял у хромированной раковины, методично смывая с рук остатки хирургического талька. На соседнем столике аккуратной стопкой лежали подписанные бароном де Рошфором векселя и свежая купчая на доки Гавра. Двадцать восьмой отдел работал как идеальный швейцарский механизм, отлаженный по стандартам советской плановой экономики.

Внезапно свет мощных бестеневых ламп мигнул и окрасился в тревожный багровый оттенок.

Тишину разорвал низкий, пульсирующий вой. Это кричали не сирены, а сами защитные контуры особняка, напитанные маной убитого лесного бога. Барьер, способный выдержать прямой удар танковой дивизии или осаду легиона Пекла, сейчас не просто ломался — он рассыпался, словно гнилая ткань.

Змиенко мгновенно вытер руки полотенцем. Фиалковые глаза москвича холодно сузились. Радар интерфейса молчал, но инстинкты вопили об угрозе запредельного уровня. Врач плавно опустил ладони, позволяя изумрудно-фиолетовому неону «Биогенеза» сгуститься на кончиках пальцев в два длинных, мерцающих скальпеля.

Массивная стальная дверь операционной, укрепленная свинцом и рунами подавления, не разлетелась от взрыва. Она просто исчезла. Растворилась в воздухе облаком серой пыли, оставив после себя идеально ровный прямоугольный проем.

В подвал бесшумно шагнули две массивные фигуры. Обсидиановый гигант Валафар и тощий Андреалфус. Высшие демоны, еще недавно униженно собиравшие крохи энергии в марсельских доках, неуловимо изменились. В их взглядах больше не было ни страха перед советским дипломатом, ни затаенной аристократической злобы — только абсолютная, пустая покорность вышколенных цепных псов, ожидающих приказа истинного хозяина. Лорды синхронно разошлись в стороны, освобождая проход.

Следом в помещение вошел Адельхард.

Привычный облик лондонского денди таял прямо на ходу. Идеально скроенный пиджак, галстук, белоснежная рубашка — всё это осыпалось черным снегом. На месте одежды формировался тяжелый, угловатый доспех, сотканный из первородного мрака и чего-то еще более страшного. Из абсолютного вакуума. Каждое движение бывшего тиуна поглощало свет в операционной, искажая пространство вокруг его фигуры. Янтарные глаза демона потемнели, превратившись в две бездонные воронки, в которых не отражалось ничего, кроме холодного, неотвратимого конца времен.

— Что за маскарад, Адя? — ровно поинтересовался столичный хирург, не опуская светящихся лезвий. — Защиту чинить придется за твой счет. Из премии вычту.

— Премий больше не будет, Альфонсо Исаевич, — голос выходца из Пекла звучал мягко, но от этого ледяного спокойствия замерзала кровь. Пространство вокруг него слегка вибрировало, не выдерживая давления чудовищной ауры. — Как и самого Двадцать восьмого отдела.

Змиенко чуть наклонил голову, анализируя ситуацию. Дипломат видел, как за спиной напарника клубится энергия, не имеющая ничего общего с привычным Инферно или силами Седьмого Круга. Это была та самая пустота, с которой они столкнулись в груди академика Лебедева. Крошечная искра небытия, пустившая корни в демоническом ядре.

— Решил заняться недружественным поглощением? — врач сделал неуловимый шаг в сторону, занимая удобную позицию для атаки и отрезая противникам путь к барокамерам. — Думаешь, пара прикормленных лордов и фокусы с вакуумом помогут тебе разорвать системный контракт?

Адельхард снисходительно улыбнулся. В этой улыбке не осталось ни капли былой товарищеской иронии. Только холодное наблюдение высшего существа за обреченной букашкой.

— Контракты пишутся для тех, кто живет по чужим правилам, командир, — Аристократ медленно поднял правую руку, закованную в латную перчатку из пустоты. — А я больше не часть этой Системы. Я перерос ее рамки. Наш союз был продуктивным, Альфонсо, и я многому у тебя научился. Но твоя зацикленность на долге, Центре и людских законах стала тянуть меня на дно. Вы, люди, слишком ограничены своей короткой жизнью.

Валафар глухо зарычал, материализуя в руках гигантскую двуручную алебарду. Андреалфус раскинул руки, готовясь выпустить концентрированный ядовитый туман. Оба лорда ждали лишь легкого кивка своего нового владыки.

— Считай это официальным уведомлением о расторжении партнерства, — продолжил Адельхард, и в его голосе зазвенел мертвый металл. — Ты отлично зачистил для меня Францию. Подготовил инфраструктуру, собрал бюджет, выстроил монополию. Я забираю этот рынок. А тебя увольняю. Без выходного пособия.

Москвич лишь крепче перехватил гудящие неоновые скальпели. На лице хирурга не дрогнул ни один мускул.

— Увольнялка еще не выросла, — жестко констатировал Змиенко. — Посмотрим, как твоя пустота справится с советской медициной.

Альфонсо Исаевич не стал ждать первого удара. Хирург привык работать на опережение.

— Административный доступ. Режим чрезвычайной ситуации, — четко произнес он, активируя скрытые полномочия Главы отдела.

Перед глазами москвича привычно развернулось золотое полотно инфернального интерфейса. Ряды системных уведомлений, графики сборов маны, списки личного состава — всё то, чем Змиенко управлял железной рукой последние месяцы. Дипломат намеренно игнорировал лордов, концентрируясь на главной цели. Одним мысленным усилием он попытался отозвать права доступа Адельхарда и заблокировать его Ядро через Систему Возвышения.

Обычно это работало мгновенно. Нарушителя просто вышвыривало из реальности или парализовало волю.

Но в этот раз золотые строки внезапно дрогнули. По краям интерфейса поползла липкая черная коррозия. Золото уведомлений на глазах превращалось в ржавое железо, которое тут же рассыпалось серой пылью. Системные иконки плавились, стекая по сетчатке глаза грязными кляксами.

— Ошибка доступа, — проскрежетал в мозгу мертвый, синтетический голос Системы. — Конфликт приоритетов. Обнаружен вирусный код… Пустота.

— Бесполезно, Альфонсо, — Адельхард сделал ленивый жест рукой, и по стенам операционной пробежала волна искажения. — Ты пытаешься лечить гангрену пластырем. Ваша Система — это всего лишь набор костылей, созданных для того, чтобы держать в узде амбиции таких, как мы. Малик де Сад и его бюрократы построили этот загон, а ты радостно взялся его охранять. Но я нашел способ выйти за ограду.

Трикстер почувствовал, как невидимые тиски сжимаются на его собственных энергетических каналах. Связь с Системой, которая раньше давала почти божественное могущество, теперь превратилась в удавку. Черная ржавчина Адельхарда методично пожирала права администратора, перехватывая управление потоками маны.

— Ты не вышел за ограду, Адя. Ты просто сменил хозяина на паразита, — процедил Змиенко, чувствуя, как немеют пальцы. — Эта искра вакуума сожрет тебя так же, как она жрала академика. Ты не управляешь ею, ты просто ее временный контейнер.

— Это мы еще посмотрим, — демон усмехнулся.

В этот момент интерфейс перед глазами Альфонсо окончательно почернел и лопнул. Вспыхнуло финальное, кроваво-красное уведомление: