Сим Симович – Шрам: ЧЗО (страница 16)

Затянулся. Дым горький, въедался в лёгкие. Хорошо. Живой. Выдохнул медленно, смотрел на ночную Зону за забором. Темнота сплошная, только звёзды сверху. Тихо. Ветер гнал облака, лес шумел вдали.

Двенадцать дней прошло. Шестеро похоронены. Левченко речь говорил на похоронах, Пьер не был — лежал в медпункте. Сказали, полковник назвал всех героями. Костя, Гриша, Саша, Женя, Витя, Рашид. Кресты на могилах, флаги, почести. Дюбуа единственный выживший. Опять.

Записали его героем тоже. Убил зверя, спас базу от нападения, жертвовал собой. Враньё. Зверь вышел на них случайно. Никакой базы он не спасал. Просто воевал, чтобы выжить. Граната в пасть — не героизм, отчаяние. Последний шанс.

Но записали героем. Наградят, наверное. Медаль, грамота, премия. Как в легионе после Тессалита. Формальности. Мёртвым героям не помогут.

Шаги за спиной. Легионер не обернулся. Узнал походку. Лебедев подошёл, встал рядом. Достал сигареты, закурил. Молчал. Смотрел на ночь.

Стояли так минуты три. Курили, молчали. Ветер дул, холодный, свежий. Забор скрипел. Прожекторы на вышках вертелись медленно, лучи резали тьму.

Лебедев затянулся, выдохнул.

— Как себя чувствуешь?

— Лучше.

— Боли?

— Есть. Голова по вечерам. Кости ноют.

— Пройдёт. Ещё три дня, максимум четыре. Организм адаптируется, сыворотка выведется полностью. Останешься собой.

Пьер затянулся, посмотрел на профессора.

— Собой. Тем же самым?

Лебедев усмехнулся.

— Философский вопрос. Что значит «тем же самым»?

— Не знаю. Ты учёный, ты скажи.

Профессор затушил сигарету о забор, закурил новую.

— Слышал про корабль Тесея?

— Нет.

— Древнегреческий парадокс. Корабль Тесея плавал годами. Доски гнили, их меняли на новые. Паруса рвались, меняли. Канаты изнашивались, меняли. Через тридцать лет в корабле не осталось ни одной оригинальной детали. Всё заменено. Вопрос: это тот же корабль или другой?

Дюбуа молчал. Лебедев продолжал:

— Одни философы говорили — тот же, потому что форма и функция сохранены. Другие говорили — другой, потому что материал полностью заменён. Спорили две тысячи лет, не решили. Потому что ответа нет. Зависит от точки зрения.

Профессор затянулся, посмотрел на легионера.

— Твоё тело сейчас как корабль Тесея. Сыворотка заменила клетки. Старые погибли, новые выросли. Быстро, за двенадцать дней. Кости новые, мясо новое, кровь новая. Артефактная энергия перестроила организм на клеточном уровне. Ты биологически не тот, кем был двенадцать дней назад. Вопрос: ты тот же человек или другой?

Наёмник смотрел в темноту. Думал. Корабль Тесея. Все детали заменены, но корабль тот же. Или нет. Тело перестроено, но человек тот же. Или нет.

— Не знаю, — сказал он честно. — Чувствую себя собой. Но что-то изменилось. Внутри. Не могу объяснить.

— Нормально. Сыворотка влияет не только на тело. На психику тоже, слегка. Восприятие обостряется. Рефлексы быстрее. Инстинкты сильнее. Агрессия контролируемая, но ближе к поверхности. Ты стал чуть более звериным. Не в плохом смысле. В боевом. Солдат стал лучшим солдатом. Хищник стал лучшим хищником.

— Волк, — тихо сказал Пьер.

— Что?

— Я волк без стаи. Был. Теперь волк с изменённой кровью. Артефактный волк. Зона во мне. Я в Зоне.

Лебедев кивнул медленно.

— Верно. Зона изменила тебя. Через меня, через сыворотку. Ты стал частью её. Носитель аномальной энергии. Не опасный для других, но изменённый. Корабль Тесея с новыми досками. Тот же капитан, та же команда. Но корабль новый.

Профессор затушил вторую сигарету, посмотрел на легионера.

— Философия не даёт ответов. Только вопросы. Ты тот же или другой — решай сам. Я могу сказать только факты. Биологически ты изменён. Психологически остался собой. Идентичность сохранена. Но материал заменён. Парадокс.

Дюбуа закурил третью сигарету. Рука дрожала слегка. Не от слабости. От мыслей.

— Седьмой патрон, — сказал он. — В нагане. Он для старого меня был. Для того кто играл в русскую рулетку в Марселе. Для того кто хотел умереть. Теперь я другой. Новое тело, новая кровь. И седьмой патрон не для меня теперь?

Лебедев помолчал, подумал.

— Интересный вопрос. Философски — да, не для тебя. Технически — всё равно убьёт. Пуля не знает про сыворотку. Мозг один, старый или новый. Прострелишь — умрёшь. Так что седьмой патрон работает независимо от корабля Тесея.

Наёмник усмехнулся.

— Значит смерть универсальна. Не важно какое тело, какая кровь. Пуля равняет всех.

— Верно. Смерть — единственная константа. Остальное переменные.

Стояли молча ещё минуту. Курили. Ветер дул. База спала. Зона за забором дышала, жила, ждала.

Пьер затушил сигарету, посмотрел на профессора.

— Контракт кончается завтра. Месяц прошёл. Левченко предложит продление, наверное.

— Предложит. Ты хороший боец. Единственный снайпер после Рашида.

— Я возьму отпуск. Неделю, может две. В Киев поеду. Отдохну, подумаю.

Лебедев кивнул.

— Правильно. Тело восстановилось, голова нет. Нужно время. Киев хороший выбор. Город живой, люди нормальные. Зоны нет. Отдохнёшь.

— Ты бывал в Киеве?

— Живу там когда не в Зоне. Квартира на Подоле, старый район. Тихо, уютно. Если нужно место переночевать — дам адрес.

— Спасибо. Сам найду.

— Как хочешь.

Профессор достал последнюю сигарету, закурил. Посмотрел на легионера долго, серьёзно.

— Слушай последнее. Сыворотка вывелась почти. Ещё три дня и полностью чиста будешь. Побочки пройдут, организм стабилизируется. Но изменения останутся. Не все, но часть. Регенерация чуть быстрее обычной. Рефлексы чуть острее. Выносливость чуть выше. Не суперсолдат, но лучше среднего. Постоянно. Это цена выживания. Не огромная, но есть.

— Понял.

— И ещё. Если военные узнают что ты носитель сыворотки — заберут. На тесты, эксперименты, исследования. Живым донором сделают. Кровь качать будут, ткани резать, изучать. Годами. Как подопытную крысу. Поэтому никому не говори. Никогда. Даже под пытками. Лучше умри молча.

Пьер посмотрел на профессора молча. Лебедев говорил серьёзно, без шуток. Правда.

— Добро.

— Верю. Ты солдат. Солдаты умеют молчать.

Профессор затушил сигарету, развернулся, пошёл к штабу. Остановился через десять шагов, обернулся.

— В Киеве не вспоминай Зону. Не думай про мёртвых. Не пей в одиночку. Найди женщину, переспи. Сходи в кино, театр, куда хочешь. Живи как человек, не как солдат. Неделю хотя бы. Потом вернёшься, решишь продлевать или нет. Но неделю — живи.

Ушёл. Шаги затихли. Дюбуа остался один у забора. Смотрел на Зону, на темноту, на звёзды.

Корабль Тесея. Все доски заменены, но корабль тот же. Или нет. Философия без ответов. Только вопросы.

Зона в крови. Сыворотка изменила тело, оставила психику. Корабль новый, капитан старый. Парадокс.