Сильвия Алиага – Книжный клуб в облаках (страница 51)

Каролина расхохоталась.

– Я тоже пошутила. Мне жаль тебя разочаровывать, но что-то захотелось, чтобы ты сам наступил на свои же грабли.

Дориан окинул ее ледяным взглядом.

– На несколько мгновений ты дала мне все, но вдруг не оставила ничего.

Каролина встала со ступеньки и взяла ноутбук.

– Точь-в-точь герой какой-нибудь мыльной оперы, которые смотрит Мариен. – И протянула руку Дориану. – Пойдем, у нас еще есть чем заняться до вечеринки, кроме того, ты должен посоветовать, что мне лучше надеть.

– А ты точно хочешь туда пойти? – спросил он, поднимаясь на ноги и обретая серьезный вид. – По мне, так можно и дома остаться.

Каролина не могла не признаться, хотя бы самой себе, что ей не очень-то хотелось идти куда-то вечером. За исключением того единственного свидания с Тони, она совсем не встречалась с людьми своего возраста с тех пор, как вернулась в Квинс. Ближайшим вечером в паре кварталов от дома Лили, на заброшенном участке, местная молодежь устраивала вечеринку с выпивкой и барбекю. Однажды в очереди в аптеке Каролина случайно встретила одну из своих школьных подруг, и та их пригласила. Ее и Дориана. Особенно подчеркивая последнее. И Каролина подозревала, что эта девушка питала к Дориану особый интерес еще с пятнадцатилетнего возраста.

Именно по этой причине ей не слишком хотелось идти на вечеринку. Не сказать чтобы она умирала от желания понаблюдать за тем, как Дориан будет клеить ее бывшую одноклассницу. Особенно после того, как они провели рядом почти целую неделю, вновь притираясь друг к другу, проживая мелкие события обычной жизни день за днем. И все это привело к тому, что ее чувства к нему, и без того невнятные, превратились в туго стянутый клубок, который почти невозможно было распутать.

Но он-то в этом ни капельки не виноват. Ее друг провел в Нью-Йорке почти всю неделю и завтра должен уезжать. Теперь, когда с Мариен все уже наладилось, Каролина чувствовала за собой долг – развлечь Дориана.

– Конечно хочу, – заявила она. – Оторвемся по полной.

В общем, ему бы следовало догадаться, что на этом барбекю еды для него не найдется. По всей видимости, никто, кроме него, не испытывал никаких проблем с поеданием мяса, и даже чертовы чипсы в пакетах были со вкусом жареного цыпленка. По крайней мере пиво оказалось хорошим. Откупорено было несколько бочонков, и симпатичный парень, безо всяких корыстных интересов ставший лучшим другом Дориана, наливал ему кружку за кружкой ровно с такой шапкой пены, не больше и не меньше, как ему нравилось.

Попались там Дориану на глаза и знакомые: два парня, с которыми он проводил время тем летом в Нью-Йорке, а также молодая пара, жившая через два дома от Лили. В целом если абстрагироваться от темы еды, то обстановка была вполне себе. Участок украшен электрическими гирляндами, вспыхнувшими с наступлением темноты. Из нескольких усилителей, подключенных к репродуктору автомобиля, звучали композиции в стиле допотопного реггетона вперемешку с панком и поп-музыкой.

– Составитель здешнего плейлиста – явно любитель эклектики, и его вкусом остается только восхищаться, – заметила Каролина, в очередной раз материализовавшись с ним рядом.

Большую часть времени они проводили порознь. Дориана это не слишком удивляло. У них с Каролиной всегда было так: на подобного рода мероприятиях каждый вел себя независимо от другого. Однако этот раз был особенным, поскольку это был его последний вечер перед возвращением в Лондон, и в глубине души он бы предпочел провести его с подругой.

И, хотя его пребывание здесь было вызвано отнюдь не самыми приятными причинами, Дориан с большим удовольствием провел неделю в Квинсе. Часть его ощущала, что он ровно в том месте, где и должен быть, что здесь он – в полной безопасности, дома.

Но существовала и другая его часть, испытывавшая ровно те же ощущения, как только он переступал порог своей квартиры в Бэнксайде, собираясь там заночевать, когда выполнял свой рабочий рейс Нью-Йорк – Лондон в середине недели. Рича настояла на просмотре за ужином документального фильма, посвященного улочкам Эдинбурга, и они смотрели его втроем на диване, а потом до ночи проспорили о том, в какой эпохе прошлого им захотелось бы оказаться, если бы сию секунду в их гостиной вместе со своей ТАРДИС появился Доктор и сделал им соответствующее предложение.

Дориан потратил много времени на борьбу за то, чтобы не слишком привязываться к земле, так как хорошо знал, что́ бывает в ином случае. Это приводит к тому, что ты начинаешь существовать в маленьком кусочке реальности, упуская бесконечные возможности, доступные тебе. Однако он вынужден был признать, что вовсе не чувствовал себя несчастным в этих двух маленьких уголках реальности. Он был счастлив в Квинсе, но в то же время начинал ощущать себя счастливым и в Лондоне. Оставалось только как-то примириться с тем, что между двумя этими местами дистанция размером с океан. Да и тот разговор с Мариен в клинике, когда она гадала ему на картах, тоже отнюдь не помог Дориану прояснить свои мысли.

Каролина проявляла чудеса интеграции: болтала со стаканом в руке с группой девушек. Дориан с удовольствием наблюдал за ней. Замечательно, что Каролина вновь привыкала к Квинсу. Нужно только привести в порядок финансы, и хорошо бы ей снять здесь квартиру. Будь Дориан на ее месте, он без сомнений сделал бы это. Виллидж ему всегда виделся несколько претенциозным, Квинс же представлялся районом куда более интересным.

Была среди девушек и блондинка с атлетическим телом, очень красивая, – та, что интересовалась Дорианом. Ее он тоже помнил с того первого лета и сразу согласился пойти с ней танцевать, когда она его пригласила. Через три танца он с ней распрощался, наскоро придумав идиотский предлог, – просто потому, что зазвучали первые аккорды «Твоей песни» Элтона Джона.

Почти автоматически он стал искать взглядом Каролину, а она – его. На лице Каролины появилась несмелая улыбка, совсем не похожая на обычную, она что-то шепнула на ухо своему собеседнику и направилась прямо к Дориану.

– Чуть ли не самая знаменитая баллада двадцатого века, – заметила Каролина, оказавшись рядом с ним, и пожала плечами, словно принося извинения от лица того, кто составлял плейлист. – Рано или поздно она должна была прозвучать, застав нас с тобой вместе.

Дориан улыбнулся подруге и протянул ей руку.

– Полагаю, что так и есть. Потанцуем? Мы с тобой, кажется, никогда под нее не танцевали.

Каролина приняла руку Дориана и приблизилась к нему.

– Точно, не танцевали, – ответила она. – Только неподвижно лежали на старых лежаках, глядя в небо и сожалея о наших ошибках.

«Сожалея о наших поцелуях», – мысленно уточнил Дориан, не решаясь произнести эти слова вслух. Может, это и не слишком удачная идея – танцевать именно под эту песню.

Взгляд Дориана невольно переместился к губам Каролины. Иногда, когда ее рот оказывался перед его глазами, ему было трудно признать, что был в его жизни миг, о котором он поклялся забыть навсегда, – мгновение их поцелуя. Казалось, что это было в другой жизни, что они и сами были другими.

– Вечер почти прошел, а мы с тобой как-то всё по разным углам, – посетовал Дориан, чтобы сменить тему, пока оба они двигались в такт музыке. – А ведь предполагалось, что сегодня ты меня провожаешь.

– Хотела предоставить тебе свободу – если вдруг тебе захочется с кем-нибудь здесь познакомиться, – ответила Каролина, нахмурив брови, как будто сама мысль об этом, несмотря на то что родилась она не где-нибудь, а в ее голове, несколько ее смущала. – Если я буду все время ходить за тобой хвостом, тебе будет проблематично кого-нибудь подцепить.

Дориан тоже нахмурился.

– А я вовсе и не собирался никого сегодня цеплять, – возмутился он. – Единственное, чего я хотел, – это хорошо провести время вместе с тобой. Я ведь тебе говорил, что мы могли бы и дома остаться.

– Да, знаю. – Каролина вздохнула. – Извини, тебе ведь даже и поужинать здесь не удалось.

– Да нет, в любом случае мне хорошо. Мне нравится это место. Нравится Квинс.

– Я буду скучать по тебе. Уже завтра. Так здорово, что ты смог провести здесь неделю.

– Скоро мы снова увидимся, – решил он ее подбодрить. – У нас теперь есть воздушные мили, и их можно тратить, ты не забыла?

Каролина улыбнулась.

– Не забыла. Но все же… – Она, казалось, на мгновение задумалась, не зная, как продолжить фразу. – А ты не думал о переходе на другую линию? Вместо Лос-Анджелеса ты мог бы летать по линии Лондон – Нью-Йорк, как на этой неделе.

Дориан об этом уже думал. И не только на этой неделе. С самого начала работы в «Скайвинд» он боролся с искушением попроситься на этот маршрут. Тогда он мог бы несколько ночей в месяц проводить у Лили, а не в обезличенном отеле возле международного аэропорта Лос-Анджелеса. Но всегда находилось нечто, что его останавливало.

– Может быть, стоило бы попробовать, – ответил он. – Я подумаю.

– Может быть, – эхом отозвалась Каролина, улыбнувшись.

И в ее взгляде промелькнула тень. Тень, которая дала понять Дориану, что подруга его в глубине души не питала больших надежд на то, что он когда-нибудь подаст заявление о таком переводе. И он не мог ее в этом винить. Каролина не в первый раз предлагала ему что-то в этом роде, нечто в высшей степени разумное и сообразное обстоятельствам, что позволило бы им видеться чаще. И далеко не в первый раз Дориан ее предложения отвергал.