Quia multum amavi[259][260]
Мой друг, когда священник, полный страсти,
Из раки тайной первый раз берёт
Плоть Господа, и, совершив причастье,
С дрянным вином хлеб отправляет в рот,
Он не познал, как я, благоговенья,
Когда, вонзая в плоть свой грешный взгляд,
Тебя всю ночь томил я на коленях,
Свершая поклонения обряд.
Коль не был бы смазлив, любил бы боле
В то лето бурной неги и дождей,
Не стал бы я наследником юдоли,
В дверях Страданья сгорбленный лакей.
Но совесть – сенешаль твой белолицый,
Бежит вослед, готовясь дать мне бой;
Я рад, что так любил – и вновь родится
От всех светил цветок мне голубой!
Silentium amoris[261]
Как солнце слишком яркостное гонит
Луну упрямо-бледную назад
В пещеру тьмы, где та мечту хоронит —
Сиять под серенаду соловья,
Так жжёт мне губы Красота твоя,
И песни благозвучные – не в лад.
Как ветер через луг примчавшись с пляской
На буйных крыльях, лишь исчезла тьма,
Тростник ломает слишком грубой лаской,
Где песням предавался он своим,
Так слишком бурной страстью я раним:
Любви избыток – и Любовь нема.
Тебе мой взгляд сказал всё, несомненно,
Зачем я смолк, и гриф на лютне пуст,
Не лучше ль разойтись нам откровенно:
Тебе – к тому, кто так сладкоголос,
А мне – лелеять память этих грёз:
Не спетых песен, не лобзавших уст.
Эндимион[262]
(для музыки)
Плоды на ветвях золотые,
Аркадских птиц не молкнет хор,
Здесь блеют овцы молодые,
Набеги коз в поля пустые,
Он лишь вчера сказал впервые
Люблю! Я жду его с тех пор.
Луна, хозяйка тёмных далей!
Храни любимого, как страж.
Его ты знаешь – он мой паж,
Обутый пурпуром сандалий,
Его ты знаешь – он мой бог,
С пастушьим посохом, лукавый,
Он нежен, словно голубок,
Темноволосый и кудрявый.
У горлицы устали крылья,
Где друг в малиновых чулках?
К овчарне волки подступили,
И сенешаль прекрасных лилий
Спит в лепестках – легла мантильей
Тьма на сиреневых холмах.
Луна святая! Так мы ждали!
Стань Путеводного звездой![263]
Где мой красавец молодой?
Коль видишь пурпур тех сандалий,
Всё тот же посох, тёмный локон,
В козлиной шкуре силуэт,
Скажи ему, я жду, где окон
Вдали мерцает тусклый свет. 
