Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 54)

– Да ты себя моим вождем возомнил, кровосос! – побледнела от ярости Юли. Ее пальцы напряглись до предела и напоминали птичью лапу о пяти пальцах. Неожиданно руки свело судорогой и из подушечек пальцев выскользнули когти, к которым проявил бы уважение даже оголодавший скарг. Утолщенные у основания они хищно оттопыривались наружу и имели небольшое углубление с внутренней стороны.

– Держи себя в руках девчонка, иначе изменения невозможно будет обратить вспять – предупредил «отец» – Если обернешься полностью, станешь похожа на того, чью кровь ты выпила! Крылья вещь нужная, конечно, но личико уже будет не подправить.

– Что? Ты хочешь сказать, я стану как тот урод?! – опешила девушка.

– Именно это я и имел в виду. Они называются фамильярами, но по сути своей – вырожденцы нашей породы. Согласись, ведь ничего еще о себе не знаешь. Как питаться. Как убивать. Что может убить или помочь, когда ты слабеешь. Как говорить со стихиями и многого другого ты тоже не знаешь. Правильно было назвать тебя – Не Знаю. Прими меня, как своего покровителя и я щедро поделюсь этими знаниями. Назовем это пока временным альянсом, идет? – посулил Шаванас.

– Я не знаю, что это значит, – буркнула Юли.

– Союз. Временный союз во благо обоих, – пояснил Шаванас.

– Союз с тем, кто собирался меня скормить вырожденцам? Отлично – ничего не скажешь – горько сказала Юли.

– Не я привез тебя в качестве дара и не я его просил. Так что, злиться тебе на меня не за что – парировал Шаванас.

– Не за что? – поперхнулась Юли от такого наглого заявления.

– Конечно не за что! Прости великодушно, но так уж вышло, что мы тоже хотим кушать! До обретения благословение нашей крови, ты была для меня забавной добычей, но теперь я отношусь к тебе, как равной, – терпеливо объяснил Шаванас. – Хотя, я все-таки старше, древнее и сильнее тебя, но это данность от тебя не зависящая. А вот что сейчас зависит от тебя, так это примешь ли ты предложную руку и свою новую суть.

– И кто же я теперь? Шулмус, как ты?! И что за си Лоред Вартиэль?

– Что за глупое слово, шулмус? От него воняет варварством и дикостью, – скривился Шаванас. – Мы – Дети Ночи! И да, теперь ты Дочь Ночи тоже. Вартиэль – это замок, в котором мы находимся, а еще моя фамилия. А приставка си Лоред… Как бы это сказать… Это дань вежливости нашим прародителям. Когда на заре времен, Отец Ночи создал нас, он взял за основу нескольких смертных. Почти все они уже мертвы, но их имена с нами. Их звали Лоред, Шевардаль, Скаранад, Хасаг, Ю Дас. Были и другие, они не прошли Возвышение.

– Так вот как вы это называете, – недовольно прищурилась девушка. – Возвышение! Погоди-ка… Скаранад? Это же тот старикашка, который…

– Нет, не совсем – покачал головой Шаванас. – Настоящий Скаранад давно мертв, но наш предстоятель приходится ему тезкой и потомком. А теперь давай-ка пройдемся до Вартиэля – меня раздражает это место.

Шагая за Шаванасом, Юли молчала. В ее голове с трудом укладывалось все, что только что случилось с ней. Еще утром она была живой, а теперь ее убийца опекает ее, как будто они с ним давние друзья! Вырвать ему горло – самое малое, что она может сделать. Достаточно просто пожелать и рука сама метнется к его горлу. Интересно, успеет он отреагировать? Нет. Все не так просто. Что дальше? Убить всех обитателей этого проклятого места? Мысль достойная воплощения, но это будет непросто – наверняка тут есть кто-то и посильнее нее. Тот же Скаранад, хоть и выглядит развалиной, но легко вырвал сердце Раногу. И, кроме того, что делать с этим ее новым состоянием? Какие у нее слабости? Возможности? Как ни крути, этот подлец прав – она ничего не знает о новой себе.

– Будь по-твоему, Шаванас. Я приму твою помощь – но не жди, что я буду думать, что хоть что-то тебе должна. Скорее наоборот – это ты мне изрядно задолжал. Всем нам.

Впереди показался выход из Коридоров Боли. Свет дня неприятно резанул по глазам. Юли почувствовала предательскую слабость в ногах, но постаралась, чтобы Шаванас этого не заметил. Он заметил, но лишь улыбнулся.

– Это пройдет. Твое тело еще борется, но когда оно окончательно сдастся – ты почувствуешь себя лучше. Чем быстрее ты примешь новую себя, тем быстрее обретешь новые силы.

Юли скрипнула зубами от раздражения и мгновение слабости прошло.

Шаванас улыбнулся и поскреб пальцем подбородок.

– Если тебе легче так относиться к этому – пусть будет так. Знаешь, я никогда не был никому должен. Возможно, это будет интересным опытом, а возможно и нет. Я принимаю твои условия, но выдвигаю и свое. Юли си Лоред Вартиэль – ты будешь придерживаться правил приличия, принятых в Высоком Доме Вартиэль! И ты сделаешь так, что мне не придется за тебя краснеть! Это ясно?

– Для начала сойдет – хмыкнула Юли. – Веди в свой высокий шатер. Но я хочу от тебя еще кое-что. Фарак должен выжить.

– Я сделаю, что смогу, но многого не обещаю, – нахмурился Шаванас. – Посмотрим, что еще можно сделать. Но тогда нам придется подождать с прогулкой по Вартиэлю. Шаванас указал на приземистое строение казармы Кровной Стражи, в которой Юли провела свой последний день в качестве человека. Шаванас внимательно посмотрел на Юли и сказал – Подожди меня там. Кстати, надеюсь, мне не стоит беспокоиться об охране? Впрочем, если сбежишь – так тому и быть. Я не люблю повторять дважды. Девушка собиралась огрызнуться, но не нашла слов, а потому просто зашагала к казарме. Немного помедлив, Шаванас повернулся и зашагал прочь.

Юли сидела в ожидании на каменном подоконнике казармы, в которой буквально вчера обругала со стола Фарака и Ранога. Тех, кто прошел все тяготы плена. Юли вспоминала и никак не могла понять, почему так слабо переживает за судьбу остатков своего племени. Может пережитое приступило ее эмоции? Не хотелось признавать, что с ней происходят изменения. Мелкие, незаметные, но вот эта непонятное ощущение, что ей уже… все равно, что будет дальше. Оно будто становилось глубже и вбирало в себя все остальные чувства и переживания. Спрашивать об этом Шаванаса глупо, – нет уверенности, что он скажет правду. Тот страшный змей может и ответил бы – но… где уж теперь! Да и опять же… он не ее бог. Ее богиня Серамида, и она… словно позабыла о ней. За этими невеселыми мыслями ее застал Шаванас.

Он появился довольно быстро и деловито отдувался, будто устал. На самом деле он не мог вспотеть, даже если захотел, но инстинктивное подражание поведению живых людей – это то, что делает древнего вампира аристократом. Шаванас даже держал на такие случаи шелковый платок и сейчас протирал им лоб. Как еще доказать этой дикарке, что он приложил много усилий?

Юли подалась навстречу:

– Он жив?

– Увы, – выдавил скорбное лицо Шаванас. – Боюсь, не все так просто. Присутствие Великого Змея почти убило его.

– Ах, ты!.. – выпустила когти Юли.

– Но! Стой! Ты можешь еще спасти его! Я разругался со Скаранадом в пух и прах из-за этого корма, а ты обнажаешь на меня когти? Может мне просто не хлопотать больше? – начал злится Шаванас.

– Прости – смутилась Юли, пряча когти. – Если он еще жив, пошли же к нему!

– Ну, зачем же идти – его уже принесли. Он лежит неподалеку. Давай за мной, времени не так уж много.

Стиснув зубы, Юли поспешила за Шавансом. Неподалеку, в соседней казарме на массивном деревянном столе лежал Фарак. Его израненное тело сейчас выглядело невесомым и слабым, но Шаванас не позволил его долго разглядывать и сказал:

– Ну! Торопись! Оживляй! – сказал Шаванас.

– Я?! – удивилась Юли – Как это сделать?

– Вот! Видишь? Ты можешь, но не знаешь "как"! – назидательно поднял палец Шаванас – Слушай меня внимательно Юли си Лоред! Выпусти один коготь и смотри внимательно на эту точку под челюстью. Если на нее надавить, человек откроет рот и скорее всего в его положении вскоре умрет. Поэтому ты должна успеть вскрыть себе вену и сцедить немного своей крови ему в рот. Все остальное произойдет само. Но знай вот что: если его воля к жизни уже угасла, он утратит волю, самостоятельность и станет, скорее всего, вырожденцем.

Юли, не теряя времени, воткнула в указанную точку под челюстью коготь с мизинца. Толи она неудачно попала, толи сил у Фарака уже не оставалось, но рот его открылся лишь наполовину. Когтем второй руки Юли широко распахнула вены когтем и ее густая темная кровь полилась в рот Фараку. Он открыл поблекшие глаза и жадно сделал глоток, затем еще и еще. Шаванас быстро вмешался и, схватил Фарака за челюсть одной рукой, другой надавил на лоб, прерывая процесс.

– Достаточно! – сказал он.

– Фарак! Ты слышишь меня? – сказала Юли глядя на Фарака.

Фарак резко вскочил и, по-птичьи наклонив голову, уставился на Юли. Его кожа приобрела металлический оттенок, а зрачки побледнели, почти теряясь на фоне белков. Правое плечо и рука раздулись от наливающихся силой мышц. То же самое, с небольшой задержкой, произошло с ногами. Левая рука хрустнула и обнажила кости, которые на глазах дробились и превращались в могучее крыло нетопыря, оканчивающееся пятипалой лапой с острыми когтями. Все это время Фарак стоял без признаков эмоций, просто глядя на Юли. Когда трансформация закончилась, девушка сделала шаг навстречу, но Фарак по-прежнему стоял, не отрывая взгляд от нее.

– Нет! – взревел Шаванас. Он быстро вонзил коготь прямо в лоб Фараку, заставив его лечь. Затем, выпустив когти, он с невероятной скоростью начал вонзать их в определенные точки в теле Фарака. Бурные изменения постепенно стихли, а затем обратились вспять. Его раны закрылись, царапины исчезли, а довольный Шаванас повернулся у Юли.