Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 37)

После ухода Аматриса Банар-Хог забурлил движением и жизнью. Великий Мамед призвал племя, и оно оставило все нехитрые дела. По приказу Хранителя Крови жители Тайного города собирали осколки обсидиана и громового стекла, складывая их в сложный узор на песке. По его семи углам горели факелы, а в его центре, на глубоко вбитых кольях висели тридцать окровавленных, еще живых тел. Еще недавно они были погонщиками, торговцами и охраной крупного каравана. Блики факелов гуляли по их лицам, отражаясь на влажных от слез лицах. Одни просили их освободить, другие ругались и угрожали. Однако рачии трудились с остервенением рабов, которым обещали свободу. По рукам и пальцам многих струилась кровь, но работу не бросал никто. В центре узора, геометрически выверенном и трижды проверенном самим Великим Мамедом, находилась амфора с прахом Аматриса. Когда работа была завершена и на песке осталась выложенная из обсидиана и стекла гигантская рука. Люди, привязанные внутри пентаграммы, по-прежнему кляли свою долю, стеная и моля своих мучителей одуматься. Пленники безуспешно пытались освободиться от веревок, сковывающих запястья, локти и колени. Тщетно.

– Глупцы, – подумал Великий Мамед, глядя на них, и отступил к двум факелам на ключевых точках своего узора. – Вам уже не сбежать, даже если убрать колья. Мой Кровавый узор вас не выпустит. Он молча положил на землю запечатанный в черную ткань сверток и еще раз проверил все приготовления.

– Вы все – просто маленькое испуганное стадо! Но не бойтесь, – громко закричал он. – Своим концом вы дадите начало новому Пастырю, который перекроит этот мир. А теперь… умрите!!!

Он поднял худощавую руку и от места, где он стоял, по земле прошла волна метаморфоз. Ладонь, выложенная на земле из кусков стекла наливалась плотью, обретая невидимые вены, кости, фаланги, когти. Крики жертв стали громче, когда рука зашевелилась. Огни факелов вспыхнули так, что смотреть на них было больно глазам.

Маг вытащил из-за пояса атам и вонзил в землю у своих ног, задавая своему узору смысл его короткого бытия. Когтистая ладонь зашевелилась и сжалась, захватывая в себя предложенных жертв, колья и амфору. А затем рука резко сжалась в кулак и крики стихли. Меж неестественных пальцев сочилась кровь, но рука продолжала стискивать тела. Великий Мамед провернул атам в земле, и ладонь пришла в движение. Она сжалась еще сильнее и начала крошиться, комкаться от невероятного усилия, превращаясь в мешанину из стекла, крови и древнего праха. Огонь факелов покинул свое место и устремился в центр этого хаоса. Вспотевший маг с усилием вырвал атам из земли и хаос, творившийся прямо перед ним вспыхнул искрами и рассеялся, открывая обнаженную могучую фигуру мужчины идеальных пропорций. Его тело казалось выполненным из белого мрамора, но лучилось силой. Мужчина неподвижно завис в полуметре над землей, светясь изнутри неземным огнем. Впрочем, огонь быстро угас, и пришелец медленно опустился, коснувшись земли ногами. Он открыл глаза, изогнул губы в высокомерной клыкастой усмешке высшего хищника и, взглянув на вспотевшего мага с высоты своего немаленького роста, сказал:

– Я удивлен, смертный. Не думал, что ты сумеешь сделать все правильно. Я сыт и доволен. Самое время обсудить наши дела.

Маг молча поднял с земли запечатанный сверток и протянул его Аматрису.

– Вот одежда для тебя Древнейший. Надеюсь, она будет тебе впору, – сказал Великий Мамед.

– Все время забываю о пустяках. Погоди-ка, – выставил руку вампир.

Аматрис склонил голову на бок и на его теле прямо из воздуха начали проступать сначала нательник, а затем и одежда – роскошный черный камзол расшитый золотым узором и штаны из нежной кожи с костяным орнаментом.

Великий Мамед отбросил заготовленный сверток с одеждой и повел гостя в свою обитель.

Усевшись на новый стол мага, Аматрис сказал: – Давай сразу к делу. Где аватар? Призови его и, изгнав его, я сразу отправлюсь к Эристеле.

– Я уже все приготовил к призыву. Однако для последнего штриха мне не хватает последнего ингредиента – праха божественной сущности. Я надеялся, что когда ты придешь в этот мир, я смогу…

– Понимаю – перебил Аматрис и, подойдя к столу, взял глиняную миску. Он откусил себе палец и, бросив его в емкость, протянул ее магу.

Великий Мамед заметил, что палец сохнет и разлагается на глазах и через несколько мгновений в ступке лежал знакомый ему черный порошок из древней амфоры. Подняв голову, маг заметил, что откушенный палец вампира уже вырос снова.

– Если ты готов, пойдем со мной, – сказал маг, направляясь к выдолбленной в скале комнатке со зловещим алтарем.

При виде него, Аматрис брезгливо поморщился, но ничего не сказал.

Маг не стал обращаться к Душееду с помощью внутренней связи – время вежливости прошло. В этот раз он просто высыпал содержимое ступки на алтарь, воткнул атам в центр руны и отошел назад.

Результат не заставил себя ждать – ткань реальности прорвалась и исторгла взбешенного Душееда прямо туда, где мгновение назад стоял маг. Душеед был не только взбешен, но еще и напуган. Меньше всего он ожидал, что на данном этапе может возникнуть угроза его связи с Обелиском. Однако соображал он быстро. Едва проявившись, он уже понял, что попал в засаду. Кто здесь главный он поняла тоже, а потому взбесился еще сильнее. Обнажив клыки, Душеед пронзительно зашипел:

– Темный полубог! Этот мир уже занят!

Аматрис ничего не ответил, а просто оказался за спиной аватара и неуловимым движением когтя рассек ему горло, а в следующий миг Аматрис вернулся на прежнее место.

Схватившись за широкий порез, Душеед ухмыльнулся и сказал: – Ну, раз ты так настаиваешь… Аватар коснулся алтаря. Что произошло в следующий миг, маг рассмотрел не полностью, но ему показалось, что алтарь за мгновение стал жидким и словно влился в монстра.

В Аматриса ударил сноп щупалец, заканчивающихся когтями. Вампир пошатнулся от вонзившихся в него когтей, но устоял. Разозлившись всерьез, Аматрис вырвал из себя когти, яростно сверкнул глазами и обнажил клыки:

– Ты забыл, мальчишка, что кровопийца здесь – я!

В руках Аматриса появилась жуткого вида коса. Мгновенно раскрутив косу до невероятных оборотов, вампир ударил со скоростью молнии. Иссеченный в десятках мест сразу, аватар отлетел к стене пещеры. В местах порезов вспыхнуло темное пламя и принялось пожирать тело врага.

– Слабак, – усмехнулся Аматрис. – Убирайся к папочке, пока я тебя не отшлепал.

– Ты пожалеешь об этой дерзости, – перекосился от ярости Душеед. Он попробовал с наскоку, но не вышло. Но ничего – он уже начал насиловать этот мир и его никто не остановит! Однако полубог слишком силен и сейчас лучше отступить. Подлый маг предал его, но это тоже ничего – алтарь он забрал, а дважды его предать не выйдет. Но ему нужно время! Время подумать. Поэтому Душеед использовал способ, с помощью которого переломил бой с членами Коллегии – он наполнил почти все пространство пещеры щупальцами и конечностями. Безуспешно – коса полубога легко уничтожала их. Тогда аватар покрыл себя сферой костяной брони. Аматрис рассмеялся и ринулся сквозь путающиеся под ногами части и принялся отсекать кусок за куском от защиты Душееда. Аватар же сидел внутри своей защитной боевой формы и лихорадочно думал. Если так продолжится, то броня выдержит какое-то время, но затем его вытащит и изгонят. Кровавому богу это совсем не понравится, и он, его аватар, скорее всего, закончит камнем в троне своего бога. В назидание тем, кто потерпел неудачу. Нет! Только не это! Надо рискнуть! Рискнуть и раскрыть нечто из того, что ему известно. Костяная сфера завибрировала, и на его поверхности проступили тончайшие чешуйки. Затем в такт речи Душееда завибрировали сами чешуйки:

– Постой, полубог, не торопись со своей карой! Мне нужно кое-что сказать тебе.

– Так ты и так говоришь! – продолжал с увлеченно рубить кость Аматрис.

– Знай, что в этот мир пришел немешион!

Удары о поверхность прекратились. Аматрис повернулся к магу и сухо спросил:

– Ты знал об этом?

– Нет, Древнейший. Кто это такой? Бог? – соврал маг.

– Хуже. Убийца богов, – помрачнел Аматрис.

– Убийца богов? – поперхнулся Великий Мамед, – разве такое возможно?

– Если звезды сойдутся – вполне, – буркнул Аматрис.

– И что это меняет? Разве ты не станешь добивать его? – спросил маг.

– Допустим, я его убью и изгоню, что потом? Я найду жену и буду возрождать свое дело. А потом придет немешион и все снова погубит? Нет!

– Ты же дал мне слово! Неужели оно ничего не стоит? – напомнил маг

– Я сказал, что буду охранять защищать интересы своего рода. Смерть Душееда сейчас – создаст серьезную проблему для вампиров в будущем. Так что я тебя не обманул – это ты меня правильно понял, – убрал косу Аматрис.

Обманутый в своих ожиданиях во второй раз, маг промолчал.

– Ладно, выходи червь. Будем договариваться, – пробурчал вампир. Костяная броня втянулась внутрь, и Душеед выпрямился в полный рост.

– Что ты можешь мне предложить? – деловито спросил вампир.

– Поделим этот мир. Ты будешь властвовать в своей части, а я – в своей

– Нейтралитет? Бессмысленно. Когда Кровавый придет, я не смогу ее удержать. И я спросил не об этом. Что тебе известно о немешионе? – нахмурился вампир.

– О, сразу к сути… Хорошо же. Наследник Хаар-Зала еще слаб, но это ненадолго. У меня есть все шансы его найти и уничтожить. Если ты оставишь меня в покое – я избавлю тебя от немешиона. – посулил Душеед.