Серж Столон – Я СВОЙ, СОВЕТСКИЙ! (страница 3)
– Хорошо, дедуль, я понял, спасибо, – Коля повернулся, собираясь выйти из комнаты, но дед его окликнул.
– Погоди, дам я тебе форму, чтобы по-настоящему. И сапоги с портянками.
– А портянки зачем? – удивлённо спросил Коля. – Я в носках.
– Ты же хотел по-настоящему, или передумал? – насмешливо спросил Иван Степаныч.
– Нет, конечно, давай. – И, помешкав, спросил: – А… больше формы нет? А то мы с друзьями хотели…
– И сколько вас?
– Четверо: Серёга, Ира, я и Яна.
– Понятно. С Ирой-то у вас как дела? – дед прищурился с улыбкой.
– Ну, дед…
– Ладно, ладно, проехали. Дело молодое, – он понимающе улыбнулся. – Так, с вами, пацанами, всё просто, а вот девчонкам юбки нужны. Хорошо, пойду завтра по сослуживцам пробегусь, надеюсь, что не я один сберёг.
Вечером следующего дня дед принёс четыре комплекта формы с сапогами и портянками: два мужских и два женских.
– А где погоны? – удивлённо спросил Коля, осматривая форму.
– Вот же, петлицы, – дед показал на воротничок. – Это форма до сорок третьего года была. Погоны потом пошли.
– А это что? – Коля показал на треугольник.
– Этот треугольник обозначает звание – младший сержант, командир отделения. Это, кстати, моя гимнастёрка. Когда мне присвоили звание младшего сержанта, довольный был – страсть! – Иван Степаныч закрыл глаза, вспоминая. – И когда потом нам выдали новую форму, я эту сохранил. И через всю войну пронёс.
– Во, это моё будет! – довольный Колька накинул гимнастёрку.
– Всё-таки выпендрёжник, – покачал головой дед.
– Ещё бы награду какую-нибудь, а?
– Награду заслужить надо, это не просто медальки, люди за них кровь проливали, – дед сурово глянул на внука.
– Извини, пожалуйста, – потупился Коля.
– Ладно, забыли, – проговорил он, помогая Коле повесить форму в шкаф. Тёплая рука провела по голове внука. – Молодцы! – и, улыбнувшись, Иван Степаныч пошёл к себе в комнату. А Коля так и остался стоять, размышляя над смыслом слова «Молодцы». Что дед имел в виду?…
Сегодня собирались на лавочке в парке. Девчонки ели мороженое, ребята щёлкали семечки. Ветер, тёплый и ласковый, шелестел листвой.
Сергей, как всегда, рассказывал очередную душещипательную историю.
Ира мечтательно смотрела в небо, а Яна сосредоточенно облизывала клубничный рожок, стараясь не запачкать новое платье. Мимо проходили пары, держась за руки, и мамы с колясками.
Осилив наконец мороженое и не испачкавшись, Яна перевела взгляд на друзей.
– Ну что, граждане алкоголики, тунеядцы и бездельники, может, в кино?
– Я за! – откликнулся Сергей.
– И мы за! – подхватила Ира, ловко взяв Колю под руку. – Правда же? – и заглянула ему в глаза.
Коля покраснел и выдавил:
– К-конечно…
Ира рассмеялась, вытянула руку в сторону ДК и скомандовала:
– Вперёд!
В преддверии девятого мая показывали военный фильм про разведчиков, но Коле было не до фильма: он сидел рядом с Ирой, ощущая лёгкий аромат её духов, тепло ладони, которая сжимала его руку. Наконец он решился и обнял девушку, но положил руку не на плечо, а на спинку кресла, и замер. Ира повернулась к нему и улыбнулась, её глаза сияли. «Фух», – отлегло у Коли, он аж вспотел, боялся, что девушка отстранится. Не к месту опять вспомнились частушки «Сектора Газа», он даже напел про себя: «Как бы мне её обнять, эх, боюсь, едрёна мать, я ведь женщин никогда не обнимал…» Пронесло! И Коля положил уже руку на плечо девушки, она чуть подалась к нему. Счастье.
Кино закончилось, наши победили, но Коля не помнил сюжет: разведка, немцы, наши – он сейчас был на седьмом небе. Тёплый вечер, рядом идёт Ира, Иришка, Ирочка, цокает каблучками. Красота. Проводил до дома, ещё долго стояли, разговаривали, смеялись, уже и не вспомнить, о чём.
Около подъезда остановилось такси.
– Привет, молодёжь, домой не пора? – статный, довольно высокий мужчина подошёл к ним.
– Ой, папка, привет! Познакомься, это Коля. Коль, это мой папа, Владимир Михайлович.
– Здравствуйте, очень приятно, – парень пожал крепкую мужскую руку.
– Ну что, ребята, зайдёте? Чай попьём, чего около дома стоять?
– Может, правда? – спросила девушка и посмотрела на Колю.
– Нет, Ириш, поздно уже, неудобно. Спасибо, Владимир Михайлович.
– Ну нет, так нет, заходи как-нибудь. Давай, Ириш, прощайся с кавалером и домой, – с этими словами отец Иры зашёл в подъезд.
– Ну, пока, – Ира привстала на носочки и чмокнула парня в щёку. – До завтра.
– До завтра, – тихо проговорил Коля.
Он смотрел, как Ира, весело звеня ключами, скрывается за дверью подъезда. В груди было странное ощущение – смесь восторга и лёгкой грусти: восторг от её близости, от этого мимолётного прикосновения, и грусть от предстоящей разлуки, пусть и всего лишь до завтра. Нужно было идти домой, но ноги словно приросли к асфальту. Он стоял и смотрел в ту сторону, где только что исчезла Ира. Вспомнилось их сегодняшнее свидание: кино, потом прогулка по парку, смех, разговоры ни о чём и обо всём сразу. Ира умела создать вокруг себя атмосферу лёгкости и радости, и Коля чувствовал себя рядом с ней по-настоящему счастливым. Наконец он оторвался от своих мыслей и довольный двинулся в сторону дома.
На следующий день ребята сидели в беседке у озера. Коля торжественно обвёл взглядом друзей, произнёс:
– В общем, есть у нас форма на всех, дедуля постарался.
– Ура! – девчонки вскинули руки вверх.
– Класс! – Серёга показал большой палец.
– Она, конечно, не новая, где-то потёртая, заштопана, но это, я думаю, то, что нужно.
– Согласен, – Сергей поддержал друга.
– Ребята, пошли на лодке покатаемся, а? – Яна с мольбой посмотрела на друзей.
– Ян, погоди, давай решим, как завтра всё будет, где встретимся.
– Серёж, чего решать? Зайдём к Коле, там оденемся и пойдём, а сейчас пошли на лодку, ну, пожалуйста, – Яна сложила руки на груди.
– Ладно, Янка права, – Коля поднялся. – Что мы, правда, обсуждаем? Завтра соберёмся и посмотрим.
Погода стояла отличная: лёгкий ветерок ласкал кожу, светило солнышко, шелестели листья. Лодка тихо скользила по озеру, только был слышен всплеск вёсел. Серёга греб, Яна сидела спереди и, облокотившись спиной на нос лодки, закрыв глаза, раскинула руки в стороны. Ира с Колей сидели сзади, парень нежно обнял девушку. Серёга, хоть и сосредоточенно греб, но постоянно оглядывался, бросая взгляды на Яну, любуясь её безмятежным лицом, освещённым мягким светом.
– Смотри, как Серёга на Янку смотрит, – шепнула Ира Коле.
– Влюбился, наверное, – ответил тот.
– Я всё слышу, – цыкнул на них Сергей.
Коля с Ирой рассмеялись.
– И я тоже, – не открывая глаза, лениво протянула Яна.
На этот раз расхохотались все.
ГЛАВА 2
Девятое мая. Тёплое солнце нежно касалось мостовых, пробуждая город от утренней дрёмы. В воздухе витал лёгкий аромат свежей зелени и распускающихся цветов. Повсюду развивались алые знамёна. По улицам медленно шагали ветераны. Одни – в сияющих парадных мундирах, другие – в скромной походной форме, но у всех на груди блестели ордена и медали. В их глазах читалась глубокая усталость прожитых лет. Многие двигались с трудом, опираясь на трости или бережно поддерживаемые заботливыми родственниками. Они пришли сюда, чтобы почтить память павших и разделить со всеми великую радость Победы. Знакомый аромат полевой кухни, развернутой на нескольких крупных площадках, где любой желающий мог выпить кружку крепкого, горячего чая и отведать дымящейся солдатской каши, разносился по всему городу.
Друзья собрались у Коли. Серёга примчался первым. Девчонки, как всегда, задержались, наводя последние штрихи красоты. Переодевшись, Серёга оглядел себя и друга и восхищённо присвистнул: