Серж Столон – Я СВОЙ, СОВЕТСКИЙ! (страница 4)

– Здорово! Как настоящие солдаты! – воскликнул он. – А это у тебя что за треугольник? – показал он на петличку.

– Это моё звание, – с гордостью ответил Коля, расправляя воротник. – Младший сержант, командир отделения. А ты, – он ткнул друга в грудь, – ты, рядовой, мой подчинённый. Ну-ка, солдат, – Коля принял важный вид. – Ровня-а-айсь! Смир-р-рно! – пробасил он, едва сдерживая улыбку.

– Есть, товарищ младший сержант! – Сергей мгновенно вытянулся по струнке и лихо, хоть и не совсем по уставу, приложил руку к виску.

Ребята громко засмеялись.

– А вот и мы! – Девушки появились неожиданно.

     Парни замерли, открыв рты. Первый пришёл в себя Сергей.

– Ух ты!.. – выдохнул он, не сводя восхищённого взгляда с подруг.

– Какая же ты… – начал было Коля, глядя на Иру, но тут же запнулся, заливаясь краской. – Красивая! – закончил он, смущённо опуская глаза.

– Спасибо, – застенчиво улыбнулась девушка.

Девчонки действительно выглядели шикарно в форме: ладные и стройные они были безумно привлекательны.

Яна решительно подошла к Коле, схватила его за воротничок и внимательно вгляделась. Затем её взгляд переместился на Сергея, оценивая его форму. Развернувшись к подруге, она театрально нахмурилась и произнесла:

– Всё, расходимся, нас обманули.

     Ира непонимающе уставилась на неё.

– Куда?

– Да хоть куда, – Яна подмигнула подруге, её губы тронула лукавая улыбка. – Посмотри, Ириш, сами себе с красненькими штучками форму добыли, значки какие-то повесили. У Коли, – она кивнула в его сторону, – ещё и треугольник есть. А нам, видишь, что подсунули? – Яна взяла пальцами свой воротничок, демонстрируя его Ире, и снова развернулась к ребятам. – Кто за это ответит, а? – громко и сурово произнесла она.

Друзья переглянулись и хотели начать оправдываться. Но, заметив, как девчонки едва сдерживают смех, расслабились.

– Блин, Янка, – покачал головой Сергей, – я вроде чувствовал подвох, но ты так серьёзно это говорила…

– Похоже, мне стоит пробовать себя в кино, – усмехнулась Яна. – Ну что, выдвигаемся? – Она вопросительно посмотрела на ребят.

– Да, пора. – Коля взял Иру за руку и направился к двери.

На школьном дворе царил хаос: дети носились взад-вперёд, учителя с озабоченными лицами пытались собрать кричащие классы в колонны для шествия к могиле Неизвестного Солдата. И тут появились они. Четвёрка в поношенной, но аккуратной военной форме мгновенно приковала к себе взгляды всех присутствующих. К ним потянулись не только одноклассники, но и ребята из параллельных классов; даже малыши то и дело подбегали, осторожно касались пальцами грубой ткани гимнастёрок и, перешёптываясь, уносились обратно.

– О, а вот и наша Дарья Сергеевна бежит, – с ноткой обречённости вздохнул Сергей, наблюдая за приближающейся фигурой классной руководительницы. – Сейчас начнётся…

Ира демонстративно одёрнула гимнастёрку.

– Ну и ладно, мы что, пьяные пришли или ведём себя непотребно?

– Да ей всё равно! – неожиданно резко вырвалось у Коли.

Классная быстрым шагом подошла к ребятам. Её оценивающий взгляд медленно прополз по каждому. Оглядев их с ног до головы, она почти прокричала возмущённо:

– Саблин, Никифорова, Малыгин, что это вы на себя напялили? А это кто ещё с вами? – Она небрежно кивнула на Яну, даже не потрудившись посмотреть в её сторону.

– Дарья Сергеевна, это Яна, она из пятнадцатой школы. А форма… это же патриотично! Как наши деды раньше, это же праздник Великой Победы… –  пытался оправдаться Коля.

– Малыгин! – довольно грубо перебила она. – Тебе что было сказано? Белый верх, чёрный низ! Марш переодеваться! И вы двое тоже! – И, не желая дальше ничего слушать, отвернулась от них, уставившись на Яну: – А ты, девочка, иди к себе в школу, у вас там наверняка тоже собираются.

Коля насупился, опустив голову, но при этом не мигая смотрел на классную.

– Не пойду!

– И я тоже, – Сергей решительно шагнул вперёд.

     Дарья Сергеевна упёрла руки в боки, склонила голову и ехидно процедила:

– Ах, не пойдёте? – От возмущения она поперхнулась, но, откашлявшись, продолжила: – Вы, наверное, думаете, что всё, школа закончилась? Надеетесь, что тройку в аттестат и так поставят? – Её голос звучал всё громче. – Ошибаетесь! Это я буду решать, поставить вам тройку или на пересдачу отправить. Понятно?

Секунду помолчав и собираясь с мыслями, она повернулась к Ире:

– Я не пойму, Никифорова, ты-то куда лезешь? Этому раздолбаю всё равно, что получить, – она, не глядя, махнула в сторону Коли. – Он в армию собирается, а вы с Саблиным, – тыкнула она пальцем в Сергея, – по-моему, в институт. Или я ошибаюсь? Не пойдут они, смотри-ка?

Дарья Сергеевна кипела, как чайник.

– Вон, посмотрите вокруг, – она обвела рукой площадь у школы. – Все, значит, пришли, как полагается, а им, видите ли, выделиться захотелось.

– Не выделиться, – пробормотала Ира себе под нос.

– Что ты сказала? – Классная резко развернулась к ней. – Повтори!

– Ничего, – потупилась девушка.

– Вот и молчи тогда, раз сказать нечего! – Дарья Сергеевна уже собиралась снова обрушиться на парней, но, заметив приближающегося директора, мгновенно преобразилась. Она подтянулась, а на лице расцвела широкая улыбка. – Здравствуйте, Степан Андреевич!

– Дарья Сергеевна, что здесь происходит? – Директор подошёл к ним, вставая между учительницей и группой учеников. – Вас из раздевалки было слышно.

– Да вот, посмотрите, – классная недовольно кивнула на ребят. – Было ведь сказано: белый верх, чёрный низ. А они… И девочка из другой школы.

Директор, оглядев друзей, произнёс:

– Ну и что? Посмотрел. Молодцы, ребята! Так держать! – Немного подумав, добавил: – Пойдёте в первых рядах. – И, обернувшись к классной, сказал: – А вам, Дарья Сергеевна, советую почаще поддерживать разумную инициативу учеников. А то мы их совсем думать разучим. – Не дожидаясь ответа, он кивнул ребятам и пошёл дальше.

Классная проводила его испепеляющей улыбкой, развернулась к друзьям и прошипела:

– Так, вы четверо – вперёд! – Она недовольно сморщилась, закусив губу, но с собой справилась.

– Обиду, наверное, затаила, – шепнул Сергей другу.

– И ладно, месяц остался, – возразил Коля. – Как-нибудь протянем.

– Экзамены ещё сдать надо, и не как-нибудь, а она валить будет, – не унимался Сергей.

– Сдадим, – Коля улыбнулся и подмигнул приятелю. – Пусть валит.

– Тебе хорошо говорить, ты в армию собрался. А мне в институт…

– Серёг, отстань, а? – перебил друга Коля. – Всё нормально будет.

К парку шли торжественной колонной. Друзья гордо шагали впереди и ловили восхищённые взгляды людей. Одни улыбались им вслед, другие хлопали в ладоши, третьи одобрительно поднимали большой палец. У могилы Неизвестного Солдата, когда они возлагали цветы, к ним подошёл ветеран. Он был очень стар, с трудом держался на ногах; на груди висела одна-единственная награда – Золотая Звезда Героя. Он долго тряс руки ребятам, а по его морщинистым щекам текли слёзы.

Коля, тронутый до глубины души, наклонился к другу и тихо спросил:

– Интересно, что надо совершить, чтобы получить Героя?

     Серёга пожал плечами.

– Подвиг, наверное. Настоящий. Как Александр Матросов, например. Грудью закрыть вражеский дот.

– Это понятно, но Матросов погиб… – Коля понизил голос почти до шёпота. – А так чтобы… ну, живым остаться?

– Коль, ты серьёзно думаешь, что, совершая подвиг, кто-то размышляет о собственной жизни? Просто делают то, что должны. И всё.

Коля промолчал, не зная, что ответить другу.

Всё прошло отлично: цветы возложили, послушали речь мэра, истории ветеранов. После официальной части начинался концерт – песни Великой Отечественной войны. Ребята, устав от толкотни, немного отошли в сторону. На сцене появился первый исполнитель и запел:

«День Победы, как он был от нас далёк,

Как в костре, потухшем таял уголёк…»

– Куда пойдём? – Яне всё хотелось куда-то идти, бродить, смотреть.