Сергей Журавлёв – Там, где много всякой синевы (страница 13)
— Какую еще вещь?
— Что ты думаешь о Славике? Как он тебе? Только честно! Мне важно знать твое мнение.
— Зачем тебе, о смертная, мое мнение?
— Я тебя первая спросила. Ты сказал: обращайся.
Я взял ее за руку.
— В качестве аванса. Так сказать, брейк зэ айс растопить лёд. Укрощение строптивой.
Волкова дернула руку, но я не отдал.
— Что ты думаешь о нем?
— О нем или о Нем?
— Я серьезно!
— Я же, правда, о нем ничего не знаю... Знаю, что не сидел, а почему не сидел...
— Да ну тебя! Он там директор какой-то в фирме.
— Да ладно, директор и на рыжей «пятерке»?
— Ну я не знаю, они там крыши что ли чистят.
— Слушай, а у этого твоего Стасика сестра есть или там секретарша, а?
— Не Стасик, а Славик.
— Один черт! Слушай вы чего сегодня вечером делаете?
— Вообще-то собрались в ресторан. Правда, еще не решили точно. Может к его родителям. — Волкова хохотнула. — Знакомиться.
— К родителям я не пойду.
— Что так?
— А давай типа я с вами в ресторан?
— Не знаю, мне надо со Славиком посоветоваться.
— А у него секретарша есть? Или массажистка?
— Нет, правда! Как он тебе? Мне важно знать твое мнение.
— Если говорить о первом впечатлении — он серьезный мужчина.
— Правда?
— Мне так показалось. А у него это с тобой серьезно? Или постоянно? Сколько лет, говоришь, не пьет?
— Дурак! Они шесть дней висели на Кюкюртлю.
— Поздравляю!
— Да ну тебя! Начинаешь опять.
— Да, нет, правда, я знаю: такие рождаются на заводе «Серп и молот», роды принимают механики. Сразу видно сильная личность.
— Правда? Нет, правда? Он в армии он был военным пловцом.
— Не фашист, но парень закаленный.
— Все! Отдай назад мою руку!
— Я проверял твои чувства.
— Ну, конечно!
— Я веру твою испытую!
— Я тебя не слышу!
— Если серьезно, то он мне понравился.
— Отстань!
— Кстати, Кукуртли.
— Что Кукуртли?
— Стена Кукуртли-Баши. Кюкюртлю это река.
— Ну, я же так и сказала Кукуртли! Ты что глухой?
— Просто ты еще сказала, он пловец.
— Я тебя не слышу!
Волкова отвернулась.
— Да, нет. Этот твой Стасик... Славик! По-моему, он серьезный человек.
Волкова опять повернулась.
— Как ты непостоянна!
— Нет, правда? Ты, правда, так думаешь?
— Просто флюгер!
Волкова положила мне голову на плечо.
— О чем мы говорили?
— Ты сказал, он серьезный человек.
— Я человека сразу вижу.
— Я знаю.
— Там, откуда я родом, мы это называем менеджер.
— Вы это кто?
— Мы — это я и интеллектуальная фронда Лондона. Вэа из южал менедже оф мис? Кто тут у нас распорядитель веселья? Сон в летнюю ночь. Ты, знаешь, что Сталин тоже был южал менедже? Не закончив школу, ограбил банк, убил жену, ничего не оставил детям, окромя инвалидности и умер без сапог. Его скоро реабилитируют.
— Правда? Ты правда так думаешь?
— Сталина-то? Пятьсот процентов.
— Отстань! Ты сказал, он серьезный человек. Ты правда, так думаешь?
— Да!
— Нет, правда?