Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 22)

— А! Та, что у подковного залива? Так нет еë! Месяца так три, наверно, а то и больше, спалили. — Услышал наëмник от одного старика.

К своему удивлению, в тот момент Хазард ничего не испытывал, лишь глухая пустота в его душе стала глубже и тяжелее. Сейчас, узнав истинную причину произошедшего, он чувствовал сильную и острую боль. Хазард не мог выкинуть образ сгоревшего тела Алисы из головы, и несмотря на то, что прекрасно понимал — он не пробыл бы в деревне четыре года, в мыслях метался вопрос: «Если бы я остался, смог бы как-то помочь или же просто стал жертвой Вороньего проклятья вместе с ними?».

От тяжелых дум отвлекли три прерывистых свиста, похожих на трель лесных птиц. Это был знак от Артиры — впереди всё чисто, никто не обнаружен. Вскоре сама девушка спрыгнула с ближайшего дерева. Еë взгляд, как и всегда, вскользь пробежал по отряду. С немым вопросом глаза девушки остановились на Хазарде, она чуть склонила голову, смотря словно сквозь наëмника. Ещё не слишком понимая безмолвные вопросы лучницы, Хазард смотрел на неë. Всего на мгновение взгляд Артиры изменился, словно она наконец, увидела перед собой человека. Их взгляды встретились и казалось, что в этот момент в глазах лучницы читался безумный, парализующий страх и необъяснимая, животная ярость. Этот взгляд было физически тяжело выдерживать и, похоже, Артира это понимала. Оба воина почти одновременно отвели взгляд друг от друга.

— Куда дальше? — вместо лучницы озвучил Фейрлинг.

— От скалы по дороге налево, обогни еë и жди у оврага. — Чуть растеряно ответил наëмник. Артира кивнула и вскоре вновь скрылась в деревьях. «Она странная… Надо будет расспросить Милеса о ней, когда будет время» — подумал Хазард.

Отряд продолжил движение. Первыми шли Милес и Хазард, за ними следовала принцесса Фэритика, а за ней Эйлин. Справа от девушек шёл Фейрлинг, слева был Кирен, замыкал же «процессию» Энрик.

Лес постепенно наполнялся новыми звуками, пробуждаясь под яркими лучами солнца. Щебетание птиц слышалось со всех сторон, где-то глубже в лесу мелкие животные тревожили кусты и заросли, белки стремительно взбирались вверх по деревьями, скребя когтями, и прыгали с ветки на ветку.

— Поохотиться бы здесь — мечтательно произнёс Кирен, оглядывая лесные просторы, — Добыча, кажется, сама в руки просится.

— Жральник бездонный — Фыркнул Энрик.

— Ну а что? — Кирен посмотрел на брата, — Будто ты уже не проголодался?

— Нет, — буркнул Энрик, впрочем, по его телосложению казалось, что о еде он думает чаще, чем его стройный брат. — И вряд ли ближайшее время вообще захочу есть.

По тихим вздохам нескольких людей в отряд можно было понять: все они сейчас вспомнили уничтоженную огнём деревню.

— Хазард, что ты можешь рассказать нам о Ванилионе? Ты часто бывал в нём? — Решил сменить тему Милес, — Чего стоит опасаться и как действовать?

— Я бывал там несколько раз с наставником, но не слишком часто. Если соблюдать их правила и законы, проблем быть не должно. — Хазард и сам был не против отвлечься за разговором от мрачных мыслей

— Соблюдать законы подонков, бандитов и убийц?! — возмущенно прохрипел Фейрлинг, включаясь в беседу.

— Ванилион не только город разбойников, это город беженцев, беглых рабов, всех, кто по той или иной причине лишился дома. — Ответил наëмник, оглянувшись на собеседника. Фейрлинг недовольно фыркнул, с насмешкой смотря на юношу.

— Ты серьёзно думаешь, что кто-то из них имеет власть в этом городе? Вся власть там находится в руках бандитов. Бандит всегда останется бандитом, а бандит с властью — тем более.

— В любом случае, это значит, нам надо быть настороже и не злить местную власть. В городе никаких титулов, обращаемся друг к другу только по именам и лишь в крайнем случае. — Четко, строго и по северному произнёс Ард, мельком оглядев отряд. Каждый, по кому скользил взгляд Милеса, кивнул ему в ответ. Взгляд южанина вернулся к Хазарду.

— Какие наши действия, когда окажемся внутри города?

— Первым делом мы идём к знакомому мне вестнику и узнаем самый безопасный, на это время, маршрут до Войтэса. Затем покупаем лошадей. Я знаю конюха, что довольно дёшево их продаёт.

— Представляю, откуда он их берёт. Ручаюсь, что скупает у местных ублюдков, убивающих мирных путников и торговцев. — Вновь фыркнул Фейрлинг, в его хриплом голосе звучало отвращение.

— У тебя есть другое предложение? — ледяным тоном спросил Хазард, вновь обернувшись на Фейрлинга. Холодный взгляд наëмника столкнулся с полными огненной злобы глазами изуродованного рыцаря и огонь отступил. Фейрлинг отвернулся, негромко что-то бурча и сплюнул в сторону.

На мгновение Хазард встретился глазами с Фэритикой. Наëмник отметил для себя, что он хотел этой встречи. По какой-то причине ему было важно узнать еë мнение о происходящем, о том, что он предлагает. Принцесса поддерживает своего кузена или же согласна с идеей Хазарда? К сожалению, во взгляде девушки не было ответа на этот вопрос, лишь тревога и напряжение. И всё же губы принцессы чуть дрогнули в слабой улыбке, когда она посмотрела на наëмника.

— Если всё пройдёт гладко, — выдержав паузу, продолжил Милес, словно ничего не произошло, — к вечеру мы будем готовы выступать?

— Я думаю да.

— Славно. Предлагаю не останавливаться на ночлег в Ванилионе. Проедем так далеко, насколько сможем в ночи и будем искать ночлег или в ближайшем трактире, или под открытым небом. Что скажите миледи? — Спросил южанин, обращаясь к Фэритике.

— Чем раньше мы начнём путь, тем лучше. Я согласна с вами.

— Славно.

Отряд подошёл к большой скале, от которой вели две дороги. Свернув налево, они вскоре обогнули скалу и вышли к уже указанному Хазардом оврагу, у которого, сложив руки на груди, ждала лучница. Она повторила прерывистый свист три раз, как только отряд показался из-за скалы. Впереди уже виднелась разрушенная башня Ванилиона.

Во времена старой империи Ванилион был городом-тюрьмой. В самом его сердце стояла Великая башня, на вершине которой горело волшебное пламя, освещая окрестности. Пламя было прозвано Взором императора. И если изначально Ванилион служил символом порядка и закона, что ни одно преступление не скроется от праведного гнева императора Рубина, то во времена Саривана, Ванилион стал синонимом жестокости, страданий и смерти для всех, кто осмелился, даже в мыслях, осуждать правление нового императора.

От моста через овраг остались лишь воспоминания в виде вбитых в землю брёвен по обе стороны. К счастью, в это время года воды на дне оврага было не много. Сквозь водную гладь виднелись гладкие вершины камней, по которым, с достаточной долей везения и ловкости, можно было добраться на противоположную сторону не сильно промокнув. Высота оврага была не многим больше двух метров.

— Артира, ты пойдёшь первой, следом за тобой я и Хазард. — Южанин повернулся к принцессе — Фэритика, дальше вы — с небольшой паузой сказал Милес, похоже, ему требовалось время, чтобы привыкнуть обращаться к девушке, не указывая титул.

«Как же давно он живёт вдали от юга?» — думал Хазард, вспоминая, как легко некоторые южане способны менять стиль обращения к человеку, собственное имя и цену, которую назначает он или ему. Порой за одно предложение. Но статус Фэритики и сама девушка, по всей видимости, были для Милеса особенно важны.

— Фейр, следуешь за ней, Эйлин, вы за Фейрлингом. Кирен, Энрик, вы замыкаете.

Возражающих не было. Не теряя времени, Артира легко спрыгнула в овраг, быстро перескакивая с камня на камень. Ноги лучницы, казалось, лишь слегка касаются их. Вскоре девушка, оттолкнувшись от последнего камня, высоко подпрыгнула, зацепилась за уступ и грациозно забралась на противоположный берег.

— Впечатляет. — Не удержавшись, произнёс Хазард.

— Да, каждый раз. — Сказал Фейрлинг, стоя рядом с наёмником, также наблюдая за движениями лучницы.

Беседа с изуродованным рыцарем у наёмника не клеилась, но возможно обсуждение чего-то, в чем они оба согласны, поможет наладить отношения, решил Хазард. Да и любопытство подстегивало узнать о безмолвной лучнице больше.

— А… — начал Хазард.

— Оставим беседы на более удобное время, друг мой. — Оборвал его Милес, начиная спуск.

Движения южанина были далеко не настолько грациозны и все же воин ловко спрыгнул вниз, а затем, проверяя каждый из камней на устойчивость, перепрыгнул по ним на другую сторону.

Хазард спустился в тот момент, когда Милес стоял на последнем из камней. Наёмник обернулся к Фэритике, ждавшей свою очередь.

— Я помогу. — Не громко произнёс юноша.

— Не стоит, — с улыбкой ответила принцесса. Девушка, стоя на краю, чуть наклонилась вперёд, разглядывая отвесную стену оврага. — Здесь есть уступы, я справлюсь.

Слегка подняв подол платья, под которым были видны походные сапоги, девушка осторожно начала спуск. Наёмник, чтобы не мешать и не смущать принцессу, двинулся дальше. Несколько раз за этот небольшой путь он оборачивался, проверяя, все ли в порядке, и постоянно прислушивался, боясь услышать вместо шага звук, с которым нога соскальзывает с мокрого камня, унося хозяина в ледяную воду. Хазарду было неприятно от того, что он, несмотря на слова принцессы, всё же не помог ей. Беспокойства о девушке и своём поведении, настолько заполнили голову наёмника, что он, ступив на один из камней, поскользнулся и чуть не упал. Удержав равновесие и густо покраснев, Хазард продолжил идти.