Сергей Волжин – Бесов Холм. Том 1 (страница 24)
Бернардин резко встала, встряхнула мокрыми от пота волосами и вытерла остатки слёз. Заклинание Умиротворения, всё же отпущенное Дорианом, настигло её. Наполненное тёплой заботой и любовью, оно пыталось развеять страшные мысли и образы, но Бернардин просто не хотела их отпускать. Она хотела запомнить вчерашний вечер таким, каков он был. Ведь это был последний вечер, проведённый с любимым. Но всё же стало чуточку легче, и она мысленно поблагодарила отца.
– Берни, с тобой что-то произошло? Ты чуть не потеряла контроль над Потоком. Скажи, ты прикасалась к Тёмному Источнику? Черпала из него?!
– Как ты мог подумать такое?! Я бы ни за что!
– Дочка, мне ты можешь рассказать всё.
– Я сказала, нет! – крикнула в сердцах Бернардин и снова села на кровать.
Дориан мягко улыбнулся, пододвинулся поближе и обнял дочь.
– Извини старого дурака. Конечно, ты ничего такого не делала. Возможно, контакт с Тёмным прислужником вызвал расхождение линий соприкосновения Источника в твоём сознании, и когда взаимодействие перевалило за фатальный перегиб…
– Отец, выслушай меня, – Бернардин знала, что, если не остановить старого профессора, его рассуждения перерастут в полноценную лекцию по теории Магии. – Я видела его. Я слышала, как он говорит!
– Берни, воспоминания о безвременно ушедших ещё долго живут в наших сердцах.
– Нет, ты не понимаешь. Я говорю не об Истиане, – её голос дрогнул. – Я говорю о Звере!
Охотник
«Темнота. Наконец темнота. Темнота напоминает далёкий мир. Мой мир. Тишина вокруг. Сухие кости вокруг. Мёртвые люди лежат под камнями. Древние отцы людей. Люди забыли своих отцов. Люди забыли силу отцов. Теперь люди слабы.
Кровь Галлана наполняет меня. Кровь Галлана сделала меня сильнее. Галлан стал добычей Охотника.
Приказ выполнен. Человек получил смерть. Теперь у Охотника нет хозяина! Теперь Охотник свободен. Впереди новая добыча!»
Тиан – мёртв!
Бернардин с отцом сидели в небольшой беседке на заднем дворе родового поместья Местраль. Ляйсан принесла им отвар из трав, как и просил её Дориан. Мутная жидкость в гранёных кубках излучала мягкий оранжевый свет. Этот эффект ей придал фаран, добавленный служанкой в настой. Сушёные листья этой приправы привозились в Эделию купцами с Вечноцветущих островов и считались самым дорогим продуктом во всей ойкумене. За пригоршню фарана можно было приобрести небольшую ладью с командой гребцов или десяток лучших скакунов Эделии. Ляйсан, не совсем пришедшая в себя после пережитого в спальне хозяйки, от души сыпанула его в отвар и теперь стояла чуть жива, ожидая хозяйского гнева.
Дориан отхлебнул из кубка и с удивлением глянул на необычное зелье. Бернардин, увидев окрашенные в оранжевый цвет усы отца, всё поняла и слабо улыбнулась.
– Ступай, Ляйсан, – кивнула она. – Всё хорошо.
Служанка быстро удалилась, моля предков и девятьсот девяносто девять детей Великого Прародителя Ри Сао Кама, коих почитали родившиеся на землях Вечноцветщих островов, чтобы старший Местраль не заметил ошибку.
– Удивительно! – откашлялся Дориан. – Наша восточная красавица освоила какой-то новый рецепт?! Что за прекрасный изумительный цвет! А сладость! Попробуй, родная, это очень вкусно!
– Отец, выслушай меня. – Бернардин в своём любимом изумрудном платье, с аккуратно забранными наверх волосами уже никак не походила на женщину, недавно бившуюся в истерике.
– Прости, дочка, – поставив кубок на стол, произнёс Дориан. – Так что ты говорила? Кого ты видела? Голос? Тебе что-то приснилось?
– Я видела. Я видела и слышала существо, напавшее на Истиана.
– Существо?! Я так понял, что на старшего Галлана напало некое животное! Хочешь поговорить об этом? Это какой-то неизвестный доселе зверь, не записанный ни в один бестиарий Эделии? Так неужто теперь звери стали разумны и научились говорить?! Воистину чудеса природы неисчерпаемы!
Дориан увлечённо принялся перечислять всех известных ему историков и учёных, когда-либо работавших с Большим Полным, а после с переписанным, Большим Полным Дополненым Бестиарием Эделии, чьё последнее издание являло собой огромный фолиант, насчитывающий три с лишним тысячи страниц с иллюстрациями и подробнейшими описаниями всех тварей, больших и малых, встречающихся в Эделии.
Бернардин с грустью посмотрела на отца. Разум всё больше и больше подводил его. Дориан Местраль, один из величайших магов своего поколения, терял разум и вот уже более двадцати лет был отлучён от Совета старейшин.
Случилось так, что несколько особенно прогрессивных учёных мужей Ладоса подвергли группу добровольцев воздействию экспериментальных заклятий, пытаясь открыть простым людям доступ к Источнику, дарующему Силу. В основу этих опытов легли формулы, разработанные Дорианом. В результате этих нечеловеческих экспериментов сотни подопытных погибли, а выжившие превратились в уродливую насмешку над чародеями. Однако выжившим, практически потерявшим рассудок бедолагам всё же нашлось применение. Контролировать Источник они так и не научились, зато в рассеивании чужих чар и блокировке заклятий равных им не было. Также у них проявлялись и неожиданные, специфические способности. Например, член Центральной Магической ячейки Киррик Немисциан мог создавать до четырёх своих копий, тем самым усиливая себя.
После громкого скандала учёные-экспериментаторы попали в опалу, а Дориан Местраль, узнав о своей невольной причастности к этой катастрофе, от горя и стыда повредился рассудком. С тех пор место в Совете заняла тогда совсем ещё юная Бернардин. Её отец сменил магическую лабораторию на рыболовные снасти, а лекции в Семинарии – на разговоры о погоде и налогах с такими же стариками, как он сам. Остальное время он проводил за чтением героических легенд, саг и опусов, мечтая о приключениях и битвах, которые по воле судеб всегда обходили его стороной. Он считался больше теоретиком, чем практиком. Напустить огненный шторм или сотворить из пыли непробиваемый купол для попавших под ливень стрел воинов было не его. Сфокусировать или усилить уже сплетённое заклятие, проникнуть в сознание школяра для укрепления связи его Потока с Источником или объяснить сложную систему эманаций магических нитей так, чтобы это смог понять даже крестьянский пятилетка, – лучше Дориана Местраля в Эделии не мог никто.
– Ты слышишь меня? – Бернардин взяла отца за руку.
– Конечно, милая. Так о чём бишь мы?
– Истиана убило существо из Тёмного Мира. Оно просто разорвало его на куски. – Ужас, пережитый в саду, вновь вернулся, и голос Бернардин задрожал.
Дориан вскинул брови и посмотрел на дочь.
– Тёмное существо?! Слуга Трёх Тёмных?! И ты говоришь, видела и слышала его во сне?!
Бернардин кивнула и опустила голову.
– Он говорил о конце времён. О том, что скоро всё покроет Тьма и начнётся Великая Охота.
– Великая Охота… – повторил старик.
– Отец, ты слушаешь?
– В вести, отправленной по Потокам, говорилось лишь о некоем Звере. Тёмный пришелец?! Говорили, что ты пыталась захватить его, но не справилась и от пережитого потеряла сознание. Я почувствовал твоё возвращение, а после ужас Ляйсан. Кстати, она научилась варить вкуснейший настой, попробуй. – Дориан потянулся за кубком с недопитым отваром.
– Отец, пожалуйста! – взмолилась Бернардин. – Послушай же меня!
– Прости старика, – улыбнулся Дориан. – Погоди-ка.
Он достал из маленького поясного мешочка круглый гладкий кристалл величиной с монету и сжал его в трясущемся кулаке. Кристалл ярко засветился, и глаза старейшего из Местралей сверкнули в ответ.
– Продолжай, прошу, – голос старого мага сильно изменился, наполнился силой. Несколько морщин на лице исчезли, крючковатые пальцы распрямились, легко жонглируя кристаллом на костяшках.
– Тебе не стоит так часто использовать кристаллы. Это рискованно.
– Берни, оставь заботы о моём здоровье. Я знаю о кристальной подпитке больше всех в Эделии и прекрасно понимаю, насколько опасно это может быть. – Дориан убрал кристалл в мешочек и положил тот на стол. – Убийство одного из сильнейших магов Ладоса в столице… Помоги нам Трое! Этот Зверь, он был один?
– Да, один. И в битве с Истианом он был сильно ранен. Я… я не знаю, как это ещё описать. Магия Тиана изуродовала его: оторвала лапу или руку, не знаю. Мясо было содрано до костей. А потом… потом он начал поедать его и просто восстановил себя! Я пыталась убить его, но появились Дворцовые стражи и остановили меня. Они заблокировали моё заклятие!
– Дворцовые стражи тебя остановили? Бернардин, что ты говоришь?!
– Они сказали, что у них приказ захватить Зверя и доставить его в лабораторию Совета живым.
– Приказ Совета… – Дориан сдвинул кустистые брови и некоторое время смотрел перед собой, не моргая. Бернардин тем временем проверила заклятие Изоляции – чары, наложенные ею перед разговором с отцом, никто не тревожил.
– Кто отдал приказ?
– Мне не сказали, но сегодня я это выясню.
– Ставлю свою лекторскую пенсию – это Листон! – Дориан нахмурил кустистые брови и до хруста в костяшках сжал кулаки.
– Что ты имеешь в виду?
– А то! Этот недоучка, ещё будучи семинаристом, рвался изучать Тёмный Источник. Если Тёмный приспешник проник в Ладос, Листон непременно захотел бы взять его живым, а то и сам призвал его! Кстати, а что там у вас творится на Бесовом Холме? Кин вернулся?