Сергей Виноградов – Хитрый прищур бумеранга (страница 3)

Что ж? Как оказалось, в биологической деградации есть свои несомненные плюсы:

– Пока я был «нормальным», никому и дела до меня не было. Зато теперь я просто нарасхват! – любит повторять Николай Степанович. И в этом он прав. Его участие в различных конференциях, семинарах и телепередачах хорошо оплачивается. Его лекции пользуются спросом. А сколько научных работ было написано, благодаря его феномену? Он многим дал путёвку в жизнь. Живёт себе человек в своё удовольствие и ни в чём себе не отказывает. Или всё же моллюск? Да какая разница! Просто жадно живёт сегодняшним днём. А как иначе? Кто же может знать, чем и когда всё это закончится?

12 мая 2025 г.

Эволюция

Гоша вышел на улицу в начале пятого утра. На небе ни облачка, ветра нет, тишина и спокойствие. Надо же: уже почти совсем рассвело, а солнце ещё не взошло. А чего вы хотели, собственно, начало мая, скоро белые ночи. Метро откроется только через час. За пазухой почти полная бутылка креплёного красного портвейна. Очень густой на вкус, настоящий. И стоит прилично. До него вчера дело так и не дошло, не пропадать же добру. В гостях хорошо, а дома лучше, – рассудил он, и, несмотря на уговоры хозяев, всё-таки решил добираться до дома. Гости же как сонные мухи слонялись по квартире, а хозяева их ловили и добровольно-принудительно распределяли по спальным местам. Но Гоша уже твёрдо решил – домой! Ему всучили вино на дорогу, пожелали удачи и взяли обещание, чтобы он, как доберётся до дома, тут же отзвонился. А то мало ли что…

Гм…волнуются за меня, – улыбнулся он возле подъезда и с благодарностью окинул взором окна четвёртого этажа, но никто ему рукой на прощание не помахал – им сейчас не до этого, – решил он и зашагал по тротуару прочь.

А всё-таки, душевно посидели. Да… Давно не виделись, года два или три, наверное. Со студенческих времён. Время течёт быстро. Получается, что из всего выпуска, он один остался верен профессии. Остальные – кто в коммерцию ушёл, кто строительством занялся, рекламой, маркетинг ещё у кого-то фигурирует… Может, мне тоже стоит попробовать что-то новое? А то эта журналистика как-то не особо позволяет пошиковать. А иногда так хочется! Да и о каком престиже профессии может идти речь, если ты работаешь в заштатной жёлтой газетёнке «Поролоновый вестник» и клепаешь глупые статейки больше на заказ, нежели по зову совести? Нет, не о таком будущем Георгий мечтал, когда на журфак поступал. «Поролоновый вестник»! Сразу старый проссаный матрац представляется с соответствующим запахом. А впрочем, ведь так оно и есть. Ничем не подтверждённые сплетни и слухи – чтиво для электричек и для розжига костра. Интернет-версия, конечно, сейчас основная, но читатели не особо-то стремятся подписываться. Всё только на рекламе и держится. Сколько ещё эта агония продлится? А потом куда?

Гоша остановился, достал бутылку из-за пазухи, со скрипом выкрутил пробку, раздался характерный хлопок. Получилось довольно громко в утренней-то тишине! Звук, отражаясь поочерёдно от ближайших домов, пошёл гулять дальше по улице. Гоша невольно даже заозирался по сторонам, но, к счастью, людей поблизости не наблюдалось. Рано ещё. Даже собачники ещё не проснулись. Он повертел пробковый цилиндр в руке и сделал несколько глотков из горлышка. Крепкий, зараза – тепло тут же стало подниматься от желудка к голове. Он закрыл бутылку пробкой и спрятал её обратно под куртку. Прошёл пару домов и пристроился на ограде палисадника под сенью деревьев. В десяти метрах от огороженной контейнерной площадки для мусора. Достал сигарету и закурил.

Между прочим, сейчас самое козырное время года. Только-только появилась молодая листва (ещё даже не на всех деревьях). Она светится особенным, каким-то волшебным, ещё не замутнённым, ярко-салатовым светом. Это потом она станет обыденно зелёной и пыльной, а сейчас… Тут Гоша услышал раскатистый низкий гул. Этот звук он хорошо знал – зашевелились коммунальные службы, где-то по асфальту катили пустой пластиковый контейнер для мусора. Дворники проснулись. Он посмотрел на смартфон. Пять утра, начало шестого. Хоть часы по ним сверяй!

Из-за угла дома напротив показался зелёный пластиковый короб на колёсах, и звук оформился в зрительный образ. Контейнер толкал перед собой дворник в униформе. На крышке контейнера он вёз металлический совок и метлу. Дворник остановился возле контейнерной площадки, поставил свой рядом, взял метлу и принялся наводить порядок возле мусорных баков. Потом смёл собранный мусор в совок и высыпал в один из них. Постепенно работник ЖКУ № 1, как было написано на спине его спецовки, стал продвигаться по тротуару в сторону Гоши, сметая всё на своём пути, не забывая попутно выметать пыль из-под поребриков. «Он подобен скарабею, – заметил Гоша, – толкает перед собой растущую кучку мусора». И только он так подумал, как из-за дома напротив показался краешек восходящего майского солнышка. На душе как-то сразу повеселело.

Странно, обычно мигранты работают на таких должностях, а тут вполне себе приличный мужчина, может быть даже из местных. И аккуратные усики в наличии. Ему бы ещё очки надеть и костюмчик с галстуком – ну просто вылитый интеллигент получится… Тот будто услышал Гошины мысли и остановился, заметив его.

– Бог в помощь! – подчёркнуто приветливо кивнул Гоша дворнику на всякий случай, а то мало ли чего от него ожидать. Всё-таки, человек делом занят в столь ранний час, а он тут сидит с замасленными глазками, да ещё беспардонно лыбится, как другие работают.

– И вам не хворать. А ты чего тут?

– Да вот жду, когда метро откроется. Из гостей возвращаюсь.

– Что ж, дело хорошее. Учишься, работаешь? – продолжил дворник работу.

– Тружусь, я своё отучился, – не без гордости похвастал Гоша. Дворник поднял глаза и хитро заулыбался.

– Так ли уж отучился? Ну и как – угадал с профессией-то?

– Не жалуюсь. Я на журналистком поприще подвизался. Георгий Птеродактилев. К вашим услугам. Это мой творческий псевдоним. «Поролоновый вестник» – может, слышали?

– Увы. Я такое не читаю, уж извините. Почему «Птеродактилев»? Это что-то значит?

– Да, в общем-то, нет. Просто слово смешное и слух режет. Сразу запоминается.

– Да уж. А нейросети на пятки не наступают? Очень мало сейчас человеческого осталось: что не статья, то нейронкой сгенерирована, не говоря уже об аудио- или видеоформатах. Я такое сразу просекаю. Что дальше делать думаешь, вас скоро за ненадобностью посокращают всех. Надо что-то посущественней иметь в запасе. Как бы переучиваться не пришлось. Ну как – не побоишься снова пойти учиться?

– Зачем? Хватит и одного высшего образования! Если что, на курсы можно пойти…

– Ты так считаешь? Одной «вышки» достаточно? Не думаю. В нынешней-то ситуации… У меня тоже образование кое-какое имеется, а видишь, чем приходится заниматься. Хотя, это только прикрытие, для отвода глаз, так сказать.

Дворник прекратил мести и выпрямился:

– Мы же антропологи! – потряс он деревянным черенком в воздухе. Затем перевернул метлу кверху распушённым концом и задумчиво пощупал стёршиеся кончики прутьев.

– Ну? Ёлки-палки! Так ведь? Правильно я говорю? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил он, – ты думаешь, это что такое? – показал он на аккуратно сметённую кучку окурков возле своих ног.

– Как это что? Окурки и мелкий мусор.

– Обывательские умозаключения, любезнейший! Сие есть не что иное, как чьи-то несостоявшиеся точки над «i». По крайней мере, я так это вижу. А я, дорогой друг, обычно всегда оказываюсь прав, – закурил дворник и пристроился на заборчик рядышком. Метла же осталась стоять вертикально на черенке возле кучки. Прямо на асфальте!

Что за факирство тут происходит среди бела дня? Да, дела…

– А… Как это? – Гоша округлил глаза от удивления, тыча пальцем на стоящую метлу.

– Пусть отдохнёт пока, поистёрлась, милая. Не переживай, подруга, скоро обновим тебе прутики. Дометём улицу и наведём тебе новый марафет, – ласково обратился дворник к своему инструменту.

– И всё же? Это фокус такой? – не унимался он.

– Да что ты привязался к моему рабочему инструменту?! Стоит себе и стоит. Есть не просит. Воздухом дышит… Помнишь старый советский мультик: «А может, это дворник был. Он шёл по сельской местности к ближайшему орешнику за новою метлой»?

– Да, культовый мультфильм! Умели снимать! Только вот в нынешних реалиях безобидный «орешник» как-то зловеще звучит, согласитесь? Как метлой всё выметет!

– Ну уж, каждый, как говорится, в меру своей испорченности. Иезуит Никифор! – протянул он руку Гоше, – очень приятно. То есть, Иезуитов моя фамилия, но все зовут просто Иезуитом. Я не возражаю.

– Никифор, а что же вы в дворники-то пошли? Я же вижу, что у вас тоже «вышка» за плечами. Не сложилось?

– Ха! «Вышка»? А – восемь – не хочешь?! У меня восемь высших образований! Восемь дипломов, три диссертации, куча монографий и публикаций. Три степени доктора наук. Плюс ещё куча курсов. Дома все стены дипломами и сертификатами обвешаны. И продолжаю учиться до сих пор!

– Восемь? Не понимаю! И вы окурки метёлкой… Не понимаю! – Гоша решительно встал и достал из-под куртки бутылку, – не желаете?

– Что ты! – посмотрел Никифор по сторонам, – я же на работе, как можно? Табу! Ни-ни! Покорнейше благодарю. Как-нибудь в другой раз, когда буду не при исполнении. Я, видишь ли, очень дорожу своим местом. Думаешь легко с моими-то регалиями сюда устроиться? Приходится скрывать, иначе меня к метле и близко бы не подпустили. Очень уж это подозрительно для них выглядит. Как так: целый доктор наук к ним в дворники набивается! Тут явно что-то не так. Не мигрант, не алкоголик, не бывший зэк… На самом деле я живу в соседнем доме – на дорогу тратиться не надо. На жизнь хватает. Да и основной мой заработок находится в интернете. Даю платные консультации в сфере технологий производства и в различных отраслях народного хозяйства, иногда пишу научные труды на заказ, но это дороже. А так… Дворником – самое то! С утра метлой помахал, и весь день свободен. Ну траву ещё покосить, подкрасить что-нибудь по мелочам, зимой снег почистить. Движение – жизнь! Свежий воздух опять же.