Сергей Ульев – Инспектор и шимпанзе (страница 9)

Инспектор заговорщически подмигнул. Он ожидал, что Хэджес сейчас сам заведет речь об Эви. Но профессор не поддался на провокацию, лишь сердито поправив очки.

— А знаете, инспектор, открою вам тайну.

Митчел всем телом подался вперед:

— Давно жду!

— Человек вовсе не произошел от обезьяны.

— Вот как?

— Представьте себе. Человек — это та же обезьяна!

— Вы ученый, вам виднее, — хлопнул в ладоши инспектор, азартно вскочив со стула. — Если убийца не Дикки, вы подозреваете кого-нибудь?

Профессор замялся, на его бледном лице отразилось сомнение.

— Кстати, о женщинах.

— Куда же без них… — подхватил инспектор.

— Мне не хотелось бы этого говорить, но ради установления истины... Джон, по-моему, пытался ухаживать за миссис Парсон.

— А она? Как она вела себя?

— Разве вы, инспектор, не знаете женщин? У них же это хобби — коллекционирование поклонников. Я имею в виду, разумеется, привлекательных женщин, вроде Эви Парсон.

— И как далеко они зашли в своих отношениях?

— Я не следил за ними, — искренне оскорбился профессор, но, понизив голос, добавил: — Думаю, не очень далеко. Хотя все равно это было заметно.

— Как реагировал на это Парсон? Он ревновал?

— Конечно.

— Они ссорились с Бекеном?

— Иногда... Поймите, инспектор, хотя я уже много лет занимаюсь здесь исследованиями, я прихожу сюда, как правило, только в воскресные дни. Мне трудно разобраться во всех аспектах взаимоотношений рядового персонала.

— Тем не менее, вам удалось стать фактическим руководителем этого обезьянника, — заметил детектив, почти дословно процитировав слова Парсона.

— Вы заблуждаетесь, инспектор. Я работаю здесь как энтузиаст и даже не получаю за это денег.

— Однако вам все же удалось превратить одно из помещений в свой кабинет.

Профессор усмехнулся:

— Вы называете эту убогую комнатку кабинетом?.. А с другой стороны поймите, инспектор, я же имею более высокий статус: я — ученый, а они — простые служащие зоопарка. Эви, по сути, вообще — уборщица. Они не могут не считаться со мной и не прислушиваться к моему мнению. Человек, который мало знает, всегда инстинктивно стремится подчиняться более знающему и компетентному.

Митчелл с сомнением покачал головой:

— Не могу согласиться с вашим последним утверждением, мистер Хэджес, но это — уже область метафизики, а я, в силу своей скромной профессии, занимаюсь сугубо земными вопросами... Скажите, у вас была ссора с Джоном Бекеном по поводу каннибализма шимпанзе?

Профессор резко откинулся на спинку стула, поджав губы.

— Это было недоразумение, и мы быстро помирились. Если Туоми или Эви, не знаю, кто из них рассказал вам об этом, решили бросить тень на наши отношения с Джоном, я надеюсь, что как порядочные люди они не могли обойти вниманием тот факт, что уже более года мы с Джоном успешно работали над проблемой обучения шимпанзе языку глухонемых.

— Да, мне это известно.

Профессор загадочно посмотрел на собеседника. В глубине его зеленых глаз за толстыми стеклами очков зарождалась какая-то мысль. Вдруг он громко хлопнул себя по колену.

— Мне пришла отличная идея, инспектор! — воскликнул он. — Пусть она покажется вам поначалу странной, но... Дикки ведь знает несколько десятков слов и имена сотрудников. А если?..

— Черт! — Детектив на лету поймал его мысль. — Вы полагаете?..

— Почему бы и нет? — возбужденно ответил профессор. — Дикки безусловно знает имя убийцы Джона.

Инспектор представил на минуту, какое лицо будет у его шефа Пэта Саймона, когда тот узнает, что его подчиненный брал показания у обезьяны, хотя бы и человекообразной. Эта мысль показалась ему забавной. Но захочет ли почтенный суд вынести обвинительный приговор, опираясь на свидетельства говорящего шимпанзе? А если убийца — сам Дикки? Признается ли он в этом?

И, тем не менее, инспектор все-таки решил согласиться с удивительным предложением профессора. Ему было очень интересно, как поведут себя при допросе шимпанзе супруги Парсон, да и сам профессор Хэджес.

— Хорошо, — сказал Митчелл. — Нам надо использовать любой шанс, чтобы установить истину.

— Тогда не будем откладывать?

Идея настолько сильно захватила профессора, что к нему вернулась его нервозность. Его глаза горели жаждой деятельности, подбородок дрожал от нетерпения.

— Только напоследок еще один вопрос, мистер Хэджес, — сказал инспектор. — Почему убийство произошло именно в вашем кабинете? Иными словами, с какой стати Джон Бекен там оказался?

От этого неожиданного вопроса профессор на мгновение остолбенел и, ни слова не говоря, уставился на Митчелла.

— А-а!.. Вот вопрос... — Хэджес в растерянности потер шею левой рукой, потом вдруг лицо его озарилось чувством, похожим на радость. — Ну, конечно! — воскликнул он. — У меня в кабинете стоит книжный шкаф. Все могут беспрепятственно пользоваться книгами, поскольку комната никогда не запирается. Я думаю, Джон зашел за каким-то справочником. Или за ключами. Они тоже хранятся у меня.

— Спасибо, теперь мне все понятно, — сказал инспектор.

Детектив лукавил: на самом деле ему было понятно только то, что ему ровным счетом ничего не понятно.

Глава 5. Допрос шимпанзе

К тому моменту, когда инспектор с профессором Хэджесом вышли из комнаты, эксперт Вандерберг уже уехал в свою лабораторию анализировать выявленные следы, а сержант Брукс полностью завершил осмотр места преступления.

Двое полицейских, ранее посланные инспектором на поиски ножа, подошли к Митчеллу с докладом.

Констебль Хьюз сообщил, что, во-первых, орудие преступления не найдено, во-вторых, на теле и конечностях шимпанзе Дикки нет каких-либо следов крови, в-третьих, в поведении Туоми Парсона во время совместных поисков они не заметили ничего подозрительного.

— Спасибо, парни, вы славно поработали, — сказал инспектор. — А теперь опросите все закусочные зоопарка.

— На какой предмет, сэр? — вежливо осведомился Хьюз.

— Ну, разумеется не на предмет выпивки. Может, где-то обнаружится пропажа ножа.

— Слушаюсь, сэр!

Хьюз с напарником ушли.

Митчелл с облегчением вздохнул. Он нарочно нашел для них еще одно занятие. Ему не хотелось, чтобы в городской полиции потом зубоскалили, что он допрашивал обезьяну. В этом смысле он мог положиться только на сержанта Брукса, который умел держать язык за зубами.

Инспектор подошел к супругам Парсон. Поймав неприязненный взгляд Эви, он с угрюмым видом произнес:

— Ваш Дикки поможет нам распутать это дело. Я приглашаю вас присутствовать при его допросе.

— Вы будете его пытать? — похолодела она.

— Все будет зависеть от его сговорчивости.

— Эви, — вмешался ее муж, — разве ты не видишь, что инспектор шутит?

— Не вижу!

— И тем не менее это так, — с усмешкой подтвердил Митчелл. — Кстати, мистер Парсон, вас я тоже попрошу составить нам компанию.

Шимпанзе Дикки шел третий год. Это был молодой самец ростом немногим более метра с округлой головой, торчащими большими ушами, выступающими челюстями и маленьким носом. Покатый лоб книзу переходил в резко выделяющееся надбровье, под которым располагались подвижные карие глаза. С головы до ног шимпанзе был покрыт темно-коричневой шерстью.

Когда профессор Хэджес с Дикки на руках в сопровождении сержанта вошел в свой кабинет, шимпанзе оглядел присутствующих своими круглыми глазами, которые почему-то показались Митчеллу печальными, и издал тихий звук, похожий на мяуканье.

Хэджес посадил шимпанзе на стол.

Все молча смотрели на Дикки.