Сергей Удалин – Не ходите дети... (страница 54)

* * *

Нельзя сказать, что Нтомбази совсем не расстроилась, увидев мёртвого Бангопу. На какое-то время они с Андреем даже вместе склонились над телом воина, надеясь различить слабое дыхание или биение сердца. Но напрасно – парень знал, куда воткнуть ассегай, и не промахнулся. Наконечник копья чуть ли до середины вошёл в грудь кумало. После такого удара не выживают. Мать вождя поняла это так же быстро, как и побывавший во многих переделках Шахов. Но у того всё же осталось в запасе несколько секунд, чтобы обдумать ситуацию. И когда они поднялись с колен и с ненавистью взглянули друг на друга, Андрей уже знал, как будет действовать. Наплевать, если Нтомбази решила, что это он убил Бангопу. Главное, чтобы она поняла – задержать Шахова у неё не получится.

– Даже не думай меня останавливать, – тихо, почти спокойно сказал он. – Помни, что я ведь мог и войти в хижину, но не стал этого делать. Просто дай нам уйти.

На самом деле, он не был уверен в том, что сможет справиться даже с женщиной, к тому же, защищающей своего сына. Руки и ноги всё ещё плохо слушались, любое напряжение мышц сразу же отдавалось в голове тупой, ноющей болью. Тут уж не до драки, уйти бы, не спотыкаясь на ходу. А ведь придётся ещё, наверное, и студента на себе тащить. Тот пока и вовсе ходить не может. А стоит запнуться, поскользнуться, упасть, как эта стерва тут же, не задумываясь, воткнёт тебе в спину тот же асссегай. Так что лучше ей и не знать, насколько слаб сейчас её враг.

Он ещё раз грозно взглянул на женщину, развернулся и направился к Гарику, всё так же сидевшему под деревом. Наклонился, схватил юношу за руку и дёрнул, заставляя подняться. Скривились от боли при этом оба, но Шахов только шумно втянул в себя воздух, а вот Гарик не сдержал стона. Зато на ногах устоял – уже хорошо.

– Терпи, студент, аспирантом станешь, – как мог поддержал его Андрей и потянул за собой. – Пройди хотя бы шагов пятьдесят, пока гадюка эта нас видит. А потом что-нибудь придумаем.

У Гарика хватило сил лишь на то, чтобы кивнуть. Выглядел он жутко. Лицо посерело, как кожа у слона, на лбу крупные капли пота, в глазах немой крик. Кажется, он даже прикусил губу, чтобы снова не застонать, но Шахов толком не рассмотрел. Он был занят более важным делом – прикидывал, сколько ещё осталось шагов до кустарника. Получалось гораздо больше обещанных пятидесяти. Потому что Гарик едва переставлял ноги, и три его шага с трудом могли сойти за один нормальный. Но ведь не сдаётся же парень, держится. Глядишь, скоро совсем в себя придёт.

И всё же Андрей, как только решил, что Нтомбази уже не может различить их в густом кустарнике, тут же посадил студента к себе на закорки. Не очень-то он рассчитывал, что Нтомбази или кто-то другой не организуют за ними погоню. А значит, нужно уйти как можно дальше от хижины до того момента, когда возле неё соберутся воины ндвандве. И, пожалуй – понял Шахов, сделав несколько шагов с ношей за спиной – лучше сразу свернуть в лес.

Кумало, насколько он успел заметить, лес недолюбливали. Возможно, даже побаивались. Если, к примеру, требовалось срубить дерево, для постройки или на топливо, старались выбрать подходящий ствол у самой опушки. А в чащу забирались, в основном, тогда, когда нужно было от кого-нибудь спрятаться. И, как правило, узнав, что враг скрылся в лесу, его там даже и не искали. Всё равно человеку там – верная смерть. Сам скоро обратно вылезет. А раз не вылез – значит, сожрали его дикие звери. Рассказывали, конечно, будто бы кто-то когда-то с благоволения духов предков продержался в лесной чаще несколько дней. Но не рисковать же собственной жизнью ради того, чтобы проверить, не попался ли и тебе подобный счастливчик.

На духов у Андрея тоже большой надежды не было. Но на открытом месте, да с таким отягощением, ндвандве его быстро догонят, а в лес, может, и не сунутся. Вряд ли они в этом смысле сильно отличаются от соседей-кумало. В общем, хоть крохотный, но шанс.

Вот только шагать по такому лесу – удовольствие ниже среднего. Это же почти тропики, тут если уж что растёт, то растёт на совесть, занимая всё свободное пространство. Чем-то даже похоже на ельник – такой же полумрак, и фиг пройдёшь без топора. Разница лишь в том, что под ёлками обычно голая земля, а здесь по колено – трава, по грудь – кустарник, а выше – ветки и лианы. Как хочешь, так и пробирайся. А если ещё руками студента поддерживать (а попробуй не поддержать – тут же свалится), то и вообще другого выхода нет, кроме как переть напролом, словно слон какой-нибудь. Но слон всё-таки весит немного побольше, и его пробивную силу с Шаховской не сравнить. Зато в упрямстве Андрей бы с ним потягался. Говорите, лбом стенку не прошибёшь? А вы пробовали?

Он пробивался сквозь чащу уже с полчаса, но вряд ли прошёл больше километра. Исцарапал себе в кровь лицо и грудь, а заодно – руки и колени Гарику. Казалось, он и на ногах держался до сих пор лишь потому, что падать было некуда. Густой кустарник сам его поддерживал. Пот заливал глаза, Андрей мало что видел перед собой. И уж точно ничего не слышал, потому что переполошил весь лес. Птицы и мелкие обезьяны подняли такой крик, что слышно было, наверное, и у опушки леса. И любой, кому это интересно, без труда мог догадаться, где его искать. Правда, Шахов об этом уже не думал. В голове осталась одна мысль: не останавливаться, идти вперёд, сколько хватит сил. А потом ещё столько же – по инерции.

Он даже не сразу понял, что это колотится ему в спину. Оказывается, Гарик уже с минуту пытается привлечь его внимание:

– Пусти, Андрей, я сам, – медленно, с трудом выдавливая каждое слово, проговорил студент.

Сил на споры у Шахова не осталось. Он молча опустил спутника на землю, но дальше двинулся всё равно первым. Идти, конечно, стало легче. Но не быстрее. Пришлось подстраиваться под тот темп, который способен выдержать Гарик. Да и лес оставался всё таким же непроходимым. Теперь, когда руки освободились, Андрей смог, наконец, воспользоваться ножом, прихваченным с пояса у Бангопы, которому оружие теперь без надобности[9]. А Шахову может и пригодится. Только не в этот раз. Мачете из него вышел никудышный. А может, и не в ноже дело, просто замахнуться как следует Андрей уже не мог. И поэтому продолжал не прорубать, а проламывать себе дорогу, и лишь добавил новых царапин на руках, кистях и где там ещё их раньше не было.

Ещё через час он понял, что пора отдохнуть. Они уселись на землю прямо там, где стояли, поскольку другого свободного места вокруг не обнаружилось. Какое-то время молчали, восстанавливая дыхание и вдыхая неповторимое сочетание запахов оранжерейных цветов и гнилой капусты. Потом студент спросил, уже почти нормальным своим голосом:

– Куда мы идём?

– Забрать Мзингву, – Шахову не очень-то хотелось произносить длинные фразы, но пришлось объяснить подробней: – Он в пещере у реки. Когда я уходил из лагеря, велел и ему поутру сваливать. Если всё получилось, он уже должен быть на месте. Укрытие хорошее, надёжное. Если не знать про него, ни за что не найдёшь.

Гарик кивнул, помолчал и задал новый вопрос:

– А далеко до пещеры?

– Километров двенадцать, – ответил Андрей, чуть ли не вдвое уменьшая цифру, чтобы раньше времени не пугать студента.

– У-у, – всё равно расстроился тот.

– Ну, если хочешь, можешь остаться здесь, – предложил Шахов. – До ночи точно доживёшь, а дальше – как повезёт.

Его слова подействовали. Студент собрался с силами и бодро вскочил на ноги.

– Ладно, пошли, пока не началось.

«Не началось? – подумал Андрей. – А разве оно когда-нибудь заканчивалось?»

* * *

Если бы на самом деле у Андрея была хотя бы половина той уверенности, с которой он объяснял Гарику план дальнейших действий! Но зацепись за любое слово, а сразу отыщется какое-нибудь «а вдруг». Вдруг, про пещеру кто-нибудь всё-таки знает? Они же местные, много лет мимо ходили, да хоть бы случайно в овраг кто-нибудь свалится – и вот она, как на ладони. В конце концов, сам Шахов её ведь как-то нашёл. Почему ндвандве не могут?

И ещё большой вопрос, доберётся ли туда Мзингва? За кого другого Андрей бы так не волновался. Подумаешь – незаметно улизнуть из лагеря, в котором и остались-то в основном такие же пастухи, как он сам. Кто за ним следить-то станет? Но ведь этот красавец запросто нарвётся на неприятности даже там, куда их никто не клал. Например, может позабыть, куда ему нужно идти, или перепутать время, или, наконец, не придумать ничего умнее, чем попросить у колдуна разрешения отлучиться ненадолго из лагеря. Ой, да если бы Шахов мог предугадать, что ещё способен выкинуть бестолковый зулус, уже было бы легче.

Но даже если Мзингва всё сделает правильно, нужно ещё, чтобы они сами добрались до пещеры без приключений. А с этим как раз проблем больше всего. Даже теперь, когда они продрались-таки через лес. Особенно теперь. Предположим, погоню за ними так и не послали. Но могли ведь выставить дозорных. Да хоть просто случайный прохожий увидит Шахова и сразу опознает – других белых, с кем можно его перепутать, в округе нет. А если опознает, то обязательно расскажет, с кем встретился. И тогда погоня всё-таки начнётся, причём преследователи будут точно знать, где искать беглецов.