Сергей Удалин – Не ходите дети... (страница 51)
Андрей без лишних раздумий бросился в освободившийся проход, крикнув больше для очистки совести, чем в надежде, что его услышат и поймут:
– Уходите, ёкарный бабай! Пробивайтесь к выходу! За мной!
Один из упавших начал подниматься слишком быстро, за что и получил коленом по зубам. Без всякого злого умысла. Шахов просто перепрыгивал через препятствие и уже не мог остановиться. Зато навернуться мог запросто. С трудом удержавшись на ногах, он продолжил бегство. За спиной кто-то громко сопел и шлёпал сандалиями по вытоптанной земле, но обернуться и посмотреть на преследователя Андрею никак не удавалось. Приходилось петлять, лавировать между сцепившимися бойцами, отпихиваться от попыток втянуть его в такую же потасовку. Тот, что бежал следом сам догадался, что нужно представиться:
– Я наелся, – задыхаясь, пробормотал он.
Ещё бы ты не наелся! Если выберешься из этой мышеловки – воспоминаний надолго хватит. Только не отставай, парень!
Всего это вслух, Шахов, конечно же, не сказал. Берёг дыхание. Неизвестно, сколько ещё предстоит бежать за воротами крааля. Если, опять же… Нет, никаких если. Дорогу к воротам и свободе преграждала группа хорошо вооружённых воинов ндвандве. Человек шесть или семь, все со щитами и ассегаями. А у Андрея ничего, кроме сломавшегося ещё в поединке с Зембенкулу обрубка, при себе не было. Как не было и времени на обманные маневры. Только проскочить сходу. Но как? Голыми пятками на копья?
Может, существовал и другой вариант, но Шахов выбрал первый, что пришёл в голову.
– Прыгай через забор! – подсказал он спутнику, резко свернул влево от ворот, оттолкнулся обеими ногами и сиганул рыбкой через почти двухметровый плетень. Немного не рассчитал, расцарапал правый бок и бедро, но планку всё же преодолел. И даже успел сложиться в кульбит, не свернув себе шею. Перекувырнулся ещё раз, гася инерцию полёта, поднялся на ноги и обернулся назад.
Ндвандве такой акробатики от Шахова явно не ждали. Даже ассегаем вслед запустить не успели. Но и тот парень, что за ним увязался, тоже оказался не готов к такому повороту. Он притормозил на мгновение, потом снова начал разгоняться, но прыгнуть так и не успел. Андрей увидел, как над забором поднялась рука с копьём, потом резко дёрнулась вперёд, и секундой позже что-то тяжёлое стукнулось об забор с внутренней стороны. Раздались ликующие возгласы, но среди них не слышно было знакомого, задыхающегося.
Шахов беззвучно выругался, сплюнул чем-то отдалённо похожим на слюну и, больше не оглядываясь, побежал дальше.
В общем-то, можно уже и не спешить. Погоню ндвандве за ним не выслали – всем пока хватало дел и в краале. Но больше радоваться было нечему. Гарика он так и не нашёл, и вряд ли в ближайшее время ему позволят сделать вторую попытку. С другой стороны, раз уж он не сумел отыскать студента, хотя и очень хотел, то и кому-то другому не должно повезти больше. Скорее всего, Гарик жив и надёжно спрятан. И значит, мы ещё поиграем в казаки-разбойники. Лишь бы не в жмурки. А сейчас нужно просто забрать Мзингву из лагеря, по возможности не встречаясь с Кукумадеву, и залечь на дно где-нибудь в тёмном, сухом и прохладном месте. Лучше всего – в лесу. Дикие звери куда безопасней людей. Хотя бы без особой нужды не нападают. Ещё бы какую-нибудь заброшенную избушку на курьих ножках отыскать – и вообще красота будет.
Избушку, значит?.. Заброшенную…
Ёкарный бабай, а ведь рассказывал же Бабузе что-то такое про хижину в лесу, в которой Звиде с матерью жили, когда их выгнали из племени. И уж Нтомбази точно о ней не забыла. И вполне могла показать давнишнее убежище своему якобы родному сыну. А Гарик теоретически мог, устав от предсвадебной суеты и шума, остаться ночевать здесь. Логики, конечно, никакой. Но если студента не удалось отыскать в краале, то может быть, он там попросту и не появлялся? И чёрт возьми, что Шахов теряет, проверяя ещё одну хлипкую версию? Вспомнить бы ещё, где домик находится. На окраине леса – это точно. Но в какой стороне? На север или на восток? Эх, говорила же ему учительница в третьем классе: Андрюша, тренируй память! А он всё больше другие группы мышц тренировал.
* * *
Андрей и не рассчитывал быстро отыскать эту лесную хижину. Но судьба ещё раз показала, насколько ей по фигу, что о ней думают люди. Всего-то и понадобилось забраться на вершину ближайшего холма. По правую сторону рассмотреть что-либо мешало восходящее солнце, а вот слева у самого горизонта отчетливо виднелось тёмное пятно. Может, это и не лес, но издали очень похоже. Для бешеной собаки семь вёрст – не крюк, в последнее время Шахова трудно напугать такими пробежками, и он потрусил в сторону подозрительного пятна. Минут через десять выяснилось, что это действительно лес, причём, по здешним меркам, не маленький. А ещё минуту или две спустя Андрей разглядел у самой обушки крохотный бурый бугорок, напоминающий перевёрнутую корзинку. Надо же – даже искать не пришлось!
Андрей еле уговорил себя не радоваться раньше времени, приближался к хижине осторожно, но так ничего странного или угрожающего поблизости не обнаружил. Скорее, наоборот. Неподалёку от дома, прислонившись спиной к дереву, сидел и мирно дремал молодой человек в накидке из леопардовой шкуры.
– Ну, брат, и нашёл же ты время расслабиться, – усмехнулся Шахов, выбираясь из кустов и подходя к спящему Гарику. – Давай, просыпайся!
Студент и ухом не повёл, продолжая досматривать сны.
– Вставай, кому сказано! – уже громче позвал Андрей и тронул юношу за плечо.
Никакого результата. То есть, нет, не совсем так. Получилось как в мультике – «медвежонок не проснулся, его мама проснулась»[7]. Из дома выглянула Нтомбази и, неприязненно посмотрев на Шахова, проворчала:
– Чего расшумелся? Сына разбудишь.
– Так и хочу его разбудить, – всё ещё улыбаясь, ответил Андрей.
– Его? – равнодушно переспросила женщина. – Его так просто не разбудишь. Да и не о нём речь. Я про своего сына говорю.
Улыбка медленно смывалась с лица Шахова. Что-то здесь происходило странное, непонятное. И как это обычно бывает со странным – неприятное.
– Какого сына? – в свою очередь удивился он. – Сило, что ли?
– Не было никакого Сило, глупый белый человек! – тихо, вполголоса, но язвительно рассмеялась Нтомбази. – Всегда был только Звиде.
– То есть как? Он же…
– Я же велела тебе не шуметь, – оборвала шаховские вопросы женщина. – Бонгопа, успокой своего друга!
Андрей тут же забыл про сыновей Нтомбази. Сюрпризы оказывается, только начались. Из хижины и в самом деле выглянул сын кузнеца. Уставший, в оборванной, вернее, изрезанной одежде, с плохо замытыми пятнами крови. И почему-то избегающий смотреть в глаза Шахову.
– Ты как здесь оказался? Ты же должен был… Ты поквитался с Сикулуми?
Первые замечания Бонгопа проигнорировал, а на последний вопрос лишь молча кивнул. Странно, о таких вещах обычно рассказывают долго, со смачными подробностями. Ещё страннее, что храбрый воин и опытный командир сразу же, как управился со своими делами, покинул поле боя. И совсем необъяснимо, почему он затем отправился именно сюда.
– Ты знал про эту хижину?
– Какой ты всё-таки любопытный, Шаха! – опять рассмеялась Нтомбази. – Всё-то тебе нужно знать. Ну да ладно, расскажу. Последнее желание умирающего нельзя не исполнить.
Андрей изумлённо посмотрел на женщину. Да в своём ли она уме? Пусть даже мать Звиде за что-то сильно невзлюбила Шахова, но надо же хоть чуточку соображать, кому угрожаешь. Чем она собирается его запугать? Уж не полуживым ли Бонгопой? Так он и здоровом, полном сил состоянии с Андреем бы не справился. И зачем ему вмешиваться в чужую ссору? Или не чужую? Что его вообще связывает с этой сумасшедшей бабой?
Тем не менее, сын кузнеца послушно шагнул на встречу неприятностям.
– Стой, Бонгопа! – по-хорошему предупредил Шахов. – Не слушай её. А то ведь я могу и забыть, что ты спас мне жизнь.
Тихий, но одновременно жуткий смех женщины помешал кумало ответить.
– Ты больше ничего не сможешь, глупый белый человек! – торжествующе хихикнула она. – Посмотри на это!
Нтомбази вынула из-за пояса какую-то чёрную тряпочку и помахала ей перед собой. У Андрея внезапно закружилась голова. Не тряпочка это вовсе, а ремешок. Из чёрной змеиной кожи. Украшенный перьями, ракушками и пучком светлых человеческих волос. Его, Шахова, волос. И на что способна такая безделушка, Андрею было хорошо известно.
Но это ведь не может быть тот самый амулет! Он же остался у Кукумадеву! Или нет? Разве не мог колдун тайно передать его женщине? Сам или через Бонгопу. Может, сына Бабузе застращали таким же образом и заставили предать Шахова. Но одно дело – старый, опытный, могучий волшебник, а сможет ли справиться с амулетом женщина? Да и вообще не верит Андрей в это Вуду! Мало ли как действуют на дикарей такие примитивные фокусы. Но он же – цивилизованный человек, его на испуг не возьмёшь.
– Не зли меня, женщина, – хмуро пригрозил Шахов, борясь со внезапно охватившей его неуверенностью. – Я, конечно, сочувствую всем твоим бедам и заботам, но у меня и собственных хватает. И сейчас ты мне мешаешь с ними справиться.
Он повернулся к Гарику, наклонился и снова потряс его за плечо. Возможно, только для того, чтобы не видеть проклятую колдовскую игрушку. А то, что студент никак не хотел просыпаться, его уже не очень удивляло.