Сергей Токарев – Наваждение (страница 2)

Внезапно вокс-динамик взорвался помехами, и сквозь шипение прорвался чей-то голос.

— Чудила?! Ты там закончил или как? Здесь сверхурочных не заплатят! Так что шевели задницей!

Кеннет Моро, инженер-механик, вздрогнул и едва не выронил горелку. Он скривился, словно от зубной боли, узнав дерзкий тон второго инженера Дика Харлоу. Этот парень ему не нравился — чересчур вспыльчивый и резкий. И дело было вовсе не в цвете кожи. Этот чернокожий здоровяк вёл себя так, будто все вокруг были его должниками, признавая лишь грубую силу и право кулака. Уступал он только Сахарову, возможно, из-за криминальных связей русского.

— Центр вызывает, планету Моро… Ау, живые есть? — вновь раздался из динамика нетерпеливый голос Харлоу.

— Да, да! Я уже закончил, — растерянно отозвался Кеннет, закрепляя горелку на поясе и активируя стыковочный трос. Раздалось монотонное жужжание катушки, и кабель, медленно скручиваясь, потянул инженера к аварийному шлюзу.

— А как твои успехи? — слегка заискивающе поинтересовался Моро.

— Жопа! — невесело отозвался динамик. — Я сумел заменить четыре панели, так что смерть от удушья нам пока не грозит. Но этого чертовски мало для запуска двигателя.

— Четыре панели в одиночку?! — удивлённо переспросил Моро. Даже используя гравитационные перчатки, подобная работа требовала колоссальных усилий и сноровки. Каждая из таких панелей весила по полтонны. Похоже, зря он погорячился насчёт Харлоу — руки у этого строптивого засранца росли откуда надо! Даже несмотря на взаимную неприязнь, Моро испытал к нему невольное уважение.

— Парень, ты просто волшебник! — радостно воскликнул Кеннет.

— Если бы, — устало ответил Харлоу. — К сожалению, на словах это звучит лучше, чем есть на самом деле. Капитан, скупой засранец, приобрёл шесть бракованных панелей. Ещё три запасные разбиты метеоритным дождём. Пять, судя по документам, находятся в грузовом трюме, но я не удивлюсь, если вместо них там окажется груда бесполезного хлама.

— Ты хочешь спуститься в трюм и лично это проверить?

— Да, и мне бы не помешала твоя помощь, — хрипло отозвался динамик. — Знаешь… — голос Харлоу запнулся, сделался сухим и взволнованным. — Впрочем, не бери в голову.

Моро добрался до шлюза и теперь возился с магнитными замками, но от него не ускользнула перемена настроения в голосе товарища. Харлоу был сильно взволнован, возможно, из-за усталости. Все они чуть не погибли несколько часов назад, и, кто знает, быть может, запоздалое осознание этого факта гнетущим грузом легло на его плечи. Моро знал по себе, каково это, когда необъятная пустота космоса проникает в сознание, заставляя чувствовать тоску и отчаяние в полном одиночестве, среди пугающей тишины.

— Приятель, слышишь меня?! Всё хорошо, ты не один! Я здесь, с тобой! И направляюсь к грузовому трюму, — хрипло произнёс Моро по внутренней связи, стараясь заодно подбодрить и себя.

— Не волнуйся, мамочка! Я съел все овощи, — едко отозвался Харлоу после долгой паузы. Похоже, несносный засранец сумел взять себя в руки. — Завязывай трепаться и займись уже делом. Конец связи!

Двери шлюза с шипением распахнулись, и Моро оказался в камере стерильной очистки. Сработали гравитационные фиксаторы на ботинках, и Кеннет с лязгом опустился на металлический пол. В верхнем углу помещения, на матово-чёрном плафоне, замигал огонёк, и прозрачный луч сканера тонкой синей полоской прошёлся по скафандру инженера. Кеннет Моро не мог видеть, как на пульте слежения снаружи камеры дезинфекции панель вспыхнула ярко-красным сигналом тревоги. Всего лишь на мгновение — и монитор погас.

Кеннет развёл руки в стороны, но знакомой процедуры обработки не последовало. Он непонимающе уставился на матовый мигающий плафон и активировал динамик.

— В чём дело? Почему не работают опрыскиватели?

В ответ раздался монотонный голос С.Н.И.:

— Внимание, низкий уровень энергии. Автоматическая система стерильной очистки не работает. Вытяжка не работает. Клапаны опрыскивателей не работают. Активация системы вручную возможна через двадцать семь минут.

— Через двадцать семь минут?! — вымученно простонал Моро. — За это время Харлоу явится сюда лично, чтобы распечатать мне в задницу коробку клепальных болтов! Сани, будь хорошим мальчиком и включи уже опрыскиватели.

Последние слова были сказаны Кеннетом наигранно ласково, сквозь зубы. Раздался шум статических помех, и монотонный голос искажённо повторил:

— Вним-мание, низкий уровень энергии. Автоматическая система стерильной очистки не работает. Клапаны опрыскивателей не рабо… боо… бооо… — звук резко оборвался хрипом в динамике.

— Да-да, я уже понял, — тяжело вздохнул Моро. — Двадцать семь минут, можешь не повторять.

Он посмотрел на свои руки, облачённые в перчатки скафандра, и заметил между пальцев бурый налёт, напоминающий ржавчину. Там, снаружи, повреждённая обшивка корабля имела точно такой же необычный налёт, но во время работы Моро не придал этому значения. Сейчас, в неисправной камере очистки, эта космическая пыль казалась параноидально подозрительной.

«Господи, парень, это всего лишь мусор. Не стоит себя накручивать на пустом месте», — произнёс он, стараясь взять себя в руки, и нервно рассмеялся.

Подойдя к панели на стене, Кеннет непослушными трясущимися руками набрал цифровой код замка. И дверь, ведущая в общий коридор, к изумлению механика, бесшумно отворилась. Никаких подтверждений безопасности и режима карантина. Кеннет на негнущихся ногах, потрясённый, вышел из камеры дезинфекции. Как только дверь с тихим шипением закрылась за спиной, он буквально рванул за ворот скафандра, опустив защитный экран шлема. С упоением хватал ртом свежий прохладный воздух коридора. Худое багровое лицо Моро покрылось испариной. Он хотел было смахнуть пот со лба рукой, но в последний момент остановился. Не сказать чтобы Моро был привередой, но безопасность соблюдал. Кто знает, что за дрянь могла содержаться в этих ярко-рыжих песчинках пыли между пальцев.

— Дик, я уже внутри, направляюсь к погрузчику, — произнёс Моро в вокс, но в ответ лишь получил порцию статики.

Ближайший технический туннель оказался в нескольких десятках метров от шлюзовой камеры. Кеннет проделал этот путь в напряжённом молчании, вслушиваясь в гулкий лязг своих ботинок. И всю дорогу за ним по пятам, вдоль стены, по магнитной ленте двигался матовый плафон, медленно мигая огоньками. От незримого присутствия навигационного интеллекта, наблюдающего за каждым его шагом, Кеннету сделалось некомфортно. Времени останавливаться и выпускать напрасное недовольство и злобу на бездушную машину у него точно не было. Остановившись перед входом в технический коридор, он всё же показал в сторону мигающего плафона средний палец. В этот самый момент струя тёплого пара ударила ему в лицо из ближайшего скопления труб. Кеннет от неожиданности отшатнулся, замахал перед собой руками, стирая с лица влажный конденсат. Левый глаз предательски защипал и начал слезиться. Мотая раздражённо головой и стараясь больше не трогать лицо руками, он оказался на узкой площадке перед фуникулером. Это была небольшая кабина на монорельсе, передвигающаяся по техническим туннелям корабля. Забравшись внутрь, Моро с облегчением обнаружил на одном из сидений хладагентный распылитель для пожаротушения. Вытащив небольшой баллон из креплений и зажмурившись, он окатил тягучей пеной свои перчатки, сбивая с них остатки ржавой пыли. Чувствуя обжигающий холод на кончиках пальцев, Моро наконец сумел отстегнуть перчатки и, бросив их на ближайшее сиденье, принялся растирать зудящий глаз. Остатки охлаждающих паров огнетушителя подействовали словно исцеляющий бальзам. Спасительный холод унял зуд, и Моро, откинувшись на сиденье, блаженно застонал.

Кабина преодолела двести метров погружённых во мрак технических туннелей и остановился в грузовом отсеке. Здесь был целый лабиринт уложенных аккуратными рядами блоков необработанной метеоритной руды. Грёбаный мавзолей монументальной отрешённости, навевающий тоску и одиночество.

Моро выбрался из фуникулёра, всё ещё щурясь левым глазом, и активировал передатчик.

— Харлоу, ты меня слышишь? Я на месте.

— Что такое, Снежок? Испугался, что Дик-бой здесь заблудится? — раздался в динамике рассерженный голос. — По-твоему, я настолько тупой?!

— Что? Нет! Я такого не говорил, — испуганно возразил Моро, оглядываясь по сторонам.

— Разве это не ты сказал Вадиму, что не доверил бы этому «чумазому» даже заменить лампу в сортире?

По спине Моро пробежал холодок, он осторожно потянулся к плазменной горелке на поясе. Он и вправду сказал эти слова Вадиму Сахарову на погрузочной площадке станции Мадок-Прайс, будучи под действием реанола, который они на пару с русским раскуривали через респиратор. Дик не мог этого узнать, тем более от Вадима.

— Просто признай это: ты долбаный расист! — прервал размышления полный ненависти голос Харлоу.

— Нет, это не так. Я был не в себе, — сорвался на крик Кеннет, пытаясь оправдаться. Ему показалось, что в одном из узких проходов промелькнул силуэт. — Друг, поверь, я ценю твой труд и нисколько не занижаю твоих профессиональных качеств…

Голос Моро дрожал, ему было стыдно. Он всегда боялся оказаться в подобном споре, потому что знал: ему не хватит смелости отстаивать свою правоту даже вопреки мнению большинства.