Сергей Свой – "МОРОЗ. СИСТЕМА: ХОЛОД" (страница 2)
Глава 2
Эпицентр
1. Сборы
Мы вышли затемно.
Шипов ворчал, что ночь — не время для прогулок по зоне отчуждения, но я настоял. Ночью видно тех, кто светится в магическом спектре. Ночью твари выползают на охоту, и их легче обойти, если знать тропы. Ночью, в конце концов, у меня было преимущество — темновидение второго уровня и нюх на смерть, который за три года не подводил ни разу.
Кирюша тащил рюкзак с консервами и медикаментами. Шипов — основной боекомплект: два автомата, четыре магазина к каждому, три гранаты Ф-1, которые он откопал неизвестно где. Нина несла аптечку и свой личный арсенал — скальпели, зажимы, ампулы с морфином, которые она берегла как зеницу ока. Я — только пистолет, нож, ракетницу и бутылку с зажигательной смесью, которая так и не пригодилась в подвале.
И главное — я нес метку.
Она зудела под ложечкой, как больной зуб. Каждый шаг отдавался в ней вибрацией, словно я шел по минному полю, а мины были настроены на мой пульс. Лиза говорила — метка остается навсегда, пока ее не снимет тот, кто поставил, или кто-то рангом выше. Значит, Хозяйка теперь знает, где я. Каждую секунду. Каждую минуту.
Вопрос был не в том, найдет ли она нас. Вопрос — когда ей это надоест и она пришлет еще одну группу.
— Мороз, — окликнул Шипов, когда мы выбирались из подвала через запасной выход — лаз, ведущий в котельную соседнего дома. — Ты уверен, что нам всем надо переть в эту задницу?
— Нет, — ответил я честно.
— Тогда на хрена?
Я остановился, обернулся к нему. В темноте его лицо казалось высеченным из камня — старый вояка, видавший виды, но до сих пор не сломавшийся.
— Затем, Шипов, что если я пойду один, вы останетесь без прикрытия. Эта Карина знает про убежище. Знает про вас. Она вернется. Не сегодня, так завтра. И без меня вы — мясо.
— Справимся, — буркнул он, но без уверенности.
— Справитесь? — я кивнул на Кирюшу, который возился с рюкзаком в десяти метрах. — Пацану четырнадцать. Нине — семьдесят. У тебя — два автомата и три гранаты. А у них — псионик пятого ранга и трое мясников. Справитесь?
Шипов промолчал.
— Вот и я о том же, — сказал я. — Идем все. Или никто.
Мы вышли к котельной, когда небо на востоке начало светлеть. Рассвет в Затмение — зрелище жуткое. Солнце встает, но свет его какой-то мертвый, серый, будто сквозь пелену. Говорят, это из-за того, что атмосфера пропитана магической дрянью. Я не знаю. Я знаю только, что в этом свете тени становятся длиннее, а звуки — громче.
— Привал, — скомандовал я. — Десять минут. Проверить снаряжение, перекусить.
Мы расселись на ржавых трубах котельной. Нина достала сухари и вяленое мясо — наша роскошь. Кирюша жевал, косясь на меня. Хотел спросить про Костю, но не решался.
Я сам нарушил молчание:
— Костя погиб как мужик. Не сдал нас.
Кирюша кивнул, сглатывая комок.
— А Лиза? — спросил он. — Она вернется?
Я посмотрел на него. В пацаньих глазах — надежда. Лиза была для него кем-то вроде старшей сестры. Учила читать, таскала ему шоколад из редких вылазок, рассказывала про книги.
— Вернется, — сказал я твердо. — Я ее вытащу.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Врать детям легко. Они верят. Сложнее врать себе.
Мы доели, поднялись и двинулись дальше. До Института на Воробьевых — около пятнадцати километров по прямой. По реальности — все тридцать, потому что прямой дороги нет. Центр Москвы после Затмения превратился в лабиринт из завалов, воронок и зон, где лучше не появляться.
Первая зона ждала нас через час.
---
2. Серая полоса
Шипов называл это «Серая полоса» — участок местности, где Система сходит с ума. Здесь навыки работают через раз, интерфейс глючит, а твари могут материализоваться из пустоты прямо у тебя за спиной.
Мы вступили в нее на пересечении Садового кольца с какой-то улицей, название которой стерлось из памяти вместе с табличками. Дома здесь стояли целыми, но странно — ни одного следа разрушений, ни воронок, ни пожарищ. Будто война обошла этот квартал стороной.
Тишина стояла такая, что закладывало уши.
— Не нравится мне это, — пробормотал Шипов, сжимая автомат.
— Мне тоже, — согласился я. — Держитесь ближе. Нина, Кирюша — в центр.
Мы двинулись гуськом, я впереди, Шипов замыкающий. Прошли мимо витрины продуктового магазина — внутри на полках до сих пор стояли банки и коробки, покрытые толстым слоем пыли. Рекламные плакаты с улыбающимися лицами казались приветом из другой эпохи.
И вдруг я почувствовал запах.
Свежий. Человеческий. Пот и страх.
— Стоять, — прошептал я, поднимая руку.
Из-за угла магазина выскочил мужик. Лет сорок, грязный, оборванный, с безумными глазами. В руке — монтировка. Увидел нас, замер на секунду, а потом заорал:
— Уходите! Назад! Там...
Он не договорил.
Потому что из-за его спины вынырнула ТЕНЬ.
Я не успел разглядеть, что это было. Черное, длинное, бесформенное. Оно схватило мужика поперек туловища и утащило обратно за угол, даже не дав ему вскрикнуть. Только хруст позвонков — и тишина.
— Огонь! — заорал Шипов и всадил очередь туда, где только что была тень.
Пули ушли в пустоту. Никакого эффекта.
— Не трать патроны, — остановил я его. — Бежим.
Мы рванули вперед, к арке дома напротив. Я тащил Кирюшу за шкирку, Шипов прикрывал спину, Нина семенила рядом, невероятно резвая для своих лет.
Влетели в арку, прижались к стене. Я выглянул наружу.
Никого. Пустая улица, серый свет, пыль на асфальте.
— Что это было? — выдохнул Кирюша.
— Местный житель, — ответил я. — Или то, что его сожрало.
Я потянулся к интерфейсу, чтобы активировать анализ, но экран перед глазами дернулся и погас.
```
[ОШИБКА СИСТЕМЫ]
[НЕВОЗМОЖНО АКТИВИРОВАТЬ НАВЫК В ДАННОЙ ЗОНЕ]
[ПРИЧИНА: НЕСТАБИЛЬНОСТЬ МАГИЧЕСКОГО ФОНА]
[РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОКИНУТЬ ЗОНУ В ТЕЧЕНИЕ 30 МИНУТ]
```
— Хреново, — сказал я вслух. — У нас полчаса, пока интерфейс окончательно не сдохнет.
— А дальше? — спросил Шипов.