Сергей Свой – Митридат. Падение Рима (страница 30)

Андрей остался.

И впервые понял: иногда война начинается не с меча.

А с того, что тебя слишком внимательно посмотрели.

Римский корабль ушел на рассвете.

Долго.

Слишком медленно, как будто не хотел исчезать из горизонта.

Андрей смотрел ему вслед до тех пор, пока парус не растворился в сером утреннем тумане.

И только тогда почувствовал, насколько сильно устал.

Не телом.

Головой.

Потому что за последние дни он прожил больше политики, чем за годы в прежней жизни.

Теперь это не было игрой.

Это стало системой.

И в этой системе он уже стоял в центре.

— Ты стал молчаливее, — сказал Артемидор за спиной.

Андрей не обернулся.

— Я стал осторожнее.

— Это не одно и то же.

Он наконец повернулся.

Старик выглядел так, будто не спал всю ночь.

— Что?

— Ты начинаешь думать как они, — тихо сказал Артемидор. — Как те, кто правит.

Пауза.

Это было почти обвинение.

И почти правда.

Андрей посмотрел на свои руки.

Руки Митридата.

Руки человека, который уже убивал.

И будет убивать снова.

— А как еще выжить? — спросил он.

Артемидор долго молчал.

Потом ответил:

— Иногда, чтобы выжить, надо перестать становиться тем, кто выживает.

Эта фраза зацепила.

Неприятно.

Глубоко.

Андрей отвернулся к морю.

Днем пришли плохие новости.

Леонтиск вошел в зал без обычной уверенности.

Лицо каменное.

— В городе исчезли трое купцов, — сказал он.

— И?

— Они были из тех, кто поддерживал Лаодику.

Тишина.

Андрей медленно выдохнул.

Началось.

Не громко.

Не явно.

Но началось.

— Убиты? — спросил он.

— Нет тел.

Это хуже.

Это политика.

Не убийство.

Послание.

— Кто контролирует улицы? — спросил Андрей.

— Уже никто полностью, — ответил Леонтиск. — Город расползается на группы.

Конечно.

Классика.

Вакуум власти всегда превращает города в сеть хищников.

Андрей подошел к карте.

Черное море.

Синопа.

И вокруг — десятки сил.

Он провел пальцем по линии побережья.